Дата принятия: 02 февраля 2021г.
Номер документа: 22-2265/2020, 22-8/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ВОЛОГОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 2 февраля 2021 года Дело N 22-8/2021
Судебная коллегия по уголовным делам Вологодского областного суда в составе:
председательствующего Чистяковой С.В.,
судей Феклушина В.Г., Мищенко С.В.,
при секретаре Солодягиной В.А.,
с участием прокурора Сухановской А.В.,
потерпевшего Ш.А.Г.,
осужденного Щербакова А.А., его защитника - адвоката Али-Мамед Н.А.,
рассмотрела в судебном заседании 2 февраля 2021 года апелляционные жалобы осужденного Щербакова А.А. и в защиту его интересов адвоката Петелина С.Б. на приговор Вологодского городского суда Вологодской области от 08 октября 2020 года, которым
Щербаков А.А., родившийся <ДАТА> в <адрес>, не судимый, осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 6 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Мера пресечения на апелляционный период оставлена в виде заключения под стражу.
Срок отбытия наказания Щербакову А.А. исчислен с даты вступления приговора в законную силу, зачтено в срок отбытия наказания время нахождения в ИВС и содержания под стражей в период с 11 ноября 2019 года и до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день нахождения под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
Принято решение по вещественным доказательствам.
Заслушав доклад судьи областного суда Чистяковой С.В., объяснения осужденного Щербакова А.А., адвоката Али-Мамед Н.А. по доводам жалоб и дополнений, мнения прокурора Сухановской А.В. и потерпевшего Ш.А.Г., полагавших, что приговор следует оставить без изменения, судебная коллегия
установила:
Щербаков А.А. признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе осужденный Щербаков А.А. выражает несогласие с приговором суда в части квалификации действий, считает его незаконным и необоснованным. Полагает, что в его действиях содержится состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, в котором он признавал себя виновным, как на следствии, так и в суде.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Петелин С.Б. выражает несогласие с приговором суда, считая, что он вынесен незаконно и без учета доказательств, имеющихся в материалах уголовного дела.
Отмечает, что Щербаков А.А. на предварительном следствии и в суде свою вину признал в части того, что переломы ребер возникли от его действий, просил переквалифицировать их на ч. 1 ст. 111 УК РФ.
Считает, что в основу приговора должны быть положены показания Щербакова А.А. как более полные и подкрепленные проведенными следственными действиями.
Указывает, что между Ш.Е.Г. и Щербаковым А.А. возник конфликт из-за высказанных потерпевшим оскорблений в адрес свидетеля К.С.С., за которую заступился Щербаков А.А. В ходе возникшей ссоры Ш.Е.Г. толкнул Щербакова А.А. на кровать, на которой лежал свидетель Г.С.П., с такой силой, что от падения Щербакова А.А. на кровати остались повреждения, описанные в ходе осмотра места происшествия. Когда Щербаков А.А. поднялся, между ним и потерпевшим завязалась драка, в ходе которой они неоднократно нанесли друг другу удары руками по лицу. В какой-то момент от удара Щербакова Ш.Е.Г упал навзничь спиной на пол. Показания Щербакова А.А. в части положения тела потерпевшего при падении и механизма падения, который был продемонстрирован при выходе на место с участием обвиняемого, в ходе предварительного следствия и в ходе судебного заседания не были опровергнуты. После падения Щербаков А.А. подскочил к лежащему на полу Ш.Е.Г. и несколько раз пнул его по правому боку. Описанные события заняли временной промежуток не более минуты.
Автор жалобы обращает внимание на то, что судом первой инстанции за основу были приняты показания свидетелей К.С.С. и Г.С.П. в части, не противоречащей предъявленному обвинению. В обжалуемом решении не получило правовой оценки то, что указанные свидетели сообщили следствию и суду разные версии произошедшего. При оценке их показаний следует учитывать, что свидетели находились в запое несколько дней, злоупотребляя спиртным, что подтвердили в суде, отметив, что произошедшие события помнят смутно.
Свидетель Г.С.П. не сообщает об имевших место событиях до того момента, как потерпевший оказался на полу, но дает четкие и последовательные показания о механизме и локализации ударов ногами Щербаковым А.А., продемонстрировав это при выходе на место происшествия. В этой части показания свидетеля полностью подтверждают показания Щербакова А.А., в том числе данные в ходе очной ставки между ними.
