Дата принятия: 18 августа 2020г.
Номер документа: 22-2938/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ КЕМЕРОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 18 августа 2020 года Дело N 22-2938/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда
в составе: председательствующего Куртуковой В.В.
судей Василевичевой М.В., Байер С.С.
при секретаре Сударевой Н.В.
с участием прокурора Тен Е.И.,
осуждённого Лукичева Д.С. /посредством видеоконференц-связи/,
адвоката Хорошко Е.Г.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление и дополнение к нему государственного обвинителя Ницук А.В., апелляционную жалобу потерпевшей ФИО4, апелляционную жалобу Лукичева Д.С., апелляционную жалобу и дополнение к ней адвоката Хорошко Е.Г. в защиту осуждённого Лукичева Д.С. на приговор Новокузнецкого районного суда Кемеровской области от 23 января 2020 года, которым
Лукичев Денис Сергеевич, <данные изъяты>, несудимый,
осуждён по ч. 1 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на срок 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Срок отбывания наказания исчислен с 23 января 2020 года.
Мера пресечения оставлена прежней - заключение под стражу.
В соответствии с п. "а" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 6 июня 2019 года до дня вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
Вопрос относительно вещественных доказательств разрешён.
Взыскано с Лукичева Д.С. в пользу ФИО4 компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя 50 000 рублей, в пользу ФИО5 компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей.
Признано за ФИО4 право на удовлетворение гражданского иска в части возмещения материального ущерба, вопрос о размере его возмещения передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.
Заслушав доклад судьи Василевичевой М.В., выслушав прокурора Тен Е.И., полагавшей необходимым приговор суда изменить по доводам апелляционного представления, в удовлетворении доводов апелляционных жалоб потерпевшей, осуждённого, адвоката - отказать, осуждённого Лукичева Д.С. и его защитника - адвоката Хорошко Е.Г., поддержавших доводы апелляционных жалоб осуждённого и защитника, возражавших против удовлетворения доводов апелляционного представления и апелляционной жалобы потерпевшей, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
приговором Лукичев Д.С. осуждён за убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционном представлении и дополнении к нему государственный обвинитель Ницук А.В. считает приговор суда незаконным, необоснованным и подлежащим изменению в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального и уголовного законодательства, неправильном применении уголовного закона.
Указывает на то, что в нарушение требование закона, суд неверно исчислил срок отбывания наказания с даты постановления приговора, то есть с 23 января 2020 года, тогда как в силу положений ст. 72 УК РФ срок отбывания наказания следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
В апелляционной жалобе потерпевшая ФИО4 считает приговор суда несправедливым вследствие назначения Лукичеву Д.С. чрезмерно мягкого наказания.
Указывает, что суд учёл смягчающие наказание обстоятельства, при этом не учёл её мнение, как потерпевшей стороны, о назначении строгого наказания, не оценил повышенную степень общественной опасности совершённого преступления.
Полагает, что Лукичев Д.С. пытался уйти от ответственности, инсценировав нахождение в состоянии аффекта, а также ссылаясь на то, что первым конфликт начал потерпевший из-за долга Лукичева Д.С. перед ним.
Обращает внимание на то, что Лукичев Д.С. не принял мер к заглаживанию вины и к возмещению причиненного вреда, извинение попросил лишь в конце судебного следствия.
Полагает, что суд должен был учесть, что после нанесения потерпевшему 20 ударов, Лукичев Д.С. не оказал медицинской помощи потерпевшему, напротив, привалил его шпалой, чтобы тот не выбрался.
Просит отменить приговор.
В апелляционной жалобе осуждённый Лукичев Д.С. считает приговор суда незаконным, необоснованным, подлежащим отмене.
Указывает на то, что экспертизу в отношении него проводили трое человек, ему неизвестных, беседа прошла очень быстро, его ответы на вопросы не фиксировали, в заключении вопрос N 3 относится к некоему ФИО6, что свидетельствует о том, что экспертиза в отношении него была проведена поверхностно.
