Дата принятия: 03 июня 2021г.
Номер документа: 22-2849/2021
ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 3 июня 2021 года Дело N 22-2849/2021
Верховный Суд Республики Башкортостан в составе:
председательствующего судьи Тазерияновой К.Х.
судей Хабибуллина А.Ф., Хафизова Н.У.,
при ведении протокола судебного заседания помощниками судьи - Ахмалетдиновой А.Г., Малышевой Р.Ф.,
с участием:
прокуроров апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Республики Башкортостан Козаева Л.С., Мустафина Р.И.,
осужденной Смарцевой А.В. с использованием видеоконференцсвязи,
защитника - адвоката Тужилкиной Т.Е.,
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (с дополнениями) осужденной Смарцевой А.В. и апелляционному представлению государственного обвинителя помощника прокурора Советского района г. Уфы Поповой Н.В. на приговор Советского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 1 марта 2021 года, которым
Смарцева А.В., ...
...
...
...
осуждена по ч.3 ст. 30, п. "г" ч.4 ст. 228.1 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ к 6 годам лишения свободы. Согласно ч.5 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору мирового судьи судебного участка N 5 по г. Стерлитамак от 17 января 2019 года отменено и в соответствии со ст.70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть основного наказания и полностью дополнительная, назначенная по приговору мирового судьи судебного участка N 5 по г. Стерлитамак от 17 января 2019 года. Окончательно к отбытию определено 6 лет 2 месяца лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима с с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами на 3 года.
Наказание в виде лишения права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами на 3 года постановлено исполнять самостоятельно.
Мера пресечения в виде подписки о невыезде изменена, Смарцева А.В. взята под стражу в зале суда. Срок отбытия наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В срок отбытия наказания зачтено время содержания Смарцевой А.В. под стражей с 3 июля 2019 года по 2 сентября 2019 года и с 1 марта 2021 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.
Решен вопрос по вещественным доказательствам.
После доклада судьи Тазерияновой К.Х., изложившей обстоятельства дела, доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе (с дополнением) и апелляционном представлении, выслушав пояснения осужденной Смарцевой А.В. и защитника - адвоката Тужилкиной Т.Е., поддержавших доводы жалобы, выступление прокурора Мустафина Р.И. об изменении приговора по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции
установил:
По приговору суда Смарцева А.В. признана виновной и осуждена за покушение на незаконный сбыт наркотических средств (@- пирролидиновалерофенон (PVP), являющийся производным наркотического средства N-метилэфедрон) массой не менее 5,765 гр., то есть в крупном размере.
В апелляционном представлении государственный обвинитель, утверждает, что оснований для назначения наказания ниже низшего предела не имелось. Необоснованное применение положений ст. 64 УК РФ повлекло назначение наказания, которое нельзя признать несправедливым вследствие его мягкости. Просит приговор изменить и назначить более строгое наказание, без применения положений ст. 64 УК РФ.
В апелляционной жалобе осужденная Смарцева А.В., выражая несогласие с приговором суда в части назначенного наказания, просит приговор изменить, применить положения ч.3 ст. 68 УК РФ и назначить наказание не связанное с лишением свободы.
