Дата принятия: 06 июля 2021г.
Номер документа: 22-4256/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ МОСКОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 июля 2021 года Дело N 22-4256/2021
г. Красногорск
Московской области <данные изъяты>
Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе:
председательствующего судьи Парамоновой Т.А.
судей Забродиной Н.М. и Шишкина И.В.
при помощнике судьи Батяевой М.А.,
с участием прокурора отдела апелляционного обжалования уголовно-судебного управления прокуратуры Московской области Пашнева В.Н.,
осужденного Евдокимова Р.А. в режиме видеоконференц-связи
адвоката Аракчеева А.Н. в защиту интересов осужденного,
адвоката Шевякова Ю.А. в интересах потерпевшего
рассмотрел в открытом судебном заседании <данные изъяты> года уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Евдокимова Р.А. и адвоката Аракчеева А.Н. на приговор Дубненского городского суда Московской области <данные изъяты>, которым
ЕВДОКИМОВ 1, <данные изъяты>, уроженец <данные изъяты>, не судимый,
осужден по ч. 4 ст.111 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок наказания время содержания Евдокимова Р.А. под стражей с <данные изъяты> по день вступления приговора в законную силу из расчета один день заключения под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, а также нахождение под домашним арестом с <данные изъяты> в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.
Взыскано с Евдокимова Р.А. в пользу потерпевших Гарькавого А.Н., Гарькавой Н.И. в счет возмещения морального вреда по <данные изъяты> в пользу каждого.
Разрешена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Парамоновой Т.А., выступления осужденного Евдокимова Р.А. в режиме видеоконференц-связи и адвоката Аракчеева А.Н., поддержавших доводы жалоб об отмене приговора, прокурора Пашнева В.Н. и адвоката Шевякова Ю.А. об отсутствии оснований для отмены либо изменения приговора, судебная коллегия,
установила:
Евдокимов Р.А. вердиктом присяжных заседателей от <данные изъяты> года признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшей Гаркавой Н.Н.
Преступление совершено в период времени не ранее <данные изъяты> в <данные изъяты>.
В судебном заседании осужденный Евдокимов Р.А. виновным себя в совершении преступления не признал.
В апелляционной жалобе осужденный Евдокимов Р.А. просит приговор изменить, переквалифицировать его действия на ст. 109 УК РФ.
Считает, что при постановлении приговора суд допустил противоречия с вердиктом присяжных, с материалами дела, в частности, противоречит заключению судебно-медицинской экспертизы.
Осужденный отмечает, что заключение судебно-медицинской экспертизы носит предположительный характер о наличии асфиксии, тем более, что полученная травма - участок имбибиции в проекции щитовидного хряща - не относится к вреду здоровью, а иных тяжких повреждений, повлекших отек гортани не установлено, поэтому выводы суда о причинении тяжких телесных повреждений и квалификации его действий по ч.4 ст.111 УК РФ находит необоснованным.
В дополнительных апелляционных жалобах осужденный указывает на нарушения закона при назначении наказания. Считает, что несмотря на то, что суд установил наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. "г,и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд не применил данные смягчающие обстоятельства при назначении основного вида наказания, а указал об их учете при решении вопроса о дополнительном наказании.
Осужденный Евдокимов Р.А. также ссылается на грубые нарушения УПК РФ, выразившиеся в нарушении тайны совещательной комнаты, поскольку при повторном направлении присяжных заседателей в совещательную комнату с основными присяжными туда же удалились запасные заседатели, после чего вместе вернулись в зал судебного заседания, а председательствующая судья не отреагировала на эти нарушения.
В апелляционной жалобе адвокат Аракчеев А.Н. в интересах осужденного Евдокимова Р.А. просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство.
Считает, что приговор вынесен с нарушением норм уголовного процессуального законодательства о судопроизводстве с участием присяжных заседателей при неправильном применении норм уголовного закона.
