Дата принятия: 09 октября 2020г.
Номер документа: 22-3970/2020
АЛТАЙСКИЙ КРАЕВОЙ СУД
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 9 октября 2020 года Дело N 22-3970/2020
Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:
председательствующего: Владимировой Э.В.,
судей: Снегирева А.Н., Щигоревой Л.Е.,
при секретаре: Гановой В.А.,
с участием прокурора: Киреенко С.А.,
осужденного: Петрова М.Н.
адвокатов: Акатова А.О. и Гагельганса С.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Касьяновой С.В., апелляционной жалобе адвокатов Акатова А.О. и Гагельганса С.А. на приговор Ленинского районного суда г.Барнаула Алтайского края от 6 августа 2020 года, которым
ПЕТРОВ М.Н., ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженец <адрес>, не судимый,
- осужден по ч.3 ст.290 УК РФ (эпизод с ООО <данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>") к 3 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере двадцатикратной суммы взятки, т.е. <данные изъяты> рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций в государственных учреждениях здравоохранения сроком на 03 года; по ч.3 ст.290 УК РФ (эпизод с ООО "<данные изъяты> к 3 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере двадцатикратной суммы взятки, т.е. <данные изъяты> рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций в государственных учреждениях здравоохранения сроком на 03 года; по ч.3 ст.290 УК РФ (эпизод с ИП "Щ") к 3 годам лишения свободы со штрафом в размере двадцатикратной суммы взятки, т.е. <данные изъяты> рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций в государственных учреждениях здравоохранения сроком на 03 года.
В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 6 лет со штрафом в размере <данные изъяты> рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций в государственных учреждениях здравоохранения сроком на 04 года.
В силу ст.73 УК РФ назначенное основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком в четыре года. На осужденного возложены обязанности не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в установленный указанным органом день один раз в месяц.
Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
Испытательный срок исчислен с момента вступления приговора в законную силу с зачетом в него времени, прошедшего с 6 августа 2020 года.
Обращено взыскание штрафа на имущество Петрова М.Н., на которое был наложен арест постановлением <данные изъяты> суда <адрес> от ДД.ММ.ГГ - на сотовый телефон "<данные изъяты>"; 5/100 общей долевой собственности в жилом помещении по адресу: <адрес>, ул.<адрес>
Разрешена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Владимировой Э.В., выслушав мнения прокурора Киреенко С.А., поддержавшей представление и возражавшей против доводов жалобы; осужденного Петрова М.Н., адвокатов Акатова А.О. и Гагельганса С.А., подержавших жалобу и возражавших против доводов представления, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
По приговору суда Петров М.Н. признан виновным и осужден за то, что будучи назначенным приказом (Распоряжением) главного врача краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения "<данные изъяты>" от ДД.ММ.ГГ ***-к на должность начальника хозяйственного отдела <данные изъяты>", реорганизованной Постановлением <данные изъяты>, Председателя <данные изъяты> *** от ДД.ММ.ГГ и постановлением Министра здравоохранения <данные изъяты>350 от ДД.ММ.ГГ в краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения "<данные изъяты> в <адрес> трижды получил взятку в виде денег за незаконные действия в пользу взяткодателей и представляемых ими лиц.
Так, ДД.ММ.ГГ он лично получил от П, действовавшей в интересах ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>", взятку в виде денег в значительном размере в сумме <данные изъяты> рублей.
В период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ через посредника - установленного лица, получившего семью частями <данные изъяты> рублей в качестве взятки в значительном размере от М, представляющего ООО "<данные изъяты>", получил <данные изъяты> рублей.
В период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ через посредника - установленного лица, получившего четырьмя частями <данные изъяты> рублей в качестве взятки от ИП Щ, получил <данные изъяты> рублей.
Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.