Считает, что в ходе предварительного следствия допущен ряд существенных нарушений, а именно в постановлении от 7 июня 2019 года указано, что уголовное дело возбуждено по факту безвестного исчезновения ФИО4, вместо ФИО8 Данная ошибка содержится и в постановлении о возбуждении уголовного дела от 5 июня 2019 года, также дата направления постановления прокурору 5 мая 2019 года указана ранее даты совершения преступления, дата протокола задержания и дата его подписания разные, однако судом данные нарушения не приняты во внимание.
По мнению осуждённого, с учётом его характеризующих данных у суда имелась возможность назначить ему наказание с применением ст. 64 УК РФ.
Просит изменить ему наказание на более мягкое.
В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Хорошко Е.Г. считает приговор суда незаконным, необоснованным, подлежащим отмене, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенно нарушены уголовно-процессуальный и уголовный законы.
Считает, что обстоятельства уголовного дела, поведение потерпевшего и осуждённого до совершения преступления, в момент его совершения и после, дают основания полагать, что Лукичев Д.С. находился в состоянии аффекта.
Указывает, что судебно-психиатрическая экспертиза от 25 июня 2019 года содержит необоснованные и противоречащие материалам дела выводы, не указано, какие материалы были представлены эксперту, какие были использованы экспертом.
Обращает внимание на то, что экспертами при проведении экспертизы не исследовалось заключение СМЭ, исследовав которое можно прийти к выводу о нахождении Лукичева Д.С. в состоянии аффекта. Кроме того, экспертами не исследовалось орудие преступления (нож); показания Лукичева Д.С. относительно его действий после совершения преступления, которые носили бессмысленный и не поддающийся логическому объяснению характер; протокол осмотра места происшествия и протокол проверки показаний на месте; материалы, характеризующие Лукичева Д.С., показания его родственников в части особенностей его психики при угрозах в адрес его семьи.
По мнению адвоката, особенности поведения Лукичева Д.С. должны были быть проанализированы экспертами, им должна была быть дана оценка, которая повлияла бы на выводы экспертов о психическом состоянии Лукичева Д.С. в момент совершения преступления.
Считает, что поведение Лукичева Д.С. после совершения преступления, свидетельствует о нахождении его в состоянии аффекта, а именно перемещение им потерпевшего вокруг кустов, его действия, связанные с придавливанием потерпевшего одной шпалой, тогда как, если бы Лукичев Д.С. хотел спрятать тело, мог бы полностью спрятать его под несколькими шпалами.
Приходит к выводу, что заключение психиатрической экспертизы является необоснованным, ставит под сомнение доказанность обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, а также квалификацию действий Лукичева Д.С.
Указывает, что постановление о назначении психиатрической экспертизы вынесено вскоре после возбуждения уголовного дела, то есть, когда в материалах отсутствовала большая часть материалов, которые могли повлиять на выводы экспертов. Кроме того, в вопросах, постановленных на разрешение экспертов, указана фамилия ФИО7, вместо Лукичева Д.С., в связи с чем можно сделать вывод, что экспертиза проведена формально.
Полагает, что судом необоснованно было отказано в проведении повторной судебной психиатрической экспертизы для устранения противоречий в выводах экспертов, чем было нарушено право на защиту Лукичева Д.С.
Указывает, что суд пришёл к выводу, что Лукичев Д.С. своими умышленными действиями причинил ФИО8 телесные повреждения, которые образовались от не менее 4-х ударных воздействий клинка ножа, однако в заключении от 13 июня 2019 года указано, что повреждения образовались от 4-х, а не более ударных воздействий колюще-режущего предмета.
Также указывает, что в экспертном заключении от 13 июня 2019 года определено количество ударов как 18, тогда как в приговоре суд установил не менее 18 ударов.
Обращает внимание на то, что эксперт не смог определить последовательность нанесения повреждений, точный промежуток времени, в течение которого они были причинены.
Считает вывод суда о том, что Лукичев Д.С. в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также при проверке показаний на месте подробно и последовательно описывал свои действия, в результате которых были причинены телесные повреждения, от которых наступила смерть потерпевшего, опровергается доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, поскольку Лукичев Д.С. каждый раз по разному описывал свои действия.