Автор жалобы полагает, что следует критически отнестись к показаниям свидетеля К.С.С., которая дает иные показания, сообщив, что Ш.Е.Г. находился на полу, лежа на правом боку, а Щербаков А.А. пинал его по передней поверхности груди и животу. Свидетель в ходе судебного заседания неоднократно сообщала, что события помнит плохо, так как была сильно пьяной в эту ночь, а также употребляла в тот период лекарственные препараты, влияющие на память и восприятие реальности.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы у потерпевшего обнаружены переломы по переднеключичной, заднеключичной области ребер. Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт пояснил, что образование указанных переломов возможно при нанесении ударов по правой стороне туловища, из чего следует вывод о противоречии показаний свидетеля К.С.С. имеющимся объективным данным.
Обращает внимание на тот факт, что К.С.С. сама прикасалась к потерпевшему, пытаясь сделать непрямой массаж сердца. А согласно допросу судебно-медицинского эксперта перелом ребер по переднеключичной линии является обычным при оказании медицинской помощи в виде непрямого массажа сердца. Отвечая на вопросы государственного обвинителя, судебно-медицинский эксперт отметил, что, исходя из размеров кровоизлияния в кожножировую клетчатку передней брюшной стенки в области пупка, данное телесное повреждение было причинено скорее ладонью, чем ногой человека. Указывает, что при оценке показаний свидетеля нельзя исключать некую личную заинтересованность К.С.С. в исходе дела, так как у нее отсутствует медицинское образование, поэтому проводить какие-либо манипуляции с человеком было недопустимо.
Ссылаясь на выводы заключения судебно-медицинской экспертизы, автор жалобы отмечает, что травма в брюшной полости потерпевшего причинена незадолго до наступления смерти, время исчисляется минутами, в связи с чем обращает внимание на запись телефонного разговора Щербакова А.А. с супругой, во время которого слышен крик К.С.С., о том, что Ш.Е.Г живой. Поскольку между дракой Щербакова А.А. с потерпевшим и указанным разговором прошло достаточно времени, изложенное подтверждает причинение смертельной травмы не во время драки.
Считает, что действия свидетеля К.С.С. в ходе предварительного следствия должной оценки не получили, никакого постановления не вынесено, при этом не устанавливалось наличие или отсутствие связи между действиями К.С.С. и наступившими последствиями.
Полагает, что Щербаков А.А. не мог причинить телесные повреждения, которые повлекли смерть человека. Его подзащитный признается и раскаивается в том, что причинил Ш.Е.Г. множественные переломы ребер, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью, за это Щербаков готов понести наказание. При назначении наказания необходимо учесть смягчающие вину обстоятельства, а именно то, что конфликт был спровоцирован потерпевшим, первым ударившим Щербакова А.А., неоднократно принесенные в адрес потерпевшего извинения и возмещение материального вреда в добровольном порядке, ухудшившееся за период нахождения в СИЗО состояние здоровья осужденного.
Просит приговор Вологодского городского суда Вологодской области от 08 октября 2020 года в отношении Щербакова А.А. изменить, квалифицировать его действия по ч. 1 ст.111 УК РФ и назначить новое наказание с применением ст. 73 УК РФ.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный Щербаков А.А. и его защитник адвокат Али-Мамед Н.А. заявили о том, что поддерживают апелляционные жалобы в части смягчения наказания. Щербаков А.А. сообщил, что полностью признает вину в инкриминированном ему преступлении и раскаивается в содеянном.
Допрошенная по ходатайству защитника свидетель Т.О.А. показала, что ее супруг - Щербаков А.А. очень переживает, раскаивается, у него имеются проблемы со здоровьем, которые в период нахождения под стражей усугубились.
Проверив материалы дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционных жалобах, судебная коллегия не усматривает оснований для их удовлетворения.