В судебном заседании Петров М.Н. вину в получении взяток не признал, указав на получение денег от П, что должно расцениваться как мошенничество, и отрицал факты передачи ему денег от П3 в качестве взяток от М и ИП Щ.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Касьянова С.В. просит приговор в отношении Петрова М.Н. изменить в связи с несправедливостью вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания. В обоснование доводов, не оспаривая фактические обстоятельства совершения осужденным преступлений и квалификацию содеянного, находит назначенное с применением ст.73 УК РФ наказание чрезмерно мягким, т.к. оно не соответствует принципу справедливости, предусмотренному ст.6 УК РФ. Автор представления приводит выдержки из ч.1 ст.6, ч.2 ст.43, ч.3 ст.60 УК РФ. Полагает, что с учетом конкретных обстоятельств дела, совершения трех тяжких преступлений, представляющих повышенную общественную опасность, данных о личности суду следовало назначить Петрову М.Н. наказание в виде реального лишения свободы. Ввиду чего просит исключить из приговора суда указание о применении положений ст.73 УК РФ. Кроме того, государственный обвинитель указывает на нарушение судом закона при назначении осужденному дополнительных видов наказания, поскольку данное решение в приговоре никак не мотивировано. При этом просит либо мотивировать назначение дополнительных наказаний в виде штрафа в размере <данные изъяты> рублей и лишения права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций в государственных учреждениях здравоохранения, характером и степенью общественной опасности трех совершенных преступлений, относящихся к категории тяжких, представляющих повышенную опасность, обстоятельствами их совершения и данными о личности Петрова М.Н., либо исключить назначение дополнительного наказания из приговора суда ввиду отсутствия мотивировки. Резюмируя изложенное автор представления просит назначить Петрову М.Н. наказание: по ч.3 ст.290 УК РФ (эпизод с ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>") в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы со штрафом в размере двадцатикратной суммы взятки <данные изъяты> <данные изъяты> рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций в государственных учреждениях здравоохранения сроком на 3 года; по ч.3 ст.290 УК РФ (эпизод с ООО "<данные изъяты>") в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы со штрафом в размере двадцатикратной суммы взятки <данные изъяты> рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций в государственных учреждениях здравоохранения сроком на 3 года; по ч.3 ст.290 УК РФ (эпизод с ИП "Щ") в виде 3 лет лишения свободы со штрафом в размере двадцатикратной суммы взятки <данные изъяты> рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций в государственных учреждениях здравоохранения сроком на 3 года; по ч.3 ст.69 УК РФ в виде 5 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере <данные изъяты> рублей, с лишением права заниматься деятельность, связанной с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций в государственных учреждениях здравоохранения сроком на 4 года, либо исключить назначение дополнительного наказания.
В апелляционной жалобе адвокаты Акатов А.О. и Гагельганс С.А. выражают несогласие с приговором суда и просят отменить его в части осуждения Петрова М.Н. по ч.3 ст.290 УК РФ (эпизод с ООО "<данные изъяты>") и по ч.3 ст.290 УК РФ (эпизод с ИП "Щ"), оправдав на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ за непричастностью к совершению данных деяний, а в части осуждения по ч.3 ст.290 УК РФ (эпизод с ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>") изменить, переквалифицировав действия на ч.3 ст.159 УК РФ с понижением наказания. В обоснование доводов указывают на отсутствие совокупности доказательств, свидетельствующих о получении Петровым М.Н. денежных средств от М и Щ через П3, поскольку доказательств этому помимо показаний последнего, не имеется. При этом П3 давал противоречивые показания, которые не согласуются с показаниями М и Щ об отсутствии какой-либо договоренности с Петровым М.Н. о передаче денежных средств лично, о чем им известно лишь со слов П3. Авторы жалобы подробно анализируют показания П3, данные им в ходе судебного заседания в различные промежутки времени, сопоставляя их с показаниями свидетелей М, Щ, Л, Е, Т, Д, З, П2, постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГ. Указывают на криминальную направленность личности П3, что подтверждается исследованными в суде доказательствами. При отсутствии совокупности доказательств, подтверждающих виновность Петрова М.Н. в получении взяток как по эпизоду с ООО "<данные изъяты>", так и по эпизоду с ИП "Щ", он исходя из ст.14, ч.4 ст.302 УПК РФ должен быть оправдан на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ за его непричастностью к совершению этих преступлений. Кроме того, адвокаты обращают внимание на то, что из показаний свидетелей П, П1, М и Щ, а также иных исследованных доказательств, в том числе аудио и видео записи, полученными в ходе проведения ОРМ "оперативный эксперимент", записями телефонных переговоров следует, что денежные средства передавались указанными лицами за заключение с <данные изъяты>" договоров поставки оборудования и расходных материалов. Как видно из указанных договоров, они заключены и подписаны главным врачом <данные изъяты>" С, причастность которого к получению денежных средств не установлена. Согласно Устава <данные изъяты> должностной инструкции и трудовому договору главного врача именно он обладает полномочиями по принятию окончательного решения о заключении договоров, что С подтвердил в суде. Из должностных же полномочий Петрова М.Н. видно, что он не обладает полномочиями ни по заключению договоров с контрагентами учреждения, ни о производстве оплаты поставляемого товара, доверенности о делегировании ему таких полномочий главным врачом материалы дела не содержат, не следует это и из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей. Утвержденный приказом главного врача порядок осуществления закупок у единственного поставщика определяет лишь предоставление служебной записки или заявки на бумажном носителе, которая должна быть согласована и подписана комиссионно. При этом апеллянты приводят выдержки из должностной инструкции Петрова М.Н., как начальника хозяйственного отдела. Обращают внимание, что из документации по сделкам с поставщиками, указанными в приговоре, следует, что ответственными исполнителями по договорам поставки, помимо Петрова М.Н., в своем основном количестве был П3, подписи которого имеются в служебных записках. При этом все служебные записки согласованы комиссией и утверждены главным врачом. Указанные обстоятельства, по мнению стороны защиты, свидетельствуют, что Петров М.Н. не обладал должностными полномочиями по заключению Учреждением договоров с поставщиками. Исходя из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях" о квалификации действий должностного лица, получившего ценности за совершение действий в интересах дающего или иных лиц, которые оно не может осуществлять ввиду отсутствия соответствующих должностных полномочий или должностного положения, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, совершенное лицом с использованием служебного положения. Помимо этого, адвокаты обращают внимание на несправедливость назначенного судом наказания в виде штрафа, размер которого в силу ч.3 ст.46 УК РФ должен быть определен с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положениями осужденного и его семьи, а также возможности получения им заработной платы или иного дохода. В суде было установлено, что Петров М.Н. является единственным кормильцем в семье, на его иждивении фактически находятся супруга, двое малолетних детей, один совершеннолетний ребенок и престарелый родственник. Приговор вообще не содержит никаких суждений относительно размера назначаемого штрафа и оснований его назначения. Назначенное в виде лишения свободы наказание не отвечает целям наказания и положениям ст.60 УК РФ ввиду его суровости, поскольку определено без учета конкретных обстоятельств дела и личности осужденного.
Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.
Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, а также глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.
Выводы суда о виновности осужденного при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых в приговоре раскрыто. Каждое доказательство оценено судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора, как того требует ст.88 УПК РФ. Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре, как это предусмотрено ст.307 УПК РФ.
Доводы стороны защиты об отсутствии у Петрова М.Н. полномочий на принятие юридически значимых решений, способных привести к заключению договоров, и о неполучении денег через П3 от М и Щ, аналогичные изложенным в апелляционной жалобе, судом первой инстанции проверялись и обоснованно расценены как избранный способ защиты, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам, установленным на основании исследованных в судебном заседании доказательств.
Среди этих доказательств:
- показания П3 (осужденного приговором от ДД.ММ.ГГ) о том, что ДД.ММ.ГГ они с Петровым М.Н., являющимся его руководителем в <данные изъяты>", договорились, что при работе с коммерческими предприятиями будут брать 15% от суммы сделки наличными денежными средствами. Он должен был заниматься поиском поставщиков, встречаться с ними, оговаривать условия работы в виде предоставления трех коммерческих предложений с наименьшей ценой того предприятия, которое согласно работать на их условиях, оформлять документы, Петров М.Н. будет обеспечивать подписание документов главным бухгалтером, главным экономистом, юристом и другими. После получения денег от поставщиков он должен был передавать половину Петрову М.Н., который контролировал его действия. Когда в ДД.ММ.ГГ от заведующей пищеблока поступила заявка на приобретение емкостей, ножей и других расходных материалов, он по указанию Петрова М.Н. поехал в офис ООО "<данные изъяты>", где познакомился с П, высказав условия работы с Учреждением путем передачи наличными 15% от суммы сделки Петрову М.Н. через него, на что она по телефону дала свое согласие. После этого они с Петровым М.Н. вместе приехали к П, где были озвучены те же условия работы, и впоследствии были заключены договоры: четыре с ООО "<данные изъяты>" и один с ООО "<данные изъяты>", директором которого являлся П1. После поступления денег от Учреждения они вместе с Петровым М.Н. приехали к П, и он написал 15% от <данные изъяты> рублей - суммы, оплаченной по всем договорам, что составило <данные изъяты> рублей, которые та должна была передать им. П сказала, что передаст деньги после появления наличных. ДД.ММ.ГГ П передала деньги Петрову М.Н. и того задержали. Кроме того, в период с ДД.ММ.ГГ он познакомил Петрова М.Н. с директором ООО "<данные изъяты>" М, которому при Петрове М.Н. озвучил условие работы в виде выплаты наличными 15% от суммы сделки. С ООО "<данные изъяты>" было заключено несколько договоров, по каждому из которых отдельно М передавал ему лично денежные средства не более <данные изъяты> рублей каждый раз, половину из них он отдавал Петрову М.Н. в рабочем кабинете последнего. Так, с ООО "<данные изъяты>" были заключены договоры поставки товара: *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ на общую сумму <данные изъяты> рубля, за что М передал ему озвученные им суммы - <данные изъяты> рублей, <данные изъяты> рублей, <данные изъяты> рублей, <данные изъяты> рублей, <данные изъяты> рублей, <данные изъяты> рублей и <данные изъяты> рублей на общую сумму <данные изъяты> рублей, из которых половина была передана Петрову М.Н.. Аналогичным образом они работали с ИП Щ, который согласился передавать им наличными 15% от суммы каждой сделки. Так, с ИП "Щ" были заключены договоры поставки товара: *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ на общую сумму <данные изъяты>, за что Щ передал ему озвученные суммы - <данные изъяты>, на общую сумму <данные изъяты> рублей, половину которых он передал Петрову М.Н.;
- показания свидетеля С - главного врача <данные изъяты>", пояснившего о порядке осуществления закупок для нужд Учреждения, предусмотренном ФЗ ***, через торги. При этом сумма каждой закупки без проведения торгов в начале ДД.ММ.ГГ года не могла превышать <данные изъяты> рублей. В период с ДД.ММ.ГГ Петров П.Г. состоял в должности начальника хозяйственной службы, занимался, в том числе закупками товаров и услуг. Если было необходимо что-то закупить, Петров М.Н. готовил служебную записку, собирал коммерческие предложения, оформлял документы, затем они передавались в комиссию по закупкам, после подписания всеми членами комиссии, документы поступали к нему, он подписывал договор с поставщиком. Петров М.Н. отвечал за закупки для хозяйственных нужд, и именно он проверял соответствие коммерческих предложений рынку, что закреплено в его должностных обязанностях. У него в подчинении находился П3, но чем тот конкретно занимался, не знает;