Адвокат не может согласиться с выводом суда, что противоправное поведение потерпевшего не нашло всего подтверждения в ходе судебного следствия.
Полагает, что умысел Лукичева Д.С. на нанесение 14 ударов потерпевшему, которые не могли повлечь смерть потерпевшего, не был установлен. Кроме того, судом не установлен мотив совершения преступления, в том числе мотив на причинение телесных повреждений, которые не могли привести к смерти потерпевшего.
Просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение.
В возражении на апелляционные жалобы осуждённого и адвоката государственный обвинитель просит оставить приговор без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Проверив материалы дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражения на них, судебная коллегия приходит к следующему.
Виновность Лукичева Д.С. в совершении преступления, за которое он осуждён, установлена совокупностью доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и приведённых в приговоре: показаниями потерпевшей ФИО4 о том, что 24 мая 2019 года обратилась с заявлением в полицию по факту безвестного исчезновения её сына ФИО8, который не вышел на работу, его телефон был выключен, в последующем от сотрудников полиции узнала, что ФИО8 был убит; потерпевшего ФИО3, согласно которым утром 24 мая 2019 года его отец ФИО8 ушёл на работу, вечером узнал, что отец на работу не пришёл, о чём сообщил бабушке, в тот же день та обратилась в полицию, в начале июня 2019 года от сотрудников полиции узнал, что отец был убит коллегой по работе Лукичевым Д.С.; свидетеля ФИО9 о том, что в конце мая 2019 года от брата Лукичева Д.С. узнала, что его опрашивали в полиции по факту безвестного исчезновения коллеги по работе ФИО8, отрицал, что видел последнего в день его исчезновения, затем стало известно, что Лукичев Д.С. в полиции дал признательные показания в совершении убийства ФИО8; свидетеля ФИО1, из которых следует, что 6 июня 2020 года в отделе полиции сын Лукичев Д.С. признался ей в убийстве ФИО8; свидетеля ФИО2, который показал, что утром 24 мая 2019 года ФИО8 сообщил, что поедет на работу на автомобиле вместе с Лукичевым Д.С., после чего ФИО8 на работу не вышел, дома не находился; свидетеля ФИО10, который в ходе предварительного следствия подтвердил, что от коллег стало известно, что 24 мая 2019 года ФИО8 позвонил ФИО2, сообщил, что поедет на работу на автомобиле вместе с Лукичевым Д.С., но не вышел на работу, ФИО8 также домой не вернулся и его не могли обнаружить длительное время, затем в начале июня 2019 года от коллег узнал, что Лукичев Д.С. дал признательные показания об убийстве ФИО8; показаниями осуждённого Лукичева Д.С., который полностью признал свою вину, в ходе предварительного следствия не оспаривал нанесение удара ножом <данные изъяты> сидящему на корточках и несколько ударов ножом <данные изъяты> лежащему на дороге ФИО8, последующего сокрытия трупа; протоколами следственных действий, в том числе протоколом проведения проверки показаний Лукичева Д.С. на месте, в ходе которой он воспроизвёл на месте обстановку и обстоятельства исследуемого события, при этом был обнаружен труп ФИО8; заключением судебно-медицинской экспертизы о характере, локализации и степени тяжести причинённых ФИО8 телесных повреждений, повлекших его смерть; вещественными и другими доказательствами, анализ которым дан в приговоре.
Суд, исследовав в полной мере доказательства и оценив их в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, обоснованно признал их относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности достаточными для признания Лукичева Д.С. виновным в совершении указанного преступления, при этом каких-либо неустранимых противоречий в исследованных судом доказательствах, которые могли бы поставить под сомнение выводы суда о виновности последнего, не имеется.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о виновности осуждённого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и об отсутствии доказательств совершения Лукичевым Д.С. убийства ФИО8 в состоянии аффекта, оценив приведённые в приговоре доказательства. Оснований для переквалификации действий осуждённого Лукичева Д.С. судебная коллегия не находит.