В суде первой инстанции осужденный Щербаков А.А. вину в совершении преступления признал частично, показал, что с Г.С.П., К.С.С., Н.Н.П., Ш.Е.Г. распивали спиртное в квартире Г.С.П. Через некоторое время Н.Н.П. ушла, а между ним и Ш.Е.Г. произошла ссора из-за того, что Ш.Е.Г. обозвал К.С.С., а он за нее заступился. Между ним и Ш.Е.Г. произошла драка, в ходе которой наносили друг другу удары, Ш.Е.Г. толкнул его на кровать, упал на нее. Соскочил и нанес Ш.Е.Г. 2-3 удара в переднюю часть лица кулаками, Ш.Е.Г. в ответ также наносил ему удары по лицу кулаками. После очередного нанесенного ему (Ш.Е.Г.) удара по лицу он упал на пол на спину, в этот момент он (Щербаков) пнул Ш.Е.Г. два-три раза одной ногой по правой стороне в районе ребер, ближе к правой подмышке, в одно и то же место, нога упиралась носком, по передней поверхности грудной клетки и по животу не ударял. Ш.Е.Г. после этого не вставал, думает, что оглушил его. Драка продолжалась 2-3 минуты, во время драки К.С.С. не присутствовала, пришла, когда Ш.Е.Г. уже лежал на полу. Он отошел от Ш.Е.Г., К.С.С. делала Ш.Е.Г. искусственное дыхание, нажимала с силой. Утверждал, что не он причинил Ш.Е.Г. телесные повреждения, повлекшие его смерть. Кроме него, никто потерпевшего не пинал.
Вместе с тем, выводы суда первой инстанции о доказанности вины Щербакова А.А. подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами, полный анализ и оценка которым даны в приговоре.
Потерпевший Ш.А.Г. суду показал, что погибший Ш.Е.Г. являлся его братом, о смерти брата узнал от соседа, сам очевидцем событий не являлся. Брат по натуре был спокойным, с Щербаковым у него были нормальные отношения, общались по соседству.
Свидетель К.С.С. показала, что 9 ноября 2019 года распивали спиртное, были она, Щербаков, Г.С.П., потом пришел Ш.Е.Г. Случившееся помнит смутно ввиду состояния опьянения. Помнит, что Ш.Е.Г лежал на полу, а Щербаков его пинал, при ней ударил два раза по туловищу, куда конкретно, сказать не может. Когда Щербаков успокоился, посмотрела, Ш.Е.Г не дышит, перевернула его на спину, пыталась сделать массаж сердца, продолжалось это секунд 20-30, нажимала не сильно, так как ввиду худощавой комплекции сил мало. До этого Ш.Е.Г был на боку, Щербаков был рядом со стороны живота Ш.Е.Г. Помнит, что Щербаков вызывал скорую.
При допросе в ходе предварительного следствия свидетель К.С.С. сообщила о том, что Щербаков А.А. нанес не менее трех ударов в область туловища лежащего Ш.Е.Г., после чего ногой встал ему на голову (том 1 л.д.63-66). В ходе проверки показаний на месте К.С.С. указала с помощью манекена, что Щербаков А.А. нанес три удара в область живота потерпевшего, продемонстрировала на манекене проведение ею реанимационных мероприятий в виде непрямого массажа сердца в области левой части грудной клетки спереди, показав, что так она нажимала на сердце Ш.Е.Г (том 1 л.д.80-87).
Свидетель Г.С.П. показал, что 9 ноября 2019 года в его квартире выпивали с К.С.С., Щербаковым А.А., Ш.Е.Г., Н.Н.П.. Произошла ссора между Ш.Е.Г. и Щербаковым А.А., повода не слышал. Сообщил, что начало драки мог проспать ввиду состояния опьянения. Видел, как Щербаков А.А. уронил Ш.Е.Г. на пол, видел, как затем Щербаков два раза пнул Ш.Е.Г по правой стороне в бок, Ш.Е.Г лежал на спине. К.С.С. пыталась остановить Щербакова, когда тот уже пнул Ш.Е.Г, потом делала последнему массаж сердца. Щербаков вызвал скорую помощь.
Свидетель Н.Н.П. показала, что проживала с Ш.Е.Г. 9 ноября 2019 года с ним, К.С.С., Щербаковым А.А. и Г.С.П. распивали спиртное в квартире последнего. При ней Щербаков приставал к К.С.С.. Через некоторое время ушла домой, разбудили стуком в дверь, сообщили о смерти Ш.Е.Г. Пришла в квартиру Г.С.П., Ш.Е.Г. был мертв, лежал на спине, была пробита голова. До случившегося у него повреждений не было. Со слов К.С.С. Щербаков и Ш.Е.Г дрались, Ш.Е.Г упал, Щербаков его пнул. То же самое рассказал Г.С.П..
Свидетель П.С.А. сообщила, что Щербаков А.А. ее брат, с его слов известно, что сидел у соседа, мужчина стал оскорблять К.С.С., брат стал ее защищать, завязалась драка.