- показания свидетелей Х (главного бухгалтера <данные изъяты>") и Б (начальника отдела материально-технического оснащения Учреждения) о том, что именно Петров М.Н. занимался срочными закупками до <данные изъяты> рублей для хозяйственных нужд. От него поступали служебные записки с коммерческими предложениями, договор заключался с организацией, предложившей наиболее низкую цену. Они, как члены закупочной комиссии, ставили подписи в служебной записке, проверив правильность указания информации, необходимой для оплаты. Достоверность коммерческих предложений они не проверяли, за это отвечает лицо, составившее служебную записку, в данном случае Петров М.Н., в отсутствие которого его обязанности исполнял П3;
- показания свидетеля П2 - заместителя главного врача по экономическим вопросам <данные изъяты>", также пояснившей о том, что именно Петров М.Н. с ДД.ММ.ГГ года как начальник хозяйственного отдела занимался закупками вне плана до <данные изъяты> рублей для хозяйственных нужд, оформлением служебной записки, сбором коммерческих предложений и составлением договора. К ней поступала служебная записка уже с готовым пакетом документов, она проверяла лишь, имеются ли у Учреждения средства на закупку, не превышен ли лимит в 5% от общего годового бюджета на прямые закупки. Достоверность коммерческих предложений, приложенных к служебной записке, проверял Петров М.Н., в отсутствие которого его обязанности исполнял П3, будучи его подчиненным:
- показания свидетеля Н - ведущего юрисконсульта <данные изъяты>", подробно описавшей разработку проектов договоров с коммерческими предприятиями при работе с "закупками малого объёма" (в начале ДД.ММ.ГГ года до <данные изъяты> рублей) и проверку соответствия договоров положениям ФЗ ***, и пояснившей о том, что заявками по хозяйственной части занимался начальник хозяйственного отдела Петров М.Н. либо его заместитель П3, которые могли повлиять на выбор контрагентов в закупках товаров и услуг. Петров М.Н. в соответствии со своими должностными обязанностями был ответственным по направлению хозяйственных товаров, организовывал их закупки, выбирал контрагентов. Остальные лица, визирующие служебную записку, лишь проверяли соответствие служебной записки нормативным актам и требованиям, каждый по профильному направлению деятельности;
- показания свидетеля П о том, что к ней, как к директору ООО "<данные изъяты>", ДД.ММ.ГГ обратился П3, предложив сотрудничество с <данные изъяты>" при условии, что она будет передавать П3 и Петрову М.Н. 10-15% от суммы каждой сделки. Она сообщила о случившемся в ФСБ, под контролем которой происходили дальнейшие действия. Так, ДД.ММ.ГГ она в <данные изъяты>" встречалась с П3 и Петровым М.Н., в ходе разговора с которыми поняла, что именно последний уполномочен решать, у каких организаций закупать товары, и что для работы с ними необходимо выплачивать 15% с каждого договора, которые заранее прибавляли к стоимости товара. В ДД.ММ.ГГ года ООО "<данные изъяты>" заключило с Учреждением 5 договоров на поставку пищевого оборудования на общую сумму <данные изъяты> рублей, один из которых был заключен от имени ООО "<данные изъяты>", директором которого является П1, после того, как от Учреждения поступили деньги, ДД.ММ.ГГ П3 и Петров М.Н. приехали в офис ООО "<данные изъяты>", где П3 на листе бумаги написал сумму, которую она должна была предать им - <данные изъяты> рублей, что соответствовало 15% от общей суммы договоров. ДД.ММ.ГГ она договорилась о встрече с Петровым М.Н. и на следующий день передала ему <данные изъяты> рублей, ранее врученные ей сотрудниками ФСБ;
- показания свидетеля П1 о том, что он является директором ООО "<данные изъяты>" и соучредителем ООО "<данные изъяты>", директором которого работает его бывшая супруга П, по просьбе которой участвовал в переговорах с сотрудниками <данные изъяты>" Петровым М.Н. и П3, пояснивших о необходимости выплачивать им за сотрудничество 15% от стоимости оборудования, закупленного Учреждением, заранее завысив его стоимость на эти проценты. При этом, Петров П.Г. дал понять, что все закупки в Учреждении зависят от него, что необходимо составлять коммерческие предложения от различных поставщиков, т.к. нельзя оформлять все договоры на одно юридическое лицо. В дальнейшем ООО "<данные изъяты>" заключило один договор с <данные изъяты>", они с П еще раз ездили в Учреждение, обсуждали правильность оформления документов;
- показании свидетелей С1 и М2 (сотрудников <данные изъяты> об обстоятельствах проведения ОРМ "Оперативный эксперимент" после обращения к ним П с сообщением о поступившем от сотрудника <данные изъяты>" П3 предложении по заключению договоров поставки товаров под условием передачи взятки в размере 10-15% от суммы каждого договора, что было зафиксировано на технические носители, а также об обстоятельствах задержания Петрова М.Н. после получения взятки и выдачи им полученных денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей;