Вопреки доводам жалобы адвоката, суд обоснованно принял в качестве достоверных доказательств в целом последовательные показания осуждённого Лукичева Д.С., данные на следствии, касающихся обстоятельств преступления. При этом показания осуждённого подтверждаются другими доказательствами по делу, принятыми судом - показаниями свидетелей ФИО9, ФИО1, ФИО2, ФИО10, протоколами осмотра места происшествия, заключением судебно-медицинской экспертизы, заключением иных проведённых по делу экспертиз, изъятия и осмотра предметов, и другими доказательствами, имеющимися в материалах дела и исследованными в судебном заседании.
Из приговора видно, что выдвинутые стороной защиты доводы о совершении Лукичевым Д.С. преступления в состоянии аффекта, проверялись судом и обоснованно отвергнуты, как не нашедшие своего подтверждения. Выводы суда в данной части надлежащим образом мотивированы и судебная коллегия с данными выводами согласна.
Так судом установлено, что Лукичев Д.С. полностью сохранил воспоминания обо всех значимых деталях происшедшего, осознавал фактический характер своих действий, направленных на убийство потерпевшего.
На отсутствие у Лукичева Д.А. каких-либо признаков аффективного взрыва также указывает его поведение, имевшее место непосредственно после совершения преступления. Описанные им действия по сокрытию трупа ФИО8, а именно по транспортировке трупа в кустарники от места происшествия в безлюдное место с последующим прикрытием шпалой, а также по избавлению от следов преступления - крови на его одежде, от оставшегося у него имущества принадлежащего потерпевшего - телефона, сумки, что свидетельствует о том, что он не проявлял каких-либо признаков эмоционального истощения, характерного для постаффективного состояния.
Кроме того, суд принял во внимание заключение комиссии экспертов-психиатров, согласно которому в период инкриминируемого ему деяния Лукичев Д.С. не находился в состоянии аффекта, либо ином существенно выраженном эмоциональном состоянии, способном оказать существенное влияние на его сознание и поведение. У Лукичева Д.С. не выявлено таких индивидуально-психологических особенностей, которые могли оказать существенное влияние на его сознание и поведение в юридически значимых обстоятельствах (амбулаторная первичная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза от 25 июня 2019 г. N).
При этом, вопреки доводам жалоб осуждённого и адвоката, выводы комиссии экспертов основаны на непосредственном обследовании Лукичева Д.С. с использованием специальной методики в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются научно обоснованными, а компетентность экспертов, учитывая их профессиональный стаж работы, сомнений не вызывают. Оснований не доверять указанному заключению экспертов у судебной коллегии не имеется, выводы экспертизы научно-обоснованы и понятны, а также объективно подтверждаются доказательствами, исследованными судом. Что касается доводов осуждённого и адвоката об указании во вводной части заключения в одном из поставленных перед комиссией экспертов вопросов фамилии иного лица, то оно является явной технической опиской, которая не ставит под сомнения выводы эксперта и не влечёт за собой признания данного доказательства недопустимым.
Назначение судебной психолого-психиатрической экспертизы вскоре после возбуждения уголовного дела не ставит под сомнение законность и обоснованность её, поскольку представленные следствием доказательства на момент проведения экспертизы в своей совокупности были необходимыми и достаточными для принятия решения о психическом и психологическом состоянии подэкспертного Лукичева Д.С.
При таких обстоятельствах основания для проведения дополнительной либо повторной экспертизы в соответствии со статьёй 207 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не имеется. В этой связи ходатайство осуждённого и его защитника о проведении Лукичеву Д.С. повторной экспертизы на состояние аффекта судом первой инстанции было правильно отклонено как необоснованное и доводы жалоб в этой части судебная коллегия находит неубедительными. Не усматривается оснований для назначения дополнительной либо повторной экспертизы и в суде апелляционной инстанции по изложенным выше основаниям.
Судебная коллегия полагает, что изложенное свидетельствует об отсутствии со стороны ФИО8 действий, которые могли бы вызвать у осуждённого Лукичева Д.С. состояние аффекта, а приведённые адвокатом в апелляционной жалобе доводы о необходимости переквалификации действий осуждённого считает несостоятельными.