Защита отмечает нарушения закона при формировании коллегии присяжных заседателей, отмечая, что присяжный заседатель <данные изъяты> в нарушении ст. 328 УПК РФ скрыла, что знакома и является соседкой судьи Дубненского городского суда Московской области 0, проживает с ним в одном доме, а данный судья ранее рассматривал данное дело в отношении Евдокимова Р.А., действия присяжного заседателя лишило возможности заявить ей отвод; до приведения присяжных заседателей к присяге, стороной защиты было заявлено ходатайство о роспуске коллегии присяжных заседателей в виду ее тенденциозности. Судом, в нарушении ч. 4 ст. 7 УПК РФ и нарушения порядка обсуждения и разрешения процессуального ходатайства, в удовлетворении заявления было отказано. Кроме того, стороны высказывались о заявлении в присутствии присяжных заседателей и мнение представителя потерпевших о равенстве женщин с мужчинами и невозможности дискриминации по половому признаку могло вызвать у присяжных негативное отношении к защите, как стороне, не доверяющей женщинам и, по мнению защиты, могло повлиять на их вывод в отношении поставленных вопросов по существа дела.
При рассмотрении дела по существу защита отмечает нарушения закона, выразившиеся в том, что необоснованно отказано в признании недопустимыми доказательствами ксерокопий переписок Евдокимова Р.А. и Гарькавой М.Н., Дугановой В.Р. и Гарькавой Н.Н., Евдокимова и Гарькавой М.Н., детализации соединений Евдокимова и Гарькавой М.Н.
Судом исследованы рапорта сотрудников полиции <данные изъяты>, допрошены в присутствии присяжных сотрудники полиции Шутова Ю.В., Атанасов О.И., Ибрагимов И.Д., Соков А.А., Акаев А.А., Сальников А.П., Негин А.А., А... о процессуальных действиях с участием подсудимого в отсутствие адвоката, хотя сотрудники полиции не являются свидетелями факта и могли быть допрошены в суде в качестве свидетелей, в присутствии присяжных заседателей был воспроизведен содержание и ход данных следственных действий в форме допроса, свидетели неоднократно упоминали об обращении Евдокимова с явками с повинной и о том, что насилие в отношении него не применялось.
Суд исследовал заявления и обращения потерпевших и их предположение о совершении преступления Евдокимовым, при этом суд исследовал документы о действиях лиц, не допрошенных в судебном заседании, сторона защиты при оглашении показаний потерпевших и свидетелей не имела возможность задать вопросы, которые могли повлиять на выводы при вынесении вердикта.
Судом исследовано в присутствии присяжных заседателей заключение комиссии экспертов <данные изъяты> от <данные изъяты> года о причине смерти потерпевшей и наличии причинно-следственной связи между действиями Евдокимова и смертью Гарькавой Н.Н., однако он носит предположительный характер. Судом не оценено данное заключение в совокупности с заключением судебно-медицинской экспертизы трупа от <данные изъяты> года <данные изъяты>.
В вопросном листе суд вышел за пределы предъявленного Евдокимову обвинения и в качестве травм, от которых наступила смерть Гарькавой Н.Н. судом описаны общеасфиктивные признаки, характерные для смерти человека вообще, от множества причин.
Указывает, что суд не проверил и не дал возможность для этого стороне защиты версию о комплексном отравлении потерпевшей несколькими спиртами, обнаруженные в крови и печени потерпевшей; полагает, что доказательство, носящее предположительный характер не должно быть предъявлено присяжным заседателям. Суд отказал стороне защите в исследовании 2 заключениях специалистов-экспертов судебных медиков, и рапорта <данные изъяты>, ограничив право стороны защиты на представление доказательств, допустив нарушение принципа состязательности сторон; не разрешилходатайство стороны защиты о привлечении и вызове в судебное заседание специалиста.
В ходе судебного разбирательства присяжные заседатели неоднократно в нарушение порядка, предусмотренного п. 1 ч. 1 ст. 333, ч. 4 ст. 335 УПК РФ при исследовании доказательств, задавали по существу дела участникам судебного разбирательства со стороны обвинения, на которые последние отвечали и свидетелям по делу. При этом председательствующий не реагировал на высказывание присяжных заседателей по поводу представляемых стороной защиты доказательств и не сообщал присяжным о не выражении своих мнений до удаления в совещательную комнату для постановки вердикта; в нарушение закона суд допускал в прениях со стороны представителя потерпевших Шевякова Ю.А. высказывания способные вызвать предубеждение в отношении Евдокимова (ревнивец-убийца, убийца, не дал родителям по-человечески похоронить Наталью), а также он указывал на семейное положение Евдокимова, его браке с Гаркавой Н., хотя данные о личности подсудимого не подлежат исследованию с участием присяжных заседателей. Суд допустил высказывание гособвинителя и представителя потерпевших о недостоверности показаний свидетеля 2 и друга Ромы в присутствии присяжных заседателей; суд без разрешения вопроса о приобщении и исследовании без участия присяжных принял решении об исследовании мобильного телефона Дугановой В.Р., не допросив ее в судебном заседании в качестве свидетеля об обстоятельствах фиксации и принадлежности мобильного телефона.
