Дата принятия: 07 декабря 2020г.
Номер документа: 22-2300/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ВОЛОГОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 7 декабря 2020 года Дело N 22-2300/2020
г. Вологда
07 декабря 2020 года
Судебная коллегия по уголовным делам Вологодского областного суда в составе председательствующего судьи Киселева А.В., судей Кабановой Л.Н., Кузьмина С.В.,
при секретаре Солодягиной В.А.,
с участием прокурора Грибановой О.Н.,
осужденного Рупасова В.А. и его защитника - адвоката Михеева М.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Хлопцевой Н.Н., апелляционным жалобам осужденного Рупасова В.А. и его защитника - адвоката Михеева М.В. на приговор Череповецкого городского суда Вологодской области от 15 октября 2020 года, которым
Рупасов В. А., <ДАТА> года рождения, уроженец <адрес>,
осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.
В соответствии с п. "а" ч. 3.1. ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с 27 января 2020 года до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
Мера пресечения на апелляционный период - заключение под стражу.
Решен вопрос по вещественным доказательствам и процессуальным издержкам.
Заслушав доклад судьи Киселева А.В., судебная коллегия
установила:
приговором суда Рупасов В.А. признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Ш, опасного для его жизни, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.
Преступление совершено 25 января 2020 года в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Хлопцева Н.Н. просит приговор суда отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. В обоснование указывает, что в приговоре суд не привел в качестве доказательств показания подсудимого Рупасова В.А. о том, что после того, как Ш нанес ему удар бутылкой по лбу, последний сел на диван, что прямо опровергает версию стороны защиты о наличии в действиях Рупасова В.А. признаков превышения необходимой обороны. В протоколе судебного заседания данные показания Рупасова В.А. отражены, стороной защиты замечаний на протокол судебного заседания не принесены. Считает, что данное доказательство не признано недопустимым и должно быть положено в основу приговора.
В апелляционной жалобе осужденный Рупасов В.А. выражает несогласие с квалификацией его действий, просит пересмотреть дело и изменить приговор. В обоснование указывает, что его действия следует квалифицировать по ч.2 ст.111 УК РФ, поскольку потерпевшему после причиненного вреда по его инициативе была оказана медицинская помощь, после которой он остался жив, но пренебрег рекомендациями врача, чем ухудшил свое состояние, и впоследствии скончался. Отмечает, что неверная оценка показаний привела к двусмысленным и противоречивым выводам прокурора и суда. Неправильная квалификация его действий повлияла на суровость назначенного ему наказания, которого как человек преклонного возраста, он не достоин.
В апелляционной жалобе адвокат Михеев М.В. в защиту осужденного Рупасова В.А. выражает несогласие с приговором в части квалификации действий его подзащитного. В обоснование указывает, что в ходе распития спиртного, Ш, обидевшись на невнимание Рупасова В.А., ударил его бутылкой по голове, отчего Рупасов В.А. упал на пол. Нанеся удар за невнимание, Ш не извинился, не убрал бутылку из рук, а продолжил сидя на диване, подкидывать ее в руках. Доводы о том, что Ш не представлял дальнейшей опасности для Рупасова В.А. - неподтвержденные предположения. В ответ на действия Ш, Рупасов В.А. нанес ему удар ножом, попал в шею, что представляет опасность дли жизни и здоровья. Однако суд не принял во внимание, что Рупасову В.А. удары наносились в голову. Кроме того, получив ошеломляющий удар по голове, Рупасов В.А. мог неверно оценить степень опасности действий потерпевшего. Факт причинения Рупасову В.А. телесных повреждений подтвержден заключением судебно-медицинской экспертизы N 564 от 13 марта 2020 года. В ответ на противоправные действия потерпевшего, Рупасов В.А. и нанес ему удар ножом. Кроме того, в наступившей смерти потерпевшего виновен не только Рупасов В.А., но и косвенно - работники медицинского учреждения. Так, согласно выводам комплексной судебно-медицинской экспертизы N 24-У/20 - "Между не оказанной в том объеме, необходимом при данном виде травмы, медицинская помощь Ш на госпитальном этапе в БУЗ ВО "Вологодская областная клиническая больница N..." и неблагоприятным исходом в виде его смерти имеется непрямая (косвенная) причинно-следственная связь. При установлении наличия повреждения трахеи при ранении шеи слева и оказании соответствующей этому медицинской помощи, имелась возможность спасения Ш на госпитальном этапе в БУЗ ВО "Вологодская областная клиническая больница N...". Судом при решении вопроса о квалификации действий Рупасова не были приняты во внимание п.п.14, 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года N 19.
