Постановление Пермского краевого суда от 28 мая 2020 года №22-2125/2020

 
ПЕРМСКИЙ КРАЕВОЙ СУД
 
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
 
от 28 мая 2020 года Дело N 22-2125/2020
Пермский краевой суд в составе:
председательствующего судьи Симбиревой О.В.,
при секретаре Уваровской И.М.,
с участием прокурора Жигалова Е.О.,
адвокатов Бахаревой Н.В., Мартьянова А.С.,
осужденной Кушниной Ю.В.
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бахаревой Н.В. с дополнениями того же адвоката и адвоката Мартьянова А.С. в защиту осужденной Кушниной Ю.В. на приговор Добрянского районного суда Пермского края от 19 февраля 2020 года, которым
Кушнина Юлия Васильевна, родившаяся дата в ****, несудимая,
осуждена по ч. 2 ст. 292 УК РФ к штрафу в размере 100 000 рублей в доход государства, по ч. 1 ст. 285 УК РФ к штрафу в размере 30 000 рублей в доход государства, в силу ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание в виде штрафа в размере 110 000 рублей в доход государства.
Разрешены вопросы о гражданском иске и вещественных доказательствах.
Изложив содержание приговора, существо апелляционной жалобы адвоката Бахаревой Н.В. и дополнений к ней, возражений государственного обвинителя Щаникова О.С., заслушав выступления адвокатов Бахаревой Н.В., Мартьянова А.С., осужденной Кушниной Ю.В. в поддержание доводов апелляционной жалобы и дополнений, мнение прокурора Жигалова Е.О. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Кушнина Ю.В. признана виновной в злоупотреблении должностными полномочиями, то есть в использовании должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенном из иной личной заинтересованности и повлекшем существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций;
а также в служебном подлоге, то есть внесении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенном из иной личной заинтересованности при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст. 291.1 УК РФ, повлекшем существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций.
Преступления совершены в период с 24 февраля по 1 марта 2019 года в Добрянском районе Пермского края при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе адвокат Бахарева Н.В. и в дополнениях к ней тот же адвокат и адвокат Мартьянов А.С. ставят вопрос об отмене приговора и направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд. Анализируя и давая свою оценку исследованным в судебном заседании доказательствам, считают, что вина Кушниной Ю.В. не доказана. Обращают внимание на то, что не известно и процессуально не закреплено происхождение стенограммы телефонного разговора, который считают постановочным, не проведена экспертиза по определению срока давности изготовления постановления о привлечении в качестве обвиняемого и почерковедческая экспертиза, ссылаются на нарушения, допущенные в ходе предварительного следствия, а именно: защите полностью отказано в удовлетворении ходатайств, необоснованно поручено производство предварительного следствия следственной группе, с составом которой защитник не ознакомлен, детализация электронных соединений и географическое нахождение абонента не несут в себе доказательной базы и не являются допустимыми доказательствами наравне со стенограммой телефонного разговора. Обращают внимание, что адвокатом Кузнецовым С.А. получены денежные средства за осуществление защиты М. 23 февраля и 1 марта 2019 года, его показания как в период предварительного, так и судебного следствия противоречивы, не дано должной оценки результатам служебной проверки, проведенной ГУ МВД по Пермскому краю. Председательствующим было нарушено право на защиту Кушниной Ю.В. в связи с тем, что она была прервана и ограничена в последнем слове, поэтому не смогла изложить свою позицию относительно предъявленного обвинения и изложить свою просьбу к суду. Считают, что высказывания председательствующего содержали оценочные суждения, что указывает на утрату объективности и беспристрастности и свидетельствует о его предвзятости, принятии стороны обвинения на данном этапе.
В возражениях государственный обвинитель Щанников О.С. просит оставить приговор без изменения, а апелляционную жалобу защитника - без удовлетворения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Как усматривается из материалов дела, в судебном заседании осужденная Кушнина Ю.В. отрицала свою виновность, указывая на то, что обвинение ею было предъявлено 23 февраля 2019 года с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, инкриминированные преступления она не совершала.
Ее версия была подробно исследована в суде первой инстанции и обоснованно отвергнута, как несостоятельная. Суд критически оценил показания Кушниной Ю.В., поскольку они опровергаются показаниями потерпевшего, ряда свидетелей и не соответствуют обстоятельствам, установленным в судебном заседании.