Свидетель Т.О.А. показала, что проживает совместно с Щербаковым А.А.. Около 22 часов 30 минут 09 ноября 2019 года он ей позвонил, сообщил, что вроде убил Ш.Е.Г. Со слов К.С.С., последняя курила на балконе, а когда пришла, Ш.Е.Г и Щербаков дрались, рассказала, что пинал, но лежащего или стоящего и куда конкретно не говорила.
Из оглашенных показаний свидетеля Х.А.И. - заместителя главного врача БУЗ ВО "..." (том 1 л.д. 177-179) следует, что 09 ноября 2019 года в 22 часа на станцию скорой помощи поступил вызов о нахождении в квартире по адресу: <адрес> мужчины без сознания. По прибытию в данную квартиру, в комнате обнаружен труп мужчины, лежащего на спине, возле головы на полу имелась кровь.
Из оглашенных показаний свидетеля П.И.В. - оперуполномоченного уголовного розыска ОП N... УМВД России по <адрес> (том 1 л.д. 180-181) следует, что 9 ноября 2019 года выезжал по сообщению об обнаружении трупа по адресу: <адрес>, как было установлено на месте - Ш.Е.Г. В квартире в состоянии алкогольного опьянения находились К.С.С., Щербаков А.А., Г.С.П.
Вина Щербакова А.А. подтверждается и письменными материалами дела, в том числе:
- рапортом об обнаружении признаков преступления от 9 ноября 2019 года, копией карты вызова скорой медицинской помощи БУЗ ВО "..." N... от 9 ноября 2019 года, подтверждается обнаружение 9 ноября 2019 года по адресу: <адрес> трупа Ш.Е.Г. (том 1 л.д. 4, л.д. 133);
- протоколом осмотра места происшествия и трупа с фототаблицей от 9-10 ноября 2019 года, согласно которому, осмотрена квартира по адресу: <адрес>, обнаружены следы красно-бурого цвета на матрасе. Также осмотрен труп Ш.Е.Г., волосистая часть головы справа, ее затылочная область, кожа верхней губы в области носовых ходов испачканы веществом коричнево-красного цвета. На слизистой нижней губы справа от средней линии, на верхней губе у правого угла рта обнаружены кровоизлияния с двумя вертикальными разрывами слизистой губы (том 1 л.д. 5-14);
- протоколами выемки от 28 января 2020 года у Т.О.А. оптического диска с аудиозаписями телефонных разговоров с Щербаковым А.А., осмотра 29 января 2020 года, в ходе которого в числе прочего осмотрены компакт-диск с аудиозаписью из КУ ВО "...", оптический диск с аудиозаписями телефонных разговоров между Т.О.А. и Щербаковым А.А. от 10 ноября 2019 года (том 1 л.д. 156-159, 160-175);
- заключением эксперта N... от 09 декабря 2019 года, согласно выводам которого 12 ноября 2019 года у Щербакова А.А. обнаружены не причинившие вреда здоровью кровоподтек на лице, кровоподтеки на руках, ссадины на слизистых губ, кровоподтек на лице, кровоподтеки на руках, образовавшиеся в результате травмирующих воздействий твердого тупого предмета (предметов), ссадины на слизистых губ, кровоподтек на передней поверхности брюшной стенки, ссадины на правой руке (кисти), кровоподтек на правой ноге, линейная ссадина на правой ноге, образовавшиеся в результате скользящего травмирующего воздействия твердого предмета с заостренным краем. Кровоподтек на лице, ссадины на губах и правой руке образовались в срок, вероятнее всего, 1-3 суток до осмотра экспертом, остальные повреждения образовались в срок, вероятнее всего, 2-5 суток до осмотра экспертом (том 1 л.д. 241-242);
- заключением эксперта N... от 11 декабря 2019 года, согласно выводам которого причиной смерти Ш.Е.Г. явилась тупая травма живота с разрывом брызжеечной вены, приведшая к острой кровопотере. При судебно-медицинском исследовании трупа Ш.Е.Г. обнаружена тупая травма живота: разрыв нижней брыжеечной вены, кровоизлияние в забрюшинную клетчатку, кровоизлияния большого сальника, кровоизлияние в кожно-жировую клетчатку передней брюшной стенки в области пупка; острая кровопотеря: кровоизлияние в брюшную полость (гемоперитонеум) 1500 мл, кровоизлияния под внутреннюю оболочку сердца (пятна Минакова), малокровие тканей внутренних органов. Травма живота возникла незадолго, в течение нескольких минут до смерти, от не менее одного ударного воздействия твердого тупого предмета с ограниченной контактной поверхностью, особенности которого не отразились, с точкой приложения силы по передней брюшной стенке в области пупка, о чем свидетельствует наличие здесь кровоизлияния в подкожно-жировую клетчатку и большой сальник. Острая кровопотеря является опасным для жизни состоянием, на основании чего тупая травма живота расценивается по данному признаку как причинившая тяжкий вред здоровью. Принимая во внимание наличие контактных повреждений на передней брюшной стенке представляется, что положение тела Ш.Е.Г. при получении травмы живота, могло быть любым удобным для нанесения удара, при этом нападавший, вероятнее всего, находился спереди от потерпевшего. Не исключается возможность совершения Ш.Е.Г. самостоятельных активных действий в течение нескольких минут, после причинения травмы живота.