Защита отмечает нарушения ст. 243, 258 УПК РФ в части того, что судом допускались высказывания гособвинителя, свидетелей-сотрудников полиции о наличии в материалах дела явок с повинной, гособвинителем при оглашении показаний Евдокимова указывалось на применение к нему насилия со стороны сотрудников полиции, о понуждении к даче показаний высказался свидетель Вишняков В.В., представитель потерпевших высказался о свидетеле Вишнякове как о душевно больном и председательствующий не пресек эти действия и не обратил внимание присяжных на недопустимость учета этих сведений.
Защита считает незаконным в нарушение п.п. 2-5 ч.2 ст. 281 УПК РФ оглашение показаний свидетелей и потерпевших при возражении стороны защиты и отсутствии реально подтвержденных доказательств невозможности их явки. Председательствующий при исследовании стороной защиты детализации телефонных переговоров Евдокимова и 3 допускал неправомерную оценку гособвинителем этих доказательств.
Отмечая нарушения закона в ходе прений, при формировании вопросного листа и вердикте присяжных защита отмечает, что суд ограничил сторону защиты в выступлении в прениях, что не позволило донести до присяжных заседателей позицию защиты.
На присяжных заседателей было оказано давление со стороны гособвинителя, который до прений указывал на защитника как на лицо, искажающее доказательства, которому нельзя доверять, сторона обвинения в судебных прениях характеризовала подсудимого как "убийцу, ревнивца, не давшего похоронить 3", указывала на достоверность и допустимость доказательств - копий переписок, детализацию переговоров, сведений о нахождении Евдокимова <данные изъяты> в <данные изъяты>, неверно интерпретировала выводы судебно-медицинского эксперта о наличии травм у потерпевшей, которая повлекла асфиксию, от потерпевших заявлений об отказе от участия в прениях не поступало.
В вопросном листе в нарушение положений ст.339 УПК РФ указано о причине смерти потерпевшей не только о тупой т, вызвавшей асфиксию, но и о точечных кровоизлияниях в соединительные оболочки правого глаза, слизистую полость рта, слизистой гортани и глотки симметричных очаговых сливающихся кровоизлияний по внутренней костной пластинкой пирамидок височных костей, очаговой имфиземе легких, точечных кровоизлияниях под плеврой легких (<данные изъяты>), жидком состоянии крови, от которых наступила смерть Гаркавой Н.Н, при том, что в постановлении о привлечении Евдокимова в качестве обвиняемого указано, что смерть наступила от тупой травмы шеи.
Включение в вопросный лист причинно-следственной связи событий и результата в качестве телесных повреждений общеасфиктических признаков (не имеющих характера повреждений) свидетельствует о выходе за пределы предъявленного обвинения и сформировало у присяжных заседателей мнение о множественности телесных повреждений от действий Евдокимова, что повлияло на их выводы.
В напутственном слове председательствующий не разъяснил коллегии присяжных о том, что они не должны принимать во внимание указанные гособвинителем и сотрудниками полиции сведения о наличии явок с повинной, о применении насилия в отношении 4 и Евдокимова, судья не раскрыл содержание допросов сотрудников полиции, содержание доказательств защиты не озвучивалось.
Защита указывает о нарушении ст. 341 УПК РФ, отмечая, что после возвращения присяжных заседателей и ответе на второй вопрос с исключением цели деяния, в третьем вопросе непонятно в совершении какого деяния виновен Евдокимов Р.А. При наличии нескольких пограничных составов вердикт является противоречивым.
При обсуждении последствий вердикта гособвинитель в силу ст. 246 УПК РФ не вправе отказаться от обвинения, а в случае изменения гособвиителем обвинения в сторону смягчения либо частичного отказа от обвинения, председательствующий должен вынести постановление о продолжении разбирательства дела в объеме обвинения, поддержанном гособвинителем (постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2005 года). Изменение гособвинителем обвинения при обсуждении вердикта присяжных лишило сторону защиты без вынесения соответствующего постановления возможности качественной защиты от предъявленного обвинения.