В дополнениях осужденная указывает, что:
-она имеет ряд хронических заболеваний, препятствующих отбыванию наказания в виде лишения свободы; утверждает, что в суд первой инстанции были представлены соответствующие справки, однако суд не принял их во внимание, назначив наказание в виде лишения свободы;
- судом не правильно определен вид рецидива; считает необходимым учесть первоначальные показания свидетеля М данные ею в ходе проведения очной ставки, так как они являются правдивыми и соответствуют обстоятельствам уголовного дела; при этом, возражая доводам, изложенным в апелляционном представлении, утверждает, что закон не предусматривает каких-либо ограничений для применения ст. 64 УК РФ:
- указывает о несогласии с решением суда об отказе в допуске в качестве защитника, наряду с адвокатом, её дочери - С утверждает что при проведении первоначальных следственных действий ей не был представлен адвокат; ей была вручена не копия, обвинительного заключения, а ксерокопия, которая не подшита надлежащим образом. При этом ссылаясь на расписку от 30 августа 2020 года, имеющуюся в её личном деле, утверждает о том, что обвинительное заключение она не получала, поскольку данное заключение составлено только 7 сентября 2020 года; указывает, что несмотря на её возражение суд, по ходатайству государственного обвинителя огласил показания неявившейся на судебное заседание свидетеля М
В дополнениях, поступивших в суд апелляционной инстанции осужденная, ссылаясь на ответ Управления Министерства Внутренних Дел о том, что с 3 по 5 июля 2020 года её в условиях ИВС ни кто не посещал, обращает внимание на дату её допроса - 4 июля 2020 года; утверждает, что в ходе допроса свидетель У. показал, что распространением наркотиков занималась М. и именно она имеет кличку "Бабка", однако данному обстоятельству суд оценку не дал; указывает на наличие по её мнению несоответствий, в частности, осужденная утверждает, что согласно распечатки переговоров она занималась сбытом наркотических средств с 22 июня 2019 года по 22 июля 2019 года, однако 2 мая 2019 года в отношении нее была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу; обращает внимание на показания М из которых следует, что наркотическое средство приобрела М в этот же день именно М пользовалась автомобилем, в котором в последующем сотрудники полиции обнаружили весы, изоленту и другие предметы.
Кроме того, автор жалобы, ссылаясь на заключения эксперта, утверждает, что в телефонах, изъятых в ходе личного обыска никакой информации, свидетельствующей о сбыте наркотических средств, не обнаружено; что в удовлетворении ходатайства о проведении дактилоскопической экспертизы отказано без указания каких-либо мотивов. В материалах уголовного дела имеется материал по факту её обращения в службу доверия о фальсификации уголовного дела, однако данное обстоятельство суд первой инстанции оставил без внимания. На основании изложенного просит приговор отменить уголовное дело прекратить на основании ст. 27 УПК РФ.
Проверив материалы дела, выслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы (с дополнениями) и апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.
В соответствии с п. 1 ст. 389.15, п. п. 1, 4 ст. 389.16 УПК РФ основаниями для изменения приговора, в числе прочего являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела в случае, когда эти выводы не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, а также когда они (выводы) содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного.
Такие основания установлены по настоящему делу, так как выводы суда, согласно которым умысел Смарцевой А.В. был направлен на сбыт наркотических средств, основаны на противоречивых доказательствах.
Так, в подтверждение виновности Смарцевой А.В. в покушении на сбыт наркотического средства в крупном размере, суд сослался на показания свидетелей М.,Ж.,Д. в том числе на показания свидетеля М данные на предварительном следствии.
Между тем, показания М при допросе её в качестве свидетеля, существенно отличаются от её показаний, данных на очной ставке со Смарцевой А.В.
Так, при допросе в качестве свидетеля, проведенного 3 июля 2019 года в 19 час.17 минут, М показала, что совместно со Смарцевой А.В. приобретали наркотическое средство, часть употребляли, а оставшуюся часть Смарцева А.В. расфасовывала в мелкие пакетики и раскладывала по разным местам. 2 июля 2019 года они также совместно приобрели наркотическое средство, часть употребили, а оставшаяся часть в последующем была изъята сотрудниками полиции. При этом М показала, что после личного досмотра Смарцевой А.В. последняя ей сообщила, что решиласотрудничать с полицией, что ранее она устроилась на работу к "королю специй" закладчицей и что ей надо забрать закладку весом 250 грамм и сдать её сотрудникам полиции (т.1л.д.137-141).
Между тем в ходе очной ставки, проведенной в 23 часа 45 минут 3 июля 2019 года М полностью подтвердила показания Смарцевой А.В. о том, что наркотические средства они приобретали для личного употребления и на вопрос, занималась ли Смарцева А.В. сбытом наркотических средств М ответила, что сбытом Смарцева А.В. не занималась, наркотические средства они приобретали для себя, для личного употребления, а оставшуюся часть прятали "чтобы не носить с собой большой вес" (т.1 л.д.151-155).
В судебном заседании показания М в том числе, данные при очной ставке, были оглашены по ходатайству и с согласия сторон. Однако поскольку свидетель М в суд не явилась и её явку обеспечить не представилось возможным, то противоречия в её показаниях судом не устранены.