При судебно-медицинском исследовании трупа Ш.Е.Г. обнаружены переломы ребер справа 2,3,4,5,6-го по среднеключичной линии, 5,6,7-го по средней подмышечной линии, 5-го по лопаточной линии, кровоизлияния в ткани области переломов и правой ключицы. Переломы 2-7 ребер справа по трем анатомическим линиям, с кровоизлияниями в проекции и в области правой ключицы возникли незадолго до наступления смерти, в течение нескольких часов до смерти, от ударных воздействий твердых тупых предметов с точками приложения силы в проекции переломов, о чем свидетельствуют данные судебно-гистологического исследования и особенности краев переломов ребер. Принимая во внимание локализацию переломов ребер и кровоизлияний, расположение их группами по трем анатомическим линиям, данные переломы ребер необходимо оценивать в совокупности, как опасные для жизни (множественные односторонние переломы ребер по двум и более анатомическим линиям с образованием подвижного участка грудной стенки по типу "реберного клапана") причинившие тяжкий вред здоровью.
Также при исследовании трупа Ш.Е.Г. обнаружены кровоизлияние на переходной кайме и слизистой оболочке верхней и нижней губ справа, 2 раны слизистой оболочки нижней губы; кровоподтек подбородочной области слева; рана, ссадина и 2 кровоподтека тыльной поверхности левой кисти; 7 кровоподтеков тыльной поверхности правой кисти, которые могли образоваться в течение 6 часов до смерти, возникли от ударных (раны, кровоподтеки и кровоизлияние) и ударно-касательного (ссадина) воздействий твердых тупых предметов, особенности которых не отразились. Раны квалифицируются как причинившие легкий вред здоровью, ссадина, кровоизлияние и кровоподтеки расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью.
Положение тела Ш.Е.Г. могло быть любым удобным для причинения переломов ребер и повреждений на лице и кистях; при этом последний мог быть обращен к нападавшему как передней, так и правой боковой поверхностью тела (том 1 л.д. 214-224),
Эксперт Т.В.И., проводивший судебно-медицинскую экспертизу трупа Ш.Е.Г., показал, что при непрямом массаже сердца происходят переломы ближе к среднеключичной линии и средней группы: четвертого, пятого, шестого. Для реанимационных мероприятий более характерны двусторонние (справа и слева) переломы. Установленное в области правой ключицы кровоизлияние 4 на 2 см свидетельствует о приложении травматической силы - удара, не характерного при сдавливании, в той же области находятся переломы второго, третьего, четвертого ребра. Для того, чтобы сломать ребра во время непрямого массажа сердца, учитывая комплекцию человека около 100 кг, человек, оказывающий помощь, должен обладать хорошими физическими данными. Ударное воздействие в область брюшной стенки, которое вызвало разрыв вены, было сильным, контактная поверхность - размером 11 на 10 сантиметров, о механизме образования указанного повреждения, чем оно было причинено, установить невозможно. Положение Ш.Е.Г. при этом могло быть любым, должна быть доступна для удара передняя брюшная стенка: он мог сидеть, стоять, лежать.
Изложенные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, являются допустимыми, а их совокупность - достаточной для вывода о виновности Щербакова А.А. в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в установочной части приговора. Нарушений положений ст.14 УПК РФ судом первой инстанции не допущено, сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования в его пользу, не имеется.