Оспаривается вывод суда о возможности квалификации действий Евдокимова Р.А. по ч.4 ст.111 УК РФ, поскольку умысел на причинение тяжкого вреда здоровью не установлен. Суд при одних и тех же обстоятельствах принял противоречивое решение о направленности умысла относительно механической асфиксии, которая закономерно повлекла смерть 3; суд не принял во внимание совокупность обстоятельств, таких как способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесные повреждений, предшествующие преступлению и последующее поведение; суд необоснованно указал, что у Евдокимова Р.А. был умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью Гарькавой Н.Н., указание судом в вопросном листе присяжным заседателям, и в приговоре на совокупность морфологических изменений в организме человека в результате смерти, характерных для смерти вообще, как на повреждения, которые повлекли смерть Гарькавой Н.Н., противоречит предъявленному обвинению, ввело в заблуждение присяжных, относительно тяжести последствий деяния, и дало основание суду квалифицировать действий Евдокимова Р.А. по более тяжкой статье УК РФ при указании в приговоре иных установленных обстоятельств - того, что смерть наступила лишь от асфиксии.
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Тучков М.Г. находит доводы жалоб необоснованными и просит оставить приговор без изменения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия находит приговор в отношении Евдокимова Р.А. подлежащим отмене в связи с нарушением требований уголовно-процессуального закона в соответствии с положениями ст. 389.15, 389. 17, 389.22 УПК РФ.
Проверка приговора, вынесенного с участием коллегии присяжных заседателей, в апелляционном прядке осуществляется с учетом положений ст. 389.27 УПК РФ.
Заявленное в ходатайстве осужденным Евдокимовым Р.А. право на судопроизводство с участием присяжных заседателей было реализовано с соблюдением законного порядка формирования коллегии присяжных заседателей.
Как видно из протокола судебного заседания, формирование коллегии присяжных заседателей проведено с соблюдением требований ст. 328 УПК РФ. Вопреки доводам апелляционной жалобы и пояснениям осужденного в суде апелляционной инстанции нарушений уголовно-процессуального закона при формировании коллегии присяжных заседателей не допущено.
Из материалов дела следует, что постановлением судьи от <данные изъяты> (л<данные изъяты>) судебное разбирательство в соответствии с ч.3 ст.328 УПК РФ признано недействительным, назначен отбор присяжных заседателей, в котором обоснованно принимали участие и присяжные заседатели, освободившиеся в связи с роспуском коллегии.
Доводы защиты о невозможности участия в рассмотрении дела присяжного заседателя <данные изъяты> являются несостоятельными, поскольку приведенные доводы ничем не подтверждены и не могут рассматриваться как основания для отвода присяжного заседателя. Сторона защиты обладала в стадии формирования коллегии присяжных заседателей возможностью заявления как мотивированного, так и немотивированного отвода.
Вопреки доводам жалобы, судом в соответствии с требованиями закона, ст.330 УПК РФ, разрешено ходатайство защиты о роспуске коллегии присяжных ввиду тенденциозности состава (большинство женщин в числе присяжных заседателей с учетом того, что потерпевшей по делу является женщина), отказано в его удовлетворении по мотивированному постановлению, вынесенному в совещательной комнате. Ходатайство защиты, как того требует закон, было предметом обсуждения участников процесса. Судебная коллегия согласна с выводом суда первой инстанции о том, что оснований для роспуска коллегии присяжных заседателей по указанным защитой оснований не имелось.
Судебное разбирательство проведено в соответствии с положениями главы 42 УПК РФ, а судебное следствие проведено с соблюдением требований ст. ст. 334, 335 УПК РФ, определяющих особенности рассмотрения дела с участием присяжных заседателей.
Нарушений положений ст. 15 УПК РФ из материалов дела не усматривается. Председательствующим в судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела в присутствии присяжных заседателей. Как усматривается из протокола судебного заседания, в рамках судебного следствия в присутствии присяжных заседателей исследовались только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их компетенцией, предусмотренной ст. 334 УПК РФ.
Коллегии присяжных заседателей, как стороной обвинения, так и стороной защиты были представлены доказательства, допустимость которых проверена судом и сомнений не вызывает. Все заявленные участниками процесса ходатайства были судом рассмотрены с вынесением мотивированных решений об их удовлетворении либо отказе в удовлетворении.