Проанализировав представленные доказательства, суд первой инстанции, вопреки доводам жалоб адвоката, сделал правильный вывод о направленности умысла Лукичева Д.С. на убийство потерпевшего, о чём свидетельствует нанесение им ФИО8 множественных (не менее 18) ударов ножом в расположение жизненно важных органов - <данные изъяты>, что причинило потерпевшему, в том числе, телесные повреждения, квалифицируемые как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и повлекшие наступление смерти потерпевшего ФИО8, при этом осуждённый осознавал, что его действия повлекут смерть потерпевшего и желал наступления таких последствий.
Довод защиты о том, что судом первой инстанции не указано точное количество нанесенных потерпевшему ударов, их последовательность, точный промежуток времени, в течение которого они были причинены, не нашёл своего подтверждения, поскольку наличие у ФИО8 телесных повреждений, их локализация, механизм и давность образования подтверждаются заключением эксперта от 13 июня 2019 года N.
Указание в приговоре при описании преступного деяния о нанесении потерпевшему в целом не менее 18 ударов ножом, тогда как в заключении судебно-медицинской экспертизы указано наступление негативных последствий от 18 ударов ножом, не ставит под сомнение приговор, поскольку суд не вышел за рамки предъявленного Лукичеву Д.С. обвинения. Указание количества ударов, нанесённых осуждённым Лукичевым Д.С. потерпевшему, с формулировкой "не менее" не является утверждением о причинении потерпевшему большего количества ударов, чем 18, а свидетельствует о минимальном количестве нанесённых ударов.
Судом также установлено, что все удары ножом были нанесены Лукичевым Д.С. потерпевшему умышленно с целью его убийства, в том числе 4 удара, которые повлекли как в отдельности, так и в совокупности, тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, в результате которых наступила смерть потерпевшего, так и 14 ударов, которые повлекли причинение как легкого, так и средней тяжести вреда здоровью по признаку продолжительности расстройства здоровья, вопреки доводам жалобы адвоката.
Мотив и цель совершения Лукичевым Д.С. преступления, вопреки доводам жалобы адвоката, установлены судом верно, а именно - личные неприязненные отношения, которые внезапно возникли в связи с требованием потерпевшего возврата денежного долга.
Судебная коллегия считает, что апелляционные жалобы не содержат доводов, позволяющих усомниться в объективности выводов суда о виновности Лукичева Д.С. в совершённом деянии, а указание в постановлении о возбуждении уголовного дела инициалов потерпевшего ФИО11 вместо ФИО8, как и даты направления копии данного постановления прокурору 5 мая 2019 года, в то время как преступление совершено 24 мая 2019 года, так и неверной даты 5 июня 2019 года в графе разъяснения прав подозреваемого в протоколе его задержания от 6 июня 2019 года, вопреки доводам осуждённого, является технической ошибкой, которая не влияет на законность и обоснованность приговора и не является основанием для отмены или изменения приговора.
Наказание Лукичеву Д.С., вопреки доводам жалоб, судом назначено в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, данных о личности осуждённого, который на учёте в наркологическом и психиатрическом диспансерах не состоит, по месту жительства и по месту работы характеризуется исключительно положительно, состоит в браке и имеет детей, смягчающие наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание судом учтены - полное признание вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, молодой возраст и состояние здоровья, наличие двух малолетних детей, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики, наличие благодарственных писем.
Иных смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, и неучтённых судом при назначении наказания из материалов дела не усматривается.
Вопреки доводам защитника, оснований для признания в соответствии с п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание - противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, не имеется, поскольку, как следует из обстоятельств, установленных судом первой инстанции, каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о наличии в действиях потерпевшего ФИО8 признаков противоправного поведения, явившегося поводом для преступления, заключающегося в совершении им преступления или какого-либо правонарушения, по делу не усматривается, в жалобах не приведено. Из показаний осуждённого следует, что конфликт с потерпевшим, который требовал своевременного возврата денежного долга, у него произошёл за несколько дней до убийства, и каких-либо последствий не имел, в последующем каких-либо серьезных конфликтов либо действий у потерпевшего с ним или иными лицами непосредственно перед случившимся, а также действий, которые могли бы послужить поводом для совершения Лукичевым Д.С. его убийства, также не было.