Просит приговор суда изменить, переквалифицировать действий Рупасова В.А. на ч.1 ст.108 УК РФ и назначить ему наказание в пределах санкции данной статьи.
В судебном заседании апелляционной инстанции прокурор Грибанова О.Н. доводы апелляционного представления не поддержала, в удовлетворении апелляционных жалоб просила отказать.
Осужденный Рупасов В.А. и его защитник - адвокат Михеев М.В. поддержали доводы апелляционных жалоб, просили их удовлетворить, апелляционное представление поддержали в части отмены приговора суда.
Проверив материалы дела, заслушав мнения сторон, изучив доводы, изложенные в представлении, апелляционных жалобах, судебная коллегия считает, что приговор суда является законным и обоснованным и по доводам апелляционного представления и апелляционных жалоб удовлетворению не подлежит.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, выводы суда о виновности Рупасова В.А. в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью Ш, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании достоверных, допустимых, достаточных для установления вины Рупасова В.А. доказательств, изложенных в приговоре. Такими доказательствами являются: показания потерпевшей Ш1, свидетелей П., П3, М2, Ш1, М1, В., Т, К., П1, М2, Г, П2, С, К, Р, протоколы осмотра места происшествия, в ходе которых изъяты орудие и следы преступления, протоколы изъятия, получения образцов для сравнительного исследования, выемки и осмотра предметов, заключения экспертов.
Доводы апелляционной жалобы осужденного об ухудшении состояния здоровья Ш по его же вине, в результате чего он скончался, а также доводы жалобы адвоката о вине работников медицинского учреждения в наступившей смерти потерпевшего судебной коллегией отклоняются.
Как следует из заключения эксперта N 24/у-20 от 22 мая 2020 года, непосредственной причиной смерти Ш явилось попадание крови в дыхательные пути с развитием механической асфиксии, которая развилась в результате кровотечения от одиночного слепого колото-резаного ранения шеи слева, проникающего в просвет трахеи. Состояние здоровья Ш на момент осмотра было удовлетворительным.
Обследование Ш на этапе скорой медицинской помощи до доставления в больницу проведено своевременно, правильно и в полном объеме. Медицинская помощь в больнице была оказана без временных задержек - весь комплекс диагностических и лечебных мероприятий врач начал выполнять сразу после поступления Ш в приемный покой БУЗ ВО "Вологодская областная клиническая больница N.... Оказание медицинской помощи и обследование было выполнено в соответствии с установленным диагнозом - "резаная рана передней поверхности шеи слева".
Проникающий характер раны был установлен только при исследовании трупа. Отсутствие клинических проявлений травмы трахеи не позволило врачу выставить точный диагноз и оказать помощь в том объеме, который необходим при данном виде травмы. Проведенное лечение не явилось причиной смерти Ш
При установлении наличия повреждения трахеи при ранении шеи слева и оказании соответствующей медицинской помощи, имелась возможность спасения жизни Ш на госпитальном этапе при условии отсутствия развития каких-либо осложнений во время лечения, способных привести к смерти человека.
Таким образом, указанное заключение эксперта не исключает причинно-следственную связь между нанесением удара ножом Рупасовым В.А. и причинением тяжкого вреда здоровью Ш, по признакам вреда здоровью, опасного для жизни человека, создающего непосредственную угрозу для жизни, а также вреда здоровью, вызвавшего угрожающее для жизни состояние, повлекшим его смерть в результате одиночного слепого проникающего в полость трахеи колото-резаного ранения шеи с повреждением трахеи, осложнившегося закрытием дыхательных путей кровью (гемаспирацией) при кровотечении из раны трахеи, о чем свидетельствует заключение эксперта N 65 от 4 марта 2020 года.