- показания свидетеля М о том, что в ДД.ММ.ГГ года к нему, как к директору ООО "<данные изъяты>", обратился П3 и предложил заключать договоры поставок для <данные изъяты>" запчастей для прачечного оборудования под условием передачи ему и Петрову М.Н. 10% от цены договора. После того, как он согласился, были заключены договоры поставки товара: *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ и *** от ДД.ММ.ГГ, по каждому из которых он после поступления на счет ООО "<данные изъяты>" денежных средств по звонку П3 передавал озвученные тем суммы денег: <данные изъяты> рублей, а всего <данные изъяты> рублей. Для заключения договоров П3 предоставлял перечень необходимого, он составлял коммерческое предложение от себя, просил знакомых составить второе предложение от ООО "<данные изъяты>", а также подделывал коммерческое предложение от ООО "<данные изъяты>". В своем предложении ставил более низкую цену. С Петровым М.Н. виделся дважды: в кабинете у П3 и на улице, но они не общались;
- показания свидетеля Т, которая как директор ООО "<данные изъяты>" в ДД.ММ.ГГ года по просьбе М подписывала коммерческие предложения к договорам N***, *** заключенным <данные изъяты>" с ООО "<данные изъяты>", которые тот готовил от имени ее фирмы, где были указаны среднерыночные цены;
- показания свидетеля Ш1, подтвердившей, что как директор ООО "<данные изъяты>", подписывала коммерческие предложения к договорам N*** и *** между <данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>", которые были составлены сотрудниками ее фирмы, но они назывались "дефектной ведомостью";
- показания свидетеля Щ о том, что в ДД.ММ.ГГ года его знакомый П3 предложил ему, как индивидуальному предпринимателю, заключать договоры поставок для <данные изъяты>" строительных материалов под условием передачи 15% от цены договора. При этом для заключения договора необходимо предоставить три коммерческих предложения, из которых его будет ниже по цене. Он просил индивидуальных предпринимателей Ш и Ж (являющегося еще и директором ООО <данные изъяты>") сделать коммерческие предложения, затем делал свое предложение с меньшей ценой. Так, были заключены договоры поставки товара N***, ***, по каждому из которых он после поступления денежных средств по звонку П3 передавал озвученные тем суммы денег: <данные изъяты> <данные изъяты> рублей. Со слов П3 понял, что денежные средства за заключение договоров тот передает своему начальнику Петрову М.Н., с которым он его познакомил при встрече на территории <данные изъяты>";
- показания свидетеля Ш, подтвердившего, что в начале ДД.ММ.ГГ года по просьбе Щ готовил коммерческие предложения к договорам N***, *** заключенным <данные изъяты>" с ИП "Щ". При этом, Щ называл перечень товаров, он просчитывал рентабельность сделки для себя, после этого составлял коммерческое предложение, указывая средние "по рынку" цены, и направлял его Щ;
- показания свидетеля Ж, пояснившего, что в начале <данные изъяты> года по просьбе Щ готовил от имени ИП "Ж" и ООО <данные изъяты>" коммерческие предложения к договорам N***, *** заключенным <данные изъяты>" с ИП "Щ". Щ называл перечень товаров, он просчитывал рентабельность сделки для себя, после этого составлял коммерческое предложение, указывая выгодные для него цены, и направлял его Щ;
- приказ (распоряжение) главного врача <данные изъяты>" от ДД.ММ.ГГ ***-к, о назначении Петрова М.Н. с ДД.ММ.ГГ. на должность начальника хозяйственного отдела Учреждения; трудовой договор *** от ДД.ММ.ГГ
- приказ *** от ДД.ММ.ГГ "О создании контрактной службы", с учетом изменений, внесенных приказом *** от ДД.ММ.ГГ, которым Петров М.Н. включен в состав контрактной службы как "ответственный по направлению", отвечающий, в том числе, за формирование заказа, определение порядка и условий его реализации, обеспечение исполнения государственных контрактов, за достоверность предоставляемой информации, за соблюдение предусмотренных ФЗ РФ N***-ФЗ и иными нормативно-правовыми актами требований к содержанию и составу Технического задания и документов об осуществлении закупки. В случае осуществления закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) для заключения контракта Петров М.Н., как "ответственный по направлению", обязан приложить в документально оформленном виде обоснование цены контракта
- копии договоров между <данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>" от ДД.ММ.ГГ. на сумму <данные изъяты> рублей, от ДД.ММ.ГГ. на сумму <данные изъяты> рублей, от ДД.ММ.ГГ. на сумму <данные изъяты> рублей, от ДД.ММ.ГГ. на сумму <данные изъяты> рублей с приложенными к ним коммерческими предложениями, счетами-фактурами и счетами на оплату;