Об умысле Щербакова А.А. на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего свидетельствует нанесение неоднократных ударов в места расположения жизненно-важных органов потерпевшего, в том числе по животу, в результате действий осужденного Ш.Е.Г. в числе прочего причинена тупая травма живота, состоящая в прямой причинной связи с его смертью.
Изложенные в апелляционных жалобах доводы о неверной квалификации действий осужденного, противоречивости показаний свидетелей К.С.С. и Г.С.П., несоответствия показаний свидетеля К.С.С. о положении потерпевшего в момент нанесения ему ударов выводам судебно-медицинской экспертизы, а также о возможности причинения Ш.Е.Г. тупой травмы живота в результате попытки реанимационных мероприятий, судебная коллегия полагает несостоятельными.
Существенных противоречий в показаниях свидетелей К.С.С., Г.С.П., которые могли бы повлиять на вывод суда о виновности Щербакова А.А., не имеется. Имеющиеся несущественные противоречия, в том числе о положении тела потерпевшего в момент нанесения ударов, объясняются субъективным восприятием произошедших событий каждым из них. Вместе с тем, эти показания между собой согласуются в основной их части, а именно в том, что удары Ш.Е.Г. наносил именно Щербаков А.А. Следует отметить, что из показаний осужденного также следует, что кроме него к погибшему никто какого-либо насилия не применял.
Доводы о возможном причинении травмы в результате реанимационных мероприятий были предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно им отвергнуты с приведением соответствующих мотивов, с которыми соглашается и судебная коллегия. Из показаний свидетеля К.С.С. следует, что пытаясь помочь Ш.Е.Г., она нажимала в области левой части грудной клетки, тогда как в соответствии с выводами судебно-медицинской экспертизы тупая травма живота возникла от не менее одного ударного воздействия с точкой приложения силы по передней брюшной стенке в области пупка. При этом свидетель утверждала, что ввиду худощавой комплекции нажимала она не сильно. Таким образом, показания свидетеля К.С.С. в совокупности с выводами судебно-медицинской экспертизы и показаниями эксперта Т.В.И. о силе ударов, нанесенных Ш.Е.Г., опровергают версию о возможности получения погибшим травмы в результате попытки свидетеля оказать ему помощь.
Таким образом, выводы суда о виновности Щербакова А.А. соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, правовая оценка действий осужденного по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, дана верно.
Согласно заключению комиссии ... экспертов от 17 декабря 2019 года N... Щербаков А.А. ..., он мог и может в настоящее время в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (том 2 л.д.6-9).
Суд первой инстанции, оценив поведение Щербакова А.А. в судебном заседании, с учетом заключения экспертов и данных о его личности правомерно признал его вменяемым и способным нести уголовную ответственность за содеянное.
При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного Щербаковым А.А. преступления, данные о его личности и иные данные, влияющие на назначение наказания, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание: признание им своей вины, раскаяние в содеянном, возмещение затрат, связанных с похоронами Ш.Е.Г., состояние здоровья, принятие мер к оказанию помощи пострадавшему.
Оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством противоправного или аморального поведения потерпевшего (п. "з" ч.1 ст.61 УК РФ), не имеется. Таких данных судом установлено не было, а сам факт возникновения конфликта не является основанием для признания данного смягчающего обстоятельства.
Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.
Положения ч.1 ст.62 УК РФ судом соблюдены.
При таких обстоятельствах назначенное Щербакову А.А. наказание не является несправедливым вследствие чрезмерной суровости, оснований для снижения наказания, назначения более мягкого наказания, чем лишение свободы, применения ст.ст.64, 73 УК РФ, ч.6 ст.15 УК РФ не имеется. Заявление о полном признании вины, сделанное в суде апелляционной инстанции, показания свидетеля Т.О.А. об ухудшении состояния здоровья Щербакова А.А. за период нахождения под стражей не влекут снижения назначенного наказания.
Вид исправительного учреждения, в котором Щербаков А.А. должен отбывать наказания, а именно исправительная колония строгого режима, определен судом первой инстанции правильно, в соответствии с п. "в" ч.1 ст. 58 УК РФ.
Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела в отношении Щербакова А.А., а также норм материального права, которые в соответствии со ст.389.15 УПК РФ могли бы послужить основанием для отмены или изменения приговора суда, не имеется.
Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Вологодского городского суда Вологодской области от 08 октября 2020 года в отношении Щербакова А.А. оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