Отказ в удовлетворении ходатайства защиты о признании ряда доказательств недопустимыми, в приобщении и исследовании заключения специалиста и вызове специалиста судом мотивирован, выводы суда не противоречат требованиям уголовно-процессуального закона об оценке представляемых документов как полученных с соблюдением норм УПК РФ либо влияющих на правильное разрешение дела. Несогласие стороны защиты с принятым судом процессуальными решениями не свидетельствует о незаконности решений и не может рассматриваться как нарушение принципа состязательности либо ограничение стороны в представлении доказательств.
Исследование в судебном заседании доказательств, в том числе допрос сотрудников полиции, т.е. доказательств, представленных стороной обвинения, соответствует требованиям УПК РФ, в тоже время показания указанных свидетелей об обстоятельствах, не подлежащих доведению до сведения присяжных заседателей председательствующим пресекались, при этом присяжным заседателям указывалось на то, что в этой части показания не должны приниматься во внимание при обсуждении вердикта. Исследованию иных письменных доказательств как стороны обвинения так и стороны защиты предшествовало обсуждение сторонами о их допустимости, относимости к исследуемым вопросам с учетом особенностей представления доказательств в суде присяжных и председательствующим принималось соответствующее решение.
Постановлением судьи от <данные изъяты> (л<данные изъяты> мотивированно отказано в удовлетворении ходатайства защитника об отказе в исследовании письменных и вещественных доказательств, а именно рапортов сотрудников полиции, биллинга телефонных переговоров потерпевшей Гарькавой Н.Н., Евдокимова Р.А., заявления матери 3 с приложением скриншотов переписки, а также признанного вещественным доказательством мобильного телефона, приобщенного к материалам дела в судебном заседании. В связи с этим, доводы жалобы об исследовании мобильного телефона Дугановой В.Р. без разрешения вопроса о приобщении и его исследовании противоречат материалам дела и принятым процессуальным решениям в ходе рассмотрения дела.
Доводы жалобы о нарушении норм закона при оглашении показаний потерпевших судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку суд обоснованно руководствовался положениями п.3 ч.2 ст. 281 УПК РФ, с учетом того, что потерпевшие являются иностранными гражданами и отказались явиться в судебное заседание, их интересы представлял в судебном заседании представитель. Судом оглашены показания потерпевших, которые сторона защиты ранее в судебном заседании имела возможность оспорить.
Заключение судебно-медицинской экспертизы о причине смерти потерпевшей и имеющихся у нее телесных повреждениях, их тяжести и механизме образования является доказательством по делу в силу ст. 74 УПК РФ, а доводы защиты о предположительном характере выводов экспертов, неисследованности иных причин смерти, недопустимости предъявления присяжным заседателям такого доказательства не основаны на требованиях уголовно-процессуального закона. В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и ст. 252 УПК РФ суд рассматривает уголовное дело в пределах предъявленного обвинения, поэтому доводы апелляционной жалобы адвоката об ограничении возможности защиты по проверке версии об отравлении потерпевшей спиртами не основаны на законе.
Согласно п.1 ч.1 ст.333 УПК РФ присяжные заседатели вправе задавать через председательствующего вопросы допрашиваемым лицам.
Протокол судебного заседания свидетельствует о том, что все вопросы присяжных заседателей к допрашиваемым лицам передавались председательствующему судье, который указывал о их наличии участникам процесса и излагал суть вопросов, вопросы приобщены к протоколу.
В связи с этим, доводы апелляционной жалобы о нарушении положений ст. 333 УПК РФ противоречат материалам дела.
Доводы жалобы о высказываниях представителя потерпевших Шевякова Ю.А. в судебных прениях в отношении Евдокимова Р.А., способных вызвать предубеждение присяжных заседателей, судебная коллегия находит неубедительными, поскольку выступление представителя потерпевших было связано рамками предъявленного обвинения Евдокимову Р.А. в убийстве жены Гарькавой Н.Н. на почве ревности, т.е. с учетом семейного положения и наличия зарегистрированного брака подсудимого и потерпевшей. Доводы жалобы об оценке обвинителем и представителем потерпевших показаний свидетеля 2 как недостоверных и негативной оценке свидетеля Вишнякова В.В. не подтверждены протоколом судебного заседания.
Согласно ч. 7 ст. 335 УПК РФ в ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями. Исходя из положений ч. 8 ст. 335 УПК РФ, запрещается в присутствии присяжных заседателей исследовать данные о личности подсудимого, способные вызвать предубеждение присяжных заседателей.