При этом как видно из приговора суд привел показания М выборочно, лишь в части, подтверждающей возможную причастность Смарцевой А.В. к сбыту наркотических средств. Показания М. в той части, в которой они подтверждают показания Смарцевой А.В. о приобретении наркотических средств без целя сбыта, суд признал несостоятельными, "данными с целью помочь своей знакомой избежать уголовную ответственность за совершенное преступление".
Из акта досмотра видно, что при досмотре автомобиля свидетеля М в сумке Смарцевой А.В. обнаружено: отрезок и рулоны фольги, электронные весы, полимерный пакет с блокнотами, полимерные трубки. Как пояснила свидетель М на весах Смарцева А.В. взвешивала наркотики для того, чтобы "потом "догнаться, то она (М.) знала, что Смарцева А.В. раскладывает закладки" (т. л.д.140).
Калькулятор, рулоны липкой ленты и изоленты, шприц, куски пластилина, множество полимерных пакетиков с клипсой, пинцеты, металлическая ложка, приспособление для курения, множество крышек, зажигалка обнаружены при осмотре квартиры, которую Смарцева А.В. и М сняли накануне для совместного временного проживания.
Далее, в подтверждение виновности Смарцевой А.В. в покушении на сбыт наркотических средств в крупном размере, суд сослался на протокол осмотра и прослушивания фонограммы с приведенной стенограммой разговора, согласно которому осмотрен компакт-диск с аудиозаписями и текстовые файлы проведенного оперативно-розыскного мероприятия "Прослушивание телефонных переговоров". Содержание разговора, по мнению суда, свидетельствует о покушении на незаконный сбыт наркотических средств.
Однако, как видно из протокола осмотра предметов - прослушивания фонограммы, разговоры происходили в период с 22 по 25 июня 2019 года с женщиной, с голосом напоминающий голос обвиняемой Смарцевой А.В., (т.2 147-172). При этом из материалов уголовного дела видно, что прослушивание записи происходило в отсутствии самой Смарцевой А.В., экспертиза для установления принадлежности голоса осужденной Смарцевой А.В., проведена не была. Кроме того в суде Смарцева А.В. заявила, что данным телефоном наравне с ней пользовалась М и именно она (М.) общалась с девушкой по имени Кристина, с которой, согласно прослушанной фонограммы, велся разговор, касающийся наркотических средств (т.3 л.д.102).
Устранение этих противоречий имело существенное значение для правильного разрешения дела, однако суд первой инстанции мер к такому устранению не принял.
В подтверждение виновности Смарцевой А.В. суд сослался на протокол осмотра предметов - мобильных телефонов, в которых обнаружены изображения с указанием мест возможных закладок (т.2 л.д.196-209)
Не признавая вину в предъявленном обвинении, осужденная Смарцева А.В. пояснила, что она является потребителем наркотических средств и обнаруженные в телефоне фотографии это изображения тех мест закладок, которые присылали ей как потребителю.
Данное обстоятельство было предметом исследования судом апелляционной инстанции, в ходе которого установлено, что два изображения (NN 14,15) действительно были прикреплены к сообщению, направленному ботом под ником "Алла Борисовна" (фотографии с изображением переписки под NN 16,19) (т.2 л.д.205-208).
Кроме того в суде апелляционной инстанции был исследован телефон "Меgаfоn Login 2", однако какой либо информации, опровергающей позицию осужденной обнаружить не представилось возможным.
По смыслу закона об умысле на сбыт указанных средств, веществ, растений могут свидетельствовать при наличии к тому оснований их приобретение, изготовление, переработка, хранение, перевозка лицом, самим их не употребляющим, количество (объем), размещение в удобной для передачи расфасовке, наличие соответствующей договоренности с потребителями и т.п.
Как видно из материалов уголовного дела Смарцева А.В. состоит на учете в республиканском наркологическом диспансере с диагнозом "Зависимость от стимуляторов (скорость)" с 15 февраля 2019 года (т.2 л.д 245), кроме того согласно акту медицинского освидетельствования от 3 июля 2019 года в 3 часа 55 минут у Смарцевой А.В. было установлено состояние опьянения, при этом сама осужденная пояснила, что вечером 2 июля 2019 года она "курила скорость" (т.1 л.д.100).