В ходе судебного разбирательства исследованы все доказательства, имеющие значение для установления обстоятельств, при которых Кушнина Ю.В. совершила инкриминированные ей преступления.
Выводы суда о виновности осужденной в совершении преступлений, за которое она осуждена, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно показаниями:
потерпевшего М. пояснил, что в связи с подозрением в совершении преступления он был задержан 14 февраля 2019 года, 16 февраля 2019 года суд избрал в отношении него меру пресечения в виде домашнего ареста сроком на 1 месяц. 23 февраля 2019 года дознаватель Кушнина Ю.В. приезжала к нему домой и сообщила о том, что приедет с адвокатом для предъявления ему обвинения и допроса. 1 марта 2019 года Кушнина Ю.В. приехала к нему с адвокатом Кузнецовым С.А., предъявила ему обвинение и допросила его в качестве обвиняемого, после ее отъезда он увидел, что в его копии постановления о привлечении в качестве обвиняемого указана дата 23 февраля 2019 года. По этому вопросу он дважды звонил адвокату Кузнецову С.А., последний разговор с которым записал на телефон. 15 марта 2019 года ему была изменена мера пресечения с домашнего ареста на подписку о невыезде и надлежащем поведении, в период с 24 февраля до 15 марта 2019 года в результате незаконных действий Кушниной Ю.В. он был лишен конституционного права на свободу, лишился возможной работы, и ему был причинен моральный вред;
свидетеля Ч1. о том, что она в отношении М. выносила постановление о возбуждении уголовного дела от 14 февраля 2019 года, допрашивала свидетелей, в дальнейшем это уголовное дело было передано дознавателю Кушниной Ю.В., какие она осуществляла следственные действия ей не известно;
свидетеля С. о том, что 6 марта 2019 года она от Кушниной Ю.В. приняла к производству уголовное дело в отношении М., которому уже было предъявлено обвинение, в датах и подписях в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого, у нее сомнений не возникло. При ознакомлении с материалами уголовного дела М. было заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления с указанием на то, что обвинение ему было предъявлено не в ту дату, которая была указана в постановлении. В удовлетворении этого ходатайства ему было отказано;
свидетеля Б1., которые аналогичны показаниям свидетелей Ч1. и С., дополнившей, что уголовное дело в отношении М. передано Кушниной Ю.В. в производство 22 февраля 2019 года. 23 февраля 2019 года она должна была предъявить ему обвинение, в этот день у него зафиксировано нарушение избранной меры пресечения, Кушнина Ю.В. ей сообщила, что поедет к М.;
свидетеля Кузнецова С.А. о том, что он осуществлял защиту М., в марте 2019 года, точную дату не помнит, он с Кушниной Ю.В. ездил к нему домой для предъявления обвинения, после этого М. звонил ему и говорил, что даты, указанные в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в протоколе допроса не соответствуют реальному выполнению этих действий, он посоветовал последнему обратиться в прокуратуру. 23 февраля 2019 года он в п. Полазна не ездил, участвовал при производстве следственных действий у следователя Н.;
свидетеля М1. о том, что 23 февраля 2019 года к ним домой приезжала дознаватель Кушнина Ю.В., сообщила о нарушении ее сыном М. избранной меры пресечения и взяла с них объяснения. 1 марта 2019 года Кушнина Ю.В. с адвокатом Кузнецовым С.А. приехали к ним домой, как она поняла для предъявления обвинения сыну, они пробыли у них дома больше часа, чем занимались, она не видела. Впоследствии Кушнина Ю.В. попросила ее подписать какие-то документы, после отъезда Кушниной Ю.В. сын говорил о том, что в документах стоит неверная дата;
оглашенными с согласия сторон в судебном заседании показаниями:
свидетеля Н., из которых следует, что 23 февраля 2019 с 16.05 до 17.37 она допрашивала в качестве подозреваемого Б. с участием защитника Кузнецова С.А., который не говорил о необходимости поездки в пгт. Полазна, дознаватель Кушнина Ю.В. в этот день ей не звонила и не разговаривала с ней;
свидетеля Б. о том, что 23 февраля 2019 следователь Н. после 15.00 допрашивала его в качестве подозреваемого с участием защитника Кузнецова С.А., который присутствовал при проведении всего следственного действия;
свидетелей К1. и П1. об обстоятельствах возбуждения и производства по делу в отношении М., выполненных с их участием, а также дальнейшего его движения;