Судебная коллегия полагает, что доведение до сведения присяжных заседателей информации о семейном положении подсудимого и потерпевшей не может рассматриваться как информация, способная вызвать какое-либо предубеждение присяжных заседателей.
В соответствии с указанными положениями, а также с учетом положений ст. 252 УПК РФ председательствующий должен обеспечить проведение судебного разбирательства только в пределах предъявленного подсудимому обвинения, своевременно реагировать на нарушения порядка в судебном заседании участниками процесса, принимать к ним меры воздействия, предусмотренные ст. 258 УПК РФ.
Из протокола судебного заседания следует, что председательствующим неоднократно снимались вопросы как стороны обвинения так и защиты, которые были либо не связаны с обвинением либо касались обстоятельств, не подлежащих доведению до сведения присяжных заседателей. Несостоятельны доводы апелляционных жалоб о нарушении права обвиняемого и стороны защиты на представление доказательств, поскольку протокол судебного заседания свидетельствует о том, что судом снимались вопросы защитника, обвинителя ввиду их предположительного характера, не относящихся к фактическим обстоятельствам дела и предъявленному обвинению, поэтому нарушения принципа состязательности судом не допущено.
Судебная коллегия считает, что председательствующим приняты надлежащие меры в виде замечаний сторонам защиты и обвинения, свидетелям и подсудимому при нарушении ими требований ч.8 ст.355 УПК РФ и намерении сообщить в присутствии присяжных заседателей информацию, не подлежащую в силу закона доведению до их сведения.
При этом председательствующим каждый раз обращалось внимание присяжных заседателей на то, чтобы они не принимали эту информацию во внимание при принятии вердикта, об этом же было высказано председательствующим и в напутственном слове.
Принятые председательствующим меры судебная коллегия находит достаточными, и считает, что допущенные высказывания не оказали негативного воздействия на присяжных заседателей и не повлияли на формирование мнения коллегии по уголовному делу и содержание ответов присяжных заседателей при вынесении вердикта.
Нарушений председательствующим судьей принципа объективности в ходе судебного разбирательства допущено не было.
Прения сторон были проведены в соответствии со ст. ст. 292, 336 УПК РФ, ограничений права защиты на выступление в прениях не усматривается, протокол судебного заседания отражает позицию защиты по всем значимым обстоятельствам. Поскольку в силу ч.ч.2-3 ст.336 УПК РФ прения сторон проводятся лишь в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями и стороны не вправе ссылаться в обоснование своей позиции на доказательства, которые не исследовались в судебном заседании, то председательствующим судьей обоснованно выступление защиты прерывались при допущенных высказываниях, противоречащих требованиям ст.336 УПК РФ. При этом судья разъяснял присяжным заседателям, что они не должны учитывать данные обстоятельства при вынесении вердикта.
Вопреки доводам жалобы, вопросный лист для присяжных заседателей по уголовному делу сформулирован с соблюдением требований ст. 338, 339 УПК РФ.
Как следует из протокола судебного заседания, председательствующим судьей сформулированы в письменном виде вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, зачитаны и переданы сторонам, которые не высказали своих замечания по содержанию и формулировке вопросов.
С учетом этого, судом сформулированы вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, внесены в вопросный лист, который передан старшине присяжных.
Вопросный лист, который обсуждался коллегией присяжных заседателей (<данные изъяты>) содержит, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, изложение преступного деяния в соответствии с обвинительным заключением (<данные изъяты>) и постановлением о привлечении Евдокимова Р.А. в качестве обвиняемого (<данные изъяты> с отражением повреждений у потерпевшей в виде тупой травмы шеи с развитием механической асфиксии с характерными для этого морфологическими и общеасфиксическими признаками. Доводы жалобы содержат собственное толкование адвокатом заключения судебно-медицинской экспертизы, которое противоречит выводам экспертизы о причинах смерти потерпевшей и имеющихся телесных повреждениях, их тяжести.
В связи с этим, при постановке вопросов перед присяжными заседателями председательствующий не вышел за пределы компетенции присяжных заседателей, предусмотренной ч. 1 ст. 334 УПК РФ, а также за пределы судебного разбирательства, установленные статьей 252 УПК РФ.