- копия договора между <данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>" от ДД.ММ.ГГ. на сумму <данные изъяты> рублей с приложенными к нему коммерческими предложениями, счетами-фактурами и счетами на оплату;
- копии договоров между <данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>" *** от ДД.ММ.ГГ на сумму <данные изъяты> рублей; *** от ДД.ММ.ГГ на сумму <данные изъяты> рубля; *** от ДД.ММ.ГГ на сумму <данные изъяты> рублей, *** от ДД.ММ.ГГ на сумму <данные изъяты> рублей, *** от ДД.ММ.ГГ на сумму <данные изъяты> рублей, *** от ДД.ММ.ГГ на сумму <данные изъяты> рублей, *** от ДД.ММ.ГГ на сумму <данные изъяты> рублей с приложенными к ним коммерческими предложениями, счетами-фактурами и счетами на оплату;
- копии договоров между <данные изъяты>" и ИП Щ от ДД.ММ.ГГ *** на сумму <данные изъяты> рублей, от ДД.ММ.ГГ *** на сумму <данные изъяты> рублей, от ДД.ММ.ГГ *** на сумму <данные изъяты> рубля <данные изъяты>, от ДД.ММ.ГГ *** на сумму <данные изъяты> рублей с приложенными к ним коммерческими предложениями, счетами-фактурами и счетами на оплату;
- фрагмент листа бумаги, на одной стороне которого имеются рукописные записи с данными по договорам с ООО "<данные изъяты>", а на обратной стороне указана сумма в <данные изъяты> рублей;
- аудио и видео записи, полученные в ходе проведения ОРМ "оперативный эксперимент", где отражены записи телефонных и личных переговоров П, П1, П3 и Петрова М.Н. (об условиях заключения договоров с ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>" с передачей денежных средств в размере 10-15% от суммы договоров за "откат", тонкостях заполнения документации на поставку товаров по договорам, о появлении у П денежных средств и готовности передать их Петрову М.Н. в качестве отказа, в том числе ДД.ММ.ГГ Петров М.Н. в общем разговоре указывает, что именно он решает вопрос о заключении договоров, называя себя "председателем", а ДД.ММ.ГГ он же подтвердил намерение получить от П деньги), а также зафиксирована встреча Петрова М.Н. с П, в ходе которой в автомобиле последняя передала осужденному взятку;
- протокол осмотра одежды и вещей П перед встречей с Петровым М.Н., где ничего не обнаружено;
- протокол вручения П денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей десятью купюрами достоинством <данные изъяты> рублей и <данные изъяты> купюрами достоинством <данные изъяты> рублей, копии которых приложены к протоколу;
- акт добровольной сдачи Петровым М.Н. денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей (номера купюр которых идентичны ранее врученным П) и мобильного телефона "<данные изъяты>";
- протокол выемки служебных записок от ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ к договорам, заключенным Учреждением с ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>
- протокол выемки в <данные изъяты>" договоров N***, *** с ООО "<данные изъяты>", служебных записок о закупке у единственного поставщика, бухгалтерские справки, коммерческие предложения, товарные накладные, акты приема-передачи товара, счета на оплату и счета-фактуры;
- протокол выемки в <данные изъяты>" договоров N***, *** с ИП "Щ", служебных записок о закупке у единственного поставщика, бухгалтерских справок, коммерческих предложений, счетов на оплату и счетов-фактур;
- выписки о движении денежных средств по счетам ООО "<данные изъяты>", ООО <данные изъяты>", ИП "Щ" и ООО "<данные изъяты> согласно которым усматривается поступление денежных средств от <данные изъяты>" по названным выше договорам;
-иные исследованные в судебном заседании доказательства.
Положенные в основу обвинительного приговора показания П3 относительно обстоятельств совершения совместных с Петровым М.Н. преступлений последовательны, не противоречивы и согласуются с исследованными в судебном заседании доказательствами, среди которых договоры поставок (с приложенными к ним служебными записками о закупке у единственного поставщика, бухгалтерскими справками, коммерческими предложениями); результаты ОРМ "оперативный эксперимент", показания свидетелей П (которой условия заключения договоров путем дачи взяток озвучивали осужденный и П3), М и Щ (которым о том, что взятки передаются для него и его начальника Петрова М.Н. говорил П3) и другие. При этом, как верно отметил суд первой инстанции, изложенные П3 обстоятельства получения взятки от П, полностью соответствуют как ее показаниям, так и документально закрепленным и зафиксированным результатам ОРМ, а также пояснениям осужденного в этой части. При этом, схема получения этой взятки аналогична описанной П3 при получении взяток от М и Щ, что следует из их показаний, обстоятельств заключения договоров, перевода денежных средств от <данные изъяты>" и передачи 10-15% от суммы договора взяткополучателям.