Таким образом, исследованные в суде доказательства, вопреки мнению государственного обвинителя, не содержат объективных сведений, подтверждающих направленность умысла Смарцевой А.В. на сбыт наркотических средств. Доказательства, представленные стороной обвинения, в своей совокупности не опровергают довод осужденной о том, что наркотические средства она приобрела для собственного потребления. Других доказательств, подтверждающих вывод суда о виновности Смарцевой А.В. в покушении на сбыт наркотических средств в крупном размере суд в приговоре не привел.
Учитывая, что иных доказательств, которые бы опровергали показания Смарцевой А.В. не имеется, а все сомнения, которые не представляется возможным устранить, исходя из презумпции невиновности толкуются в пользу обвиняемого, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необоснованности вывода суда о доказанности умысла Смарцевой А.В. на сбыт наркотических средств в крупном размере, который она не смогла довести по независящим от её воли обстоятельствам.
Кроме того, согласно п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора в числе прочего должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.
В нарушение указанных требований закона из описания в приговоре обстоятельств совершения преступления не видно, какие именно действия, направленные на сбыт наркотических средств совершены Смарцевой А.В.
Так, излагая обстоятельства совершения покушения на сбыт наркотических средств, суд в приговоре указал, что в период до 17.49 час. 2 июля 2019 года с целью незаконного сбыта Смарцева А.В. приобрела вещество...., содержащееся в пяти полимерных пакетиках с клипсой, которое хранила при себе до указанного времени с целью сбыта. В тот же день Смарцева А.В. была задержана сотрудниками полиции в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий и в ходе личного досмотра в кармане её джинсовых брюк а также в сумке, находящейся при Смарцевой А.В. были обнаружены и изъяты пять полимерных пакетиков с наркотическим веществом - ...
Таким образом, установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции, вопреки приведенным положениям уголовного закона, квалифицировал действия Смарцевой А.В., у которой наркотические средства были изъяты сотрудниками правоохранительных органов, как покушение на сбыт наркотических средств в крупном размере и квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п. "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.
Вместе с тем, факт незаконного хранения наркотического средства ...., то есть в крупном размере подтверждается не только показаниями самой осужденной Смарцевой А.В., но и совокупностью следующих доказательств, исследованных в суде первой инстанции:
- показаниями свидетеля З проводившей личный досмотр Смарцевой А.В., подтвердившей факт обнаружения в кармане джинсов осужденной два полимерных пакетика с порошкообразным веществом, а также, что перед началом досмотра Смарцева А.В. сообщила, что имеет при себе наркотическое средство для личного употребления;
-показаниями свидетелей З.., участвовавших в качестве понятых при личном досмотре Смарцевой А.В. и подтвердивших факт изъятия у последней наркотического вещества;
- показаниями свидетелей Г.,з. из которых видно, что в ходе оперативно-розыскного мероприятия "Наблюдение" была задержана Смарцева А.В., проведен её личный досмотр, осмотр квартиры, изъяты наркотическое вещество и предметы, используемые для осуществления тайников-закладок (крышки);
- материалами оперативно-розыскной деятельности, в том числе актом досмотра Смарцевой А.В., согласно которому у последней обнаружены два полимерных пакетика с наркотическим средством, из сумки - три полимерных пакетика с наркотическим средством;
-справками об исследовании и заключениями судебных экспертиз, согласно которым вещество, изъятое из карманов одежды Смарцевой А.В. и сумки, содержит в своем составе ...), являющийся производным наркотического средства N-метилэфедрон) общей массой не менее 5,765 гр.
Вопреки доводам Смарцевой А.В. нарушений закона, являющихся основанием для отмены приговора по доводам, содержащимся в апелляционной жалобе (с дополнением) осужденной, по делу не допущено.
Несостоятельным является довод осужденной Смарцевой А.В. о том, что её право на защиту было нарушено в результате отказа суда в удовлетворении её ходатайства о допуске к участию в деле наряду с профессиональным адвокатом, её родственницы С
Принимая такое решение, суд обоснованно исходил из того, что согласно ч. 2 ст. 49 УПК РФ в качестве защитников допускаются адвокаты. По определению или постановлению суда в качестве защитников могут быть допущены наряду с адвокатом один из близких родственников обвиняемого или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый.