Учитывая отсутствие по делу отягчающих наказание обстоятельств, при наличии смягчающих наказание обстоятельства, предусмотренных п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд верно назначил Лукичеву Д.С. наказание с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ.
Доводы жалобы осуждённого о возможности назначения ему наказания с учётом положений ст. 64 УК РФ судебная коллегия находит несостоятельными, исходя из того, что не имеется исключительных и иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённого осуждённым преступления. Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел таких оснований, не усматривается их и судебная коллегия.
Вывод суда о назначении наказания в виде реального лишения свободы мотивирован и не вызывает сомнения у судебной коллегии.
Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания Лукичеву Д.С., которое отвечает требованиям закона, а потому является справедливым и соразмерным содеянному и данным о личности осуждённого, и оснований считать данное наказание как чрезмерно мягким, так и чрезмерно суровым, не имеется, вопреки доводам жалоб потерпевшей, осуждённого и адвоката.
Поскольку ст. 63 УК РФ содержит исчерпывающий перечень отягчающих обстоятельств, то доводы жалобы потерпевшей об учёте отягчающих обстоятельств, не предусмотренных указанным законом, удовлетворению не подлежат.
Вместе с тем, приговор подлежит изменению ввиду неправильного применения уголовного закона - нарушения требований Общей части УК РФ, то есть по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 389.18 УПК РФ.
Исчисляя срок наказания с 23 января 2020 года, суд оставил без внимания положения ст. 72 УК РФ, согласно которым время содержания лица под стражей до вступления приговора в законную силу засчитывается в срок лишения свободы, следовательно срок наказания следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу, и неверно указал срок, с которого исчислено назначенное наказание.
С учётом изложенного и соглашаясь с доводами представления, судебная коллегия полагает необходимым внести соответствующие изменения в приговор в указанной части.
Также из приговора усматривается, что судом при рассмотрении заявленных потерпевшей ФИО4 требований о взыскании расходов на сумму 50 000 рублей, связанных с участием представителя, судом первой инстанции были допущены нарушения уголовно-процессуального закона, которые в результате несоблюдения процедуры судопроизводства повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения (ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ).
Как следует из приговора, суд, наряду с разрешением вопроса о заявленном потерпевшей ФИО4 гражданском иске о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, постановилвзыскать в пользу потерпевшей ФИО4 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей с осуждённого Лукичева Д.С.
Вместе с тем, судом не учтено, что, исходя из положений ч. 3 ст. 42 УПК РФ, потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесённых в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, которые согласно требованиям п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ относятся к процессуальным издержкам.
По смыслу закона, расходы, связанные с производством по делу, - процессуальные издержки, возложены на орган, в производстве которого находится уголовное дело, и в соответствии с ч. 1 ст. 131 УПК РФ возмещаются за счёт средств федерального бюджета либо могут быть взысканы с осуждённого.
С учётом изложенного, расходы ФИО4 по оплате услуг представителя подлежали возмещению судом с последующим рассмотрением вопроса о взыскании этих процессуальных издержек с осуждённого в доход государства. Взыскание процессуальных издержек в пользу конкретных лиц, а не в доход государства, противоречит требованиям закона.
В связи с допущенными судом первой инстанции существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, дело в данной части подлежит передаче на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда в порядке главы 47 УПК РФ.
Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов в ходе судебного разбирательства, влекущих отмену либо изменение приговора по другим основаниям, в апелляционном порядке не установлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Новокузнецкого районного суда Кемеровской области от 23 января 2020 года в отношении Лукичева Дениса Сергеевича изменить.
Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
Этот же приговор в части взыскания с осуждённого Лукичева Д.С. в пользу ФИО4 процессуальных издержек в виде расходов, понесённых на оплату услуг представителя потерпевшего, в размере 50 000 рублей, отменить, материалы уголовного дела в этой части передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда в порядке главы 47 УПК РФ.
В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы потерпевшей, осуждённого и адвоката - без удовлетворения, апелляционное представление удовлетворить.
Председательствующий В.В. Куртукова
Судьи М.В. Василевичева
С.С. Байер
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