Об умысле осужденного на причинение тяжкого вреда здоровью Ш свидетельствуют избранный предмет посягательства, характер и локализация причиненных телесных повреждений.
Судом правильно квалифицированы действия осужденного по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.
Как следует из постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 N 19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление", действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом. В таких случаях в зависимости от конкретных обстоятельств дела причинение вреда посягавшему лицу может оцениваться по правилам ст.38 УК РФ либо оборонявшееся лицо подлежит ответственности на общих основаниях.
Из показаний Рупасова В.А. следует, что после нанесенного Ш удара бутылкой по голове за то, что его не слушали, он упал на пол, затем встал и ударил сидящего, играющего с бутылкой Ш ножом.
Таким образом, установлено, что удар ножом был нанесен после того, как отпала необходимость в обороне, поскольку Ш сидел, угроз не высказывал, действий, свидетельствующих о продолжении нападения, не совершал, что было очевидно для Рупасова В.А.
Данные обстоятельства исключают действия Рупасова В.А. в состоянии необходимой обороны, а также отсутствуют признаки превышения пределов необходимой обороны.
Как следует из заключения судебно-психиатрической экспертизы N 185 от 30 марта 2020 года, в момент совершения инкриминируемого деяния Рупасов В.А. не находился в состоянии аффекта.
В связи с этим, доводы апелляционной жалобы защитника о необходимости переквалификации действий Рупасова В.А. с ч.4 ст.111 УК РФ на ч.1 ст.108 УК РФ, доводы апелляционных жалоб о неверной юридической оценке содеянного, судебная коллегия отклоняет.
Судебная коллегия не находит оснований ставить под сомнение установленные судом обстоятельства совершения Рупасовым В.А. преступления.
Вопреки доводам апелляционного представления суд в полной мере учел показания Рупасова В.А., данные им в судебном заседании и на стадии предварительного следствия и привел их в приговоре.
По указанным в апелляционном представлении основаниям приговор отмене не подлежит.
При назначении наказания судом в полной мере учтены характер и степень общественной опасности преступления, личность осужденного, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.
В качестве смягчающих обстоятельств суд обоснованно признал частичное признание вины и раскаяние в этом, явку с повинной, активное способствование в раскрытии и расследовании преступления, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, заключающаяся в нанесении Ш телесного повреждения Рупасову В.А., оказание медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, а также принятие мер к вызову скорой медицинской помощи на место происшествия; возраст и состояние здоровья подсудимого; состояние здоровья матери Рупасова В.А., за которой он осуществляет уход; мнение потерпевшей Ш1, не настаивающей на назначении строгого наказания подсудимому Рупасову В.А., отсутствие отягчающих обстоятельств.
Правила и пределы назначения наказания, предусмотренные ч.1 ст.62 УК РФ судом соблюдены.
При назначении наказания Рупасову В.А. суд не усмотрел оснований для применения положений ст.ст.53.1, 64 УК РФ, а также оснований для изменения категории совершенного им преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, мотивировав свои выводы, не усматривает таковых и судебная коллегия.
Решение о назначении осужденному наказания в виде лишения свободы в условиях изоляции от общества в приговоре мотивировано и принято с учетом всех влияющих на ответственность обстоятельств.
По своему виду и размеру назначенное наказание отвечает принципу справедливости и соразмерно содеянному, чрезмерно суровым не является и оснований для его смягчения судебная коллегия не усматривает.
Существенных нарушений уголовного, уголовно-процессуального закона, влекущих за собой изменение или отмену приговора, не допущено.
С учетом изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28 и 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
приговор Череповецкого городского суда Вологодской области от 15 октября 2020 года в отношении Рупасова В. А. оставить без изменения, апелляционное представление и апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