Однако закрепленное в ч. 2 ст. 48 Конституции Российской Федерации и предусмотренное ч. 1 ст. 50 УПК РФ право каждого обвиняемого в совершении преступления пользоваться помощью адвоката (защитника) не означает право обвиняемого выбирать в качестве защитника любое лицо по своему усмотрению и не предполагает возможность участия в уголовном процессе любого лица в качестве защитника. Гарантируя каждому, в том числе подозреваемому и обвиняемому, право на получение квалифицированной юридической помощи, государство вправе устанавливать с этой целью определенные профессиональные и иные квалификационные требования и критерии к лицам, уполномоченным на оказание правовой помощи. Участие в качестве защитника любого лица, по выбору подозреваемого или обвиняемого может привести к тому, что защитником окажется лицо, не обладающее необходимыми профессиональными навыками, что несовместимо с задачами правосудия и обязанностью государства гарантировать каждому квалифицированную юридическую помощь. Недопущение к участию в производстве по уголовному делу в качестве защитника определенного лица ввиду несоответствия его установленным в законе требованиям не может рассматриваться как нарушение гарантируемых ч. 2 ст. 45 и ч. 2 ст. 48 Конституции Российской Федерации прав.
Как следует из протокола судебного заседания, заявляя данное ходатайство Смарцева А.В. пояснила, что С является снохой, проживает в г. Белебей, в настоящее время находится в отпуске по уходу за ребенком-инвалидом, имеющим .... При этом не смогла пояснить, в чем конкретно будет выражаться помощь С которая в настоящее время "учится на юриста-адвоката" (т.3 л.д.39). При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу, что С не может оказывать Смарцевой А.В. квалифицированную юридическую помощь в суде. Указанные обстоятельства правомерно расценены судом как свидетельствующие о заявлении данного ходатайства не в целях обеспечения защиты Смарцевой А.В., а из иных соображений, не отвечающих целям уголовного судопроизводства. При этом Смарцева А.В. была обеспечена квалифицированной юридической помощью, которую в суде первой инстанции ей оказывал адвокат на профессиональной основе.
Далее, согласно протоколу судебного заседания от 10 ноября 2020 года обвинительное заключение Смарцева А.В. получила 30 сентября 2020 года (т.3 л.д.38). При этом суд первой инстанции повторно ознакомил Смарцеву А.В. с материалами уголовного дела в полном объеме, что подтверждается распиской Смарцевой А.В. (т.3 л.д.42).
Не усматривает суд апелляционной инстанции оснований согласиться с доводами осужденной о том, что в судебном заседании исследовались недопустимые доказательства, каковыми, по ее мнению, являются протоколы её допросов.
Во-первых, по смыслу п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ к недопустимым доказательствам относятся показания лица в качестве подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе предварительного расследования уголовного дела в отсутствие защитника, только в случае если в судебном заседании он не подтвердил данные показания.
Как видно из ответа заместителя начальника УВД РФ по г. Уфе, представленного осужденной в суд апелляционной инстанции, обвиняемую Смарцеву А.В. с 3 июля 2019 года по 5 июля 2019 года в условиях ИВС никто не посещал.
Между тем из материалов уголовного дела следует, что осужденная Смарцева А.В. была задержана 3 июля 2019 года в 22 часа 05 минут (т.1 л.д.145-147). В тот же день в 23 часа 30 минут в присутствии адвоката она была допрошена в качестве подозреваемой (т.1 л.д.148-150), и с 23 часов 45 минут до 23 часов 55 минут - между Смарцевой А.В. и М. была проведена очная ставка (т. 1 л.д. 151-155), после чего Смарцевой А.В. было предъявлено обвинение и в 01 час 41 мин. 4 июля 2019 года проведен её допрос в качестве обвиняемой (т.1 л.д.164-166).
При этом в суде апелляционной инстанции осужденная Смарцева А.В. подтвердила факт проведения очной ставки 3 июля 2019 года.
Кроме того, из протоколов допросов Смарцевой А.В. видно, что от дачи показаний как в качестве подозреваемой, так и в качестве обвиняемой последняя, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, отказалась и в обоснование её виновности суд на её показания в приговоре не ссылался.