свидетеля Ч2. о том, что 23 февраля 2019 года он с Кушниной Ю.В. и водителем Р. выезжал по сообщению о краже аккумулятора в сторону п. Дивья Добрянского района, также с ними поехал адвокат, кто именно не помнит. После окончания работы по сообщению, они поехали в отделение полиции пгт. Полазна, где Кушнина Ю.В. и защитник уходили, после этого они вернулись в отдел полиции г. Добрянка, поскольку в автомобиле он дремал, то мог что-либо напутать;
свидетеля Р., который дал аналогичные показания, уточнив, что отработав сообщение о краже аккумулятора, по указанию Кушниной Ю.В. они поехали в пгт. Полазна к частному дому, кто именно выходил из машины он не знает, не помнит, чтобы в тот день с Кушниной Ю.В. и Ч2. ездил кто-то еще, но и не отрицает этого;
свидетеля Ш. о том, что в период с 18 февраля до 15 марта 2019 года у М. неоднократно срабатывал отчет о нарушении места отбытия меры пресечения, он неоднократно приезжал к нему домой для проверки, М. ему рассказывал, что к нему приезжали сотрудники полиции, в том числе дознаватель, но зачем, когда и о чем разговаривали, не пояснял;
свидетеля П2. о том, что 23 февраля 2019 года она с Б2. выезжали в период с 15 до 17 часов к месту проживания М. по поводу нарушения порядка и условий исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста, у его дома служебных автомобилей полиции и сотрудников полиции она не видела;
свидетеля Б2., аналогичным показаниям свидетеля П2.
Причин для оговора осужденной потерпевшим и свидетелями, их заинтересованности в исходе дела судом установлено не было, поскольку их показания соответствуют сложившейся ситуации, создавая целостную картину происшедшего, согласуются между собой и другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре.
Должностное положение, объем и содержание должностных полномочий старшего дознавателя отдела дознания Отдела МВД России по **** правильно установлены на основании выписки из приказа о назначении на указанную должность, должностного регламента, в соответствии с которыми она является должностным лицом правоохранительного органа в силу постоянного осуществления ею функции представителя власти, наделена распорядительными полномочиями по отношению к широкому кругу лиц.
Помимо этого вина осужденной объективно подтверждается исследованными судом письменными доказательствами:
постановлениями о привлечении М. в качестве обвиняемого и протокола его допроса, датированных 23 февраля 2019 года с указанием времени с 16.00 до 16.40 часов, с участием защитника Кузнецова С.А.;
протоколом допроса Б. следователем Н., датированного 23 февраля 2019 года в 16.05 до 17.37 часов, также с участием защитника Кузнецова А.С.;
письменной информации о соединениях абонентов Кузнецова А.С., Кушниной Ю.В., М. и их местонахождении 23 февраля 2019 года и 1 марта 2019 года;
протоколом осмотра СД-диска, представленного прокуратурой г. Добрянки, с аудиозаписью разговора М. с адвокатом Кузнецовым С.А., из которого следует, что в ходе разговора М. спрашивает у Кузнецова С.А. о том, подтвердит ли он факт, что вместе с дознавателем приезжали к нему 1 марта 2019 года, а не 23 февраля 2019 года, на что тот отвечает согласием и советует М. обратиться в прокуратуру;
протоколами осмотра документов с фототаблицей, касающимися возбуждения уголовного дела в отношении М., его задержания, избрания ему меры пресечения в виде домашнего ареста, снятии с учета уголовно-исполнительной инспекции в связи с истечением срока избранной меры пресечения, постановлением об избрании меры пресечения М. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении и иными письменными доказательствами, ссылки на которые имеются в приговоре.
С доводами о нарушениях, допущенных в ходе предварительного следствия, согласиться нельзя.
Заявленные стороной защиты ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона, решения по ним с достаточной полнотой мотивированы.
20 мая 2019 года руководитель следственного отдела по г. Добрянка следственного управления Следственного комитета РФ по Пермскому краю, учитывая необходимость сбора и закрепления доказательств в сжатые сроки, с целью всестороннего и полного расследования, вынес постановление о производстве дальнейшего предварительного следствия следственной группой, определив ее состав (т.1 л.д. 153, 154).