Вопреки мнению стороны защиты, оснований сомневаться в правдивости показаний П3 (подтвержденных им в судебном заседании, как по своему уголовному делу, так и по настоящему делу), не имеется. Каких-либо оснований для оговора им осужденного, материалы дела не содержат. Не приведено таковых и стороной защиты.
Факт отказа в возбуждении уголовного дела по иным фактам получения взяток, вопреки мнению адвокатов также не свидетельствует о даче П3 неправдивых показаний по настоящему делу, которые подтверждаются исследованными в суде доказательствами, о чем указывалось выше. К тому же за свои действия в посредничестве во взяточничестве по фактам получения взяток от П, М и Щ он осужден приговором суда от ДД.ММ.ГГ.
В судебном заседании достоверно установлено, что Петров М.Н., являясь в силу занимаемой должности (начальника хозяйственного отдела <данные изъяты>") должностным лицом, достоверно зная о порядке и процедуре заключения договоров поставок товаров, работ и услуг при закупе до <данные изъяты> рублей (по реестру закупок) у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя), искусственно создал условия для заключения договоров именно с юридическими лицами, представляемыми П, М и Щ, получив от них якобы конкурентные коммерческие предложения от иных юридических лиц с заведомо более высокой ценой и представив их комиссии по закупкам и главному врачу, на основании этих данных и были заключены договоры поставок с ООО "<данные изъяты>", ООО "<данные изъяты>", ИП "Щ" и ООО "<данные изъяты> по которым <данные изъяты>" перечислило денежные средства указанным Обществам и ИП, после получения которых П, М и Щ передали осужденному (первая лично, а остальные через П3) денежные средства в размере 10-15% от суммы каждого договора в качестве взятки.
Вопрос о пределах компетенции осужденного также являлся предметом рассмотрения судом первой инстанции. Выводы суда о том, что Петров П.Г., занимая должность начальника хозяйственного отдела <данные изъяты>", являлся должностным лицом, и в его служебные полномочия входили: подбор контрагентов для Учреждения при осуществлении закупок до <данные изъяты> рублей, осуществление мониторинга рынка, сбор коммерческих предложений, что, в свою очередь являлось основанием для заключения договоров поставки, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах.
Факт подписания договоров поставки руководителем Учреждения, как и согласование закупок с входящими в закупочную комиссию лицами, не свидетельствует об отсутствии в действиях Петрова М.Н. такого состава преступления, как взятка, поскольку именно осужденный влиял на выбор контрагентов в закупках товаров и услуг, касающихся хозяйственной части, т.к. представляемые им документы никто из обозначенных выше лиц не проверял. Это следует из показаний главного врача <данные изъяты>" С, а также членов закупочной комиссии Х, Б, П2 и Н, пояснивших, что именно Петров М.Н. готовил служебные записки, собирал коммерческие предложения и оформлял документы, на основании которых впоследствии заключались договоры с поставщиком на закупки для хозяйственных нужд, остальные же члены комиссии, визирующие служебную записку, лишь проверяли соответствие служебных записок нормативным актам и требованиям, каждый по профильному направлению деятельности, а главный врач подписывал уже подготовленные договоры.
Учитывая размер полученных от П и М взяток, суд правильно указал на наличие в действиях осужденного по этим фактам квалифицирующего признака - получение взятки в значительном размере.
Описание деяний, признанных судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе совершения, форме вины, цели и иных данных, позволяющих судить о событии преступлений, причастности к ним осужденного и его виновности.
Таким образом, оценив тщательно и всесторонне исследованные и представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденного в содеянном и правильно квалифицировал его действия: по ч.3 ст.290 УК РФ (по эпизоду с ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>") как получение взятки, то есть, получение должностным лицом лично и через посредника взятки в виде денег в значительном размере за незаконные действия в пользу взяткодателя и представляемого им лица; по ч.3 ст.290 УК РФ (по эпизоду с ООО "<данные изъяты>") как получение взятки, то есть, получение должностным лицом лично и через посредника взятки в виде денег в значительном размере за незаконные действия в пользу взяткодателя и представляемого им лица; и по ч.3 ст.290 УК РФ (по эпизоду с ИП "Щ") как получение взятки, то есть, получение должностным лицом лично и через посредника взятки в виде денег за незаконные действия в пользу взяткодателя и представляемого им лица.
Все исследованные в судебном заседании доказательства были обоснованно признаны судом допустимыми, поскольку получены с соблюдением требований норм уголовно-процессуального закона.