Таким образом, каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении прав осужденной Смарцевой А.В. на защиту или ином нарушении норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным образом повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах не содержится.
При назначении наказания суд с учетом возраста Смарцевой А.В. (55 лет) и состояния её здоровья пришел к выводу о возможности признания их исключительными обстоятельствами, существенно уменьшающими степень общественной опасности преступления и с учетом поведения виновной во время и после совершения преступления применив ст. 64 УК РФ назначил наказание ниже низшего предела.
В соответствии с ч.1 ст. 289.24 УПК РФ обвинительный приговор, определение, постановление суда первой инстанции могут быть изменены в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей.
Предлагая приговор изменить и исключить ссылку на ст. 64 УК РФ, государственный обвинитель указывает, что Смарцева А.В. виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, п. "г" ч.4 ст. 228. 1 УК РФ, себя не признала, должных выводов для себя не сделала, совершила преступление в период условного осуждения, в качестве обстоятельств, отягчающих наказание признан рецидив преступлений.
Однако, поскольку суд апелляционной инстанции считает установленным факт хранения наркотических средств без цели сбыта, переквалифицировав действия Смарцевой А.В. на ч.2 ст. 228 УК РФ, то оснований для усиления наказания Смарцевой А.В и исключения применения к ней положений ст. 64 УК РФ, как об этом поставлен вопрос в апелляционном представлении государственного обвинителя не находит. Факт незаконного хранения наркотических средств без цели сбыта в крупном размере осужденная Смарцева А.В. признавала как в ходе всего предварительного следствия, так и в судебных заседаниях первой и апелляционной инстанций.
Наличие заболеваний, которые были приняты судом первой инстанции, подтверждается справкой, представленной в суд апелляционной инстанции, согласно которой Смарцева А.В. нуждается в постоянном приеме гормонов щитовидной железы, противоязвенных и сахароснижающих препаратов.
Нельзя признать обоснованными доводы осужденной о необходимости её освобождения от наказания в связи с тяжелым заболеванием.
В соответствии с ч. 2 ст. 81 УК РФ лицо, заболевшее после совершения преступления тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания, может быть судом освобождено от отбывания наказания.
Обращаясь с ходатайством об освобождении от наказания в связи с болезнью, осужденная указывает на соответствующие медицинские документы, находящиеся в её личном деле, свидетельствующие о наличии у неё ряда тяжелых заболеваний.
Однако по смыслу закона наличие у осужденного тяжелой болезни, препятствующей отбыванию им назначенного наказания, устанавливается на основании медицинского заключения специальной медицинской комиссии или учреждения медико-социальной экспертизы с учетом Перечня заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2004 года N 54 "О медицинском освидетельствовании осужденных, представляемых к освобождению от отбывания наказания в связи с болезнью".
Поскольку медицинского заключения комиссии, созданной в соответствии с указанным Постановлением Правительства Российской Федерации, в материалах дела не имеется, то ходатайство осужденной не может быть рассмотрено, так как предметом данного судебного разбирательства является законность и обоснованность приговора Советского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 1 марта 2021 года.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ОПРЕДЕЛИЛ:
приговор Советского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 1 марта 2021 года в отношении Смарцевой А.В. изменить: переквалифицировать её действия с ч.3 ст. 30, п. "г" ч.4 ст. 228.1 УК РФ на ч.2 ст. 228 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 11 месяцев.
Согласно ч.5 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору мирового судьи судебного участка N 5 по г. Стерлитамак от 17 января 2019 года отменить и в соответствии со ст.70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединить неотбытую часть основного наказания и полностью дополнительное наказание, назначенное по приговору мирового судьи судебного участка N 5 по г. Стерлитамак от 17 января 2019 года. Окончательно к отбытию определить 3 года 1 месяц лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами на 3 года.
В остальной части приговор оставить без изменения апелляционную жалобу (с дополнением) осужденной и апелляционное представление государственного обвинителя без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в 6 кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение 6 месяцев со дня его провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей - в тот же срок со дня вручения ей копии апелляционного определения путем обращения через суд первой инстанции.
Осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий судья К.Х. Тазериянова
Судьи: А.Ф.Хабибуллин
Н.У.Хафизов
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