Напутственное слово председательствующим произнесено в соответствии с требованиями ст. 340 УПК РФ (<данные изъяты> В нем председательствующий привел содержание обвинения; сообщил содержание уголовного закона, предусматривающего ответственность за совершение деяния, в котором обвиняется подсудимый; напомнил об исследованных в суде доказательствах, как уличающих подсудимого, так и оправдывающих его, не выражая при этом своего отношения к этим доказательствам и не делая выводов из них; а также правильно изложил позиции государственного обвинителя и защиты; разъяснил присяжным основные правила оценки доказательств в их совокупности; сущность принципа презумпции невиновности; положение о толковании неустраненных сомнений в пользу подсудимого; положение о том, что их вердикт может быть основан лишь на тех доказательствах, которые непосредственно исследованы в судебном заседании, никакие доказательства для них не имеют заранее установленной силы, их выводы не могут основываться на предположениях; порядок голосования. Председательствующий указал, что присяжные заседатели при вынесении вердикта не должны учитывать какие-либо сведения, характеризующие личность либо подсудимого, либо потерпевшего, свидетелей, какие-либо порочащие их ссылки, либо напротив, вызывающие положительное предубеждение.
Судебная коллегия находит необоснованными доводы жалобы адвоката о том, что в напутственном слове председательствующий не озвучил доказательства защиты, не раскрыл содержание допросов сотрудников полиции, не разъяснил присяжным заседателям, какие из сообщенных сведений не должны приниматься во внимание при обсуждении вердикт, поскольку текст напутственного слова соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ. Вопреки доводам жалобы подробного изложения председательствующим судьей каждого доказательства закон не требует, согласно п. 3 ч. 2 ст. 340 УПК РФ председательствующий судья лишь напоминает об исследованных в суде доказательствах, как уличающих подсудимого, так и оправдывающих его, не выражая при этом своего отношения к этим доказательствам и не делая выводов из них. Данные требования закона председательствующим выполнены в полной мере.
В соответствии с ч. 6 ст. 340 УПК РФ стороны вправе заявить в судебном заседании возражения в связи с содержанием напутственного слова председательствующего по мотивом нарушения им принципа объективности и беспристрастности, однако, как следует из протокола судебного заседания после напутственного слова председательствующего каких-либо возражений от участников процесса, в том числе со стороны защиты, не поступило.
Нарушений закона при постановлении вердикта допущено не было. Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным и непротиворечивым, оснований для применения положений ч. 5 ст. 348 УПК РФ председательствующим судьей не установлено.
Несостоятельными находит судебная коллегия доводы апелляционных жалоб осужденного и адвоката о нарушении тайны совещательной комнаты при обсуждении вердикта присяжными заседателями.
Как следует из прокола судебного заседания после возвращения присяжных заседателей <данные изъяты> председательствующим в соответствии с положениями ст. 345 УПК РФ указано на неясность вердикта (даны утвердительные ответы, но не указано количество присяжных заседателей, проголосовавших "за" и "против", а также указанные недостатки допущены при ответе на 4 вопрос) и дважды им предложено возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист.
При этом, как следует из протокола судебного заседания, присяжные заседатели удалялись в совещательную комнату для разрешения указанных председательствующим вопросов, а запасные присяжные заседатели оставались в зале судебного заседания.
Несостоятельны доводы жалоб о том, что в этом случае при удалении присяжных заседателей запасные заседатели удалялись вместе с ними в совещательную комнату, поскольку это противоречит протоколу судебного заседания, а также материалам служебной проверки и заключению по результатам ее проведения (л<данные изъяты>).
При указанных обстоятельствах судебная коллегия находит доводы апелляционных жалоб о наличии оснований к отмене приговора в отношении Евдокимова Р.А. в связи с допущенными нарушениями уголовно-процессуального закона при исследовании доказательств, процедуры судопроизводства, принятии вердикта присяжными заседателями необоснованными и противоречащими материалам дела и требованиям закона.
Согласно ч.1 ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.
В связи с этим, судебная коллегия находит приговор в отношении Евдокимова Р.А. подлежащим отмене в связи с допущенными судом иными существенными нарушениями уголовно-процессуального закона по следующим основаниям.
Согласно ч. 2 ст. 348 УПК РФ обвинительный вердикт обязателен для председательствующего по уголовному делу, за исключением случаев, предусмотренных частями четвертой и пятой данной статьи.