С учетом изложенного суд апелляционной инстанции полагает, что суд оценил доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства, в их совокупности, при этом указал основания, по которым одни доказательства приняты, а другие отвергнуты. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене судебного решения.
Суд апелляционной инстанции находит убедительными выводы суда о виновности осужденного в преступлениях, поскольку они подтверждаются достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных с участием сторон и подробно изложенных в приговоре.
Суд первой инстанции при назначении Петрову М.Н. основного наказания правильно учитывал требования ст.ст.6,43,60 УК РФ, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, наличие смягчающих наказание обстоятельств (частичное признание вины по эпизоду с ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты> раскаяние в содеянном; совершение преступлений впервые; наличие двоих малолетних детей; оказание помощи в содержании совершеннолетнего ребенка супруги; состояние здоровья его близких, которым он оказывает помощь), иные данные о личности осужденного (отсутствие судимости, положительные характеристики), а также влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.
Совершение осужденным трех тяжких преступлений, как и общественная опасность содеянного, вопреки доводам государственного обвинителя, были приняты во внимание при назначении наказания. Данные обстоятельства, как и иные (приведенные в апелляционном представлении), не содержат запрета на применение ст.73 УК РФ.
Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступлений, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, предусмотренных ст.64 УК РФ, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.
Решение суда о назначении такого вида наказания, как лишение свободы, и об отсутствии оснований для применения ч.6 ст.15 УК РФ, мотивировано в приговоре в достаточной мере.
Как видно из описательно-мотивировочной части приговора, при обсуждении вопроса о наказании, судом тщательно исследовался вопрос о личности осужденного, о его семейном положении, а также учтены другие имеющие значение для дела обстоятельства.
Принимая во внимание совокупность указанных выше смягчающих обстоятельств, а также данные о личности осужденного, который положительно характеризуется, ранее к уголовной ответственности не привлекался, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи при отсутствии отягчающих обстоятельств, суд счел возможным назначить Петрову М.Н. наказание с применением ст.73 УК РФ, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.
Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что назначенное судом осужденному основное наказание (как по каждому из составов преступлений, так и по их совокупности) с применением ст.73 УК РФ является справедливым, поскольку соответствует тяжести совершенных преступлений, личности осужденного и определено не в минимальном и не в максимальном размере санкции ч.3 ст.290 УК РФ, а по совокупности преступлений с соблюдением правил ч.3 ст.69 УК РФ.
При этом, на основании ч.3 и ч.5 ст.73 УК РФ Петрову М.Н. установлен испытательный срок и возложены обязанности, способствующие его исправлению.
В то же время суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апеллянтов о не соблюдении судом закона при назначении Петрову М.Н. дополнительного наказания.
Так, в соответствии с п.4 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания. При этом по смыслу разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в Постановлении Пленума от 29 ноября 2016 года N 55 "О Судебном приговоре" при назначении наказания по статьям уголовного закона, предусматривающим возможность применения дополнительного наказания по усмотрению суда, в приговоре следует указать основания его применения с приведением соответствующих мотивов (п.27).
Между тем, указанные требования закона судом не соблюдены, поскольку приговор суда не содержит мотивов назначения Петрову М.Н. дополнительных наказаний в виде штрафа и лишения права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций в государственных учреждениях здравоохранения.
При таких обстоятельствах, исходя из текста апелляционного представления (содержащего противоречивые требования в этой части), учитывая положения ч.1 ст.389.24 УПК РФ, дополнительное наказание нельзя считать назначенным, и в силу п.2 ч.1 ст.389.15, ч.1 ст.389.17 УПК РФ указание на него подлежит исключению из приговора суда.
В связи с отсутствием имущественных взысканий, обращение взыскания штрафа на имущество Петрова М.Н., на которое постановлением <данные изъяты> суда <адрес> от ДД.ММ.ГГ был наложен арест, также подлежит исключению из приговора суда, со снятием ареста.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не установлено.
Руководствуясь ст.389.13, п.2 ч.1 ст.389.15, ч.1 ст.389.17, п.9 ч.1 ст.389.20, ст.389.28, ст.389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ОПРЕДЕЛИЛ:
Приговор Ленинского районного суда г.Барнаула Алтайского края от 6 августа 2020 года в отношении Петрова М.Н. изменить.
Исключить назначение Петрову М.Н. дополнительного наказания, а также обращение взыскания штрафа на имущество Петрова М.Н., на которое постановлением <данные изъяты> суда <адрес> от ДД.ММ.ГГ наложен арест (сотовый телефон "<данные изъяты>"; <данные изъяты> общей долевой собственности в жилом помещении по адресу: <адрес>, ул.ДД.ММ.ГГ отменив арест на данное имущество.
В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Касьяновой С.В., апелляционную жалобу адвокатов Акатова А.О. и Гагельганса С.А. удовлетворить частично.
Председательствующий: Э.В. Владимирова
Судьи: А.Н. Снегирев
Л.Е. Щигорева
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