В соответствии с ч. 3 ст. 351 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, в совершении которого коллегия присяжных заседателей признала подсудимого виновным, мотивировку квалификации его действий на основании вердикта присяжных заседателей, а также решение по другим вопросам (гражданскому иску, судьбе вещественных доказательств и т.д.).
Вопреки указанному требованию закона, приговор в отношении Евдокимова Р.А. содержит указание на обстоятельства обвинения Евдокимова Р.А. в убийстве супруги Гарькавой Н.Н. с изложением приведенных в обвинении обстоятельств с последующей ссылкой на выводы вердикта присяжных по вопросам о доказанности преступления и совершения его Евдокимовым Р.А. При этом отмечено, что вердиктом присяжных Евдокимов Р.А. признан виновным в совершении указанного в обвинении преступления при отсутствии умысла на причинение смерти потерпевшей.
Таким образом, в нарушение требований ст. 351 УПК РФ в приговоре не содержится описания преступного деяния, в совершении которого коллегия присяжных заседателей признала подсудимого Евдокимова Р.А. виновным.
С учетом указанных обстоятельств судебная коллегия считает, что описательно-мотивировочная часть приговора не соответствует вердикту присяжных заседателей.
Приговор содержит противоречия, поскольку из него невозможно установить, в совершении какого деяния Евдокимов Р.А. признан виновным по приговору суда: за деяние, которое совершено при обстоятельствах, которые излагались органом следствия и которые нашли полное отражение в приговоре, или за деяние, совершенное при обстоятельствах, установленных вердиктом присяжных заседателей.
В соответствии с ч. 3 ст. 348 УПК РФ председательствующий квалифицирует содеянное подсудимым в соответствии с обвинительным вердиктом, а также установленными судом обстоятельствами, не подлежащими установлению присяжными заседателями и требующими собственно юридической оценки.
Поэтому отсутствие в приговоре описания преступного деяния, в совершении которого коллегия присяжных заседателей признала подсудимого виновным, препятствует проверке законности приговора и доводов жалоб об обоснованности квалификации действий осужденного Евдокимова Р.А. по ч.4 ст.111 УК РФ и наличии оснований для иной квалификации.
Учитывая, что при постановлении приговора суд допустил нарушения указанных выше норм закона, что повлияло на постановление законного, обоснованного решения, чего требуют положения ст. 297 УПК РФ, данные нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, повлиявшими на исход дела, неустранимыми в суде апелляционной инстанции, что соответствии с ч.1, 1.1. ст. 389.22 УПК РФ влечет отмену приговора, а дело направлению в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство со стадии обсуждения последствий вердикта иным составом суда.
В ходе нового судебного рассмотрения необходимо устранить указанные выше нарушения и принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.
По причине отмены приговора по процессуальным основаниям иные доводы апелляционных жалоб в части относящейся к законности приговора судебной коллегией не рассматриваются, поскольку суд апелляционной инстанции не вправе предрешать выводы, которые могут быть сделаны судом при постановления нового итогового решения по делу.
Судебная коллегия принимает во внимание, что при оглашении пригоовра Евдокимову Р.А. изменена мера пресечения с пребывания под домашним арестом на заключение под стражу в связи с необходимостью исполнения приговора и отбыванием назначенного наказания в виде лишения свободы.
В связи с отменой приговора, судебная коллегия считает необходимым изменить меру пресечения с содержания под стражей на ранее действующую в виде домашнего ареста с учетом положений ст. 97, 99, 107, 255 УПК РФ, в целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и надлежащего проведения судебного заседания в разумные сроки на срок 3 месяца.
На основании изложенного и руководствуясь ст.389.15, 389.20, 389.22, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия,
определила:
Приговор Дубненского городского суда Московской области от <данные изъяты> в отношении Евдокимова 1 отменить.
Уголовное дело передать на новое рассмотрение в суд, постановивший приговор, в ином составе суда с момента, следующего за провозглашением вердикта присяжных заседателей.
Меру пресечения в отношении Евдокимова Романа Александровича изменить с содержания под стражей на домашний арест по месту проживания г<данные изъяты> с сохранением ограничений, указанных в постановлении от <данные изъяты>, сроком на 3 месяца, до <данные изъяты>.
Евдокимова Романа Александровича освободить из-под стражи.
Апелляционные жалобы осужденного Евдокимова Р.А. и адвоката Аракчеева А.Н. удовлетворить частично.
Апелляционное определение может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции (г. Саратов) в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ. Евдокимов Р.А. вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