4 июля 2019 года Кушнина Ю.В. и ее защитник Бахарева Н.В. были ознакомлены с постановлением о производстве предварительного следствия следственной группой (т.1 л.д. 155), отводов членам группы не поступало. Данных о том, что у кого-либо из следственной группы имелись обстоятельства, исключающие их участие в производстве по настоящему уголовному делу, в материалах дела не содержится и суду апелляционной инстанции не представлено.
Из материалов проведения прокуратурой Добрянского района Пермского края проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ по обращению М. следует, что он предоставил для прослушивания запись своего разговора с адвокатом Кузнецовым С.А. Впоследствии этот разговор был записан на СД-диск и вместе с материалами, полученными в ходе проверки, направлен в адрес руководителя следственного отдела по г. Добрянке Следственного управления Следственного комитета РФ по Пермскому краю. По результатам осмотра СД-диска уполномоченное должностное лицо составило протокол, в котором изложена стенограмма записи разговора между М. и Кузнецовым С.А., а также признало указанный СД-диск вещественным доказательством и приобщило его к материалам уголовного дела.
М. и Кузнецов С.А. подтверждают наличие разговора и его содержание.
Изложенное позволяет сделать вывод о том, что недопустимым доказательством указанный протокол осмотра СД-диска не является.
Доводы о нарушения, допущенных в ходе производства в суде первой инстанции, являются не обоснованными.
Рассмотрение уголовного дела в отношении М. судьей Добрянского районного суда Пермского края не препятствовало рассмотрению настоящего уголовного дела любым другим из судей того же суда, поскольку само по себе это обстоятельство не свидетельствует о наличии иной личной заинтересованности в исходе дела всех судей.
В судебном заседании стороной защиты отвода председательствующему, а также всем судьям Добрянского районного суда Пермского края по основаниям, предусмотренным ст. 61 УПК РФ защитой не заявлено.
Существенных противоречий, которые могли бы повлиять на правильное установление по делу фактических обстоятельств и на доказанность вины Кушниной Ю.В., положенные в основу приговора доказательства не содержат.
Свидетель Кузнецов С.А., как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства утверждал, что он ездил домой к М2. один раз, в марте 2019 года с целью выполнения процессуальных действий, связанных с предъявлением ему обвинения, 23 февраля 2019 года в пгт. Полазна не ездил, поскольку участвовал в следственных действиях у другого следователя, поэтому утверждения о противоречивости его показаний являются необоснованными.
Доводы о получении адвокатом Кузнецовым С.А. оплаты за осуществление защиты М. 23 февраля 2019 года не опровергают выводов суда, поскольку это не свидетельствует о том, что указанный адвокат не принимал участие при предъявлении 1 марта 2019 года обвинения М.
Сами по себе результаты проведенной служебной проверки, на которую ссылается защита, не ставят под сомнение выводы суда о виновности осужденной, а полученные в ходе ее производства объяснения ряда лиц доказательствами по уголовному делу выступать не могут.
Детализация электронных соединений и географическое положение абонентов получены в установленном законом порядке и являются допустимыми доказательствами, поскольку содержат сведения, на основании которых возможно установить наличие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу и иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.
Сторона защиты не была лишена возможности на заявление ходатайств, в том числе о назначении и проведении тех экспертных исследований, которые считала необходимыми, однако, своим правом не воспользовалась. Представленных стороной обвинения доказательств суду для постановления законного и обоснованного обвинительного приговора было достаточно, как следует из протокола судебного заседания, никто из участников процесса, в том числе со стороны защиты не возражал против окончания судебного следствия в пределах исследованных доказательств.
С доводами о нарушении председательствующим по делу права на защиту осужденной на стадии последнего слова, согласиться нельзя.
Из смысла уголовно-процессуального закона в своем последнем слове подсудимый может дать свою оценку исследованным в суде доказательствам; высказать свое отношение к предъявленному обвинению и той мере наказания, которую предложил назначить ему государственный обвинитель; сообщить о новых обстоятельствах, имеющих значение для дела.
По окончании судебных прений Кушниной Ю.В. было предоставлено последнее слово, в тот момент, когда она стала излагать предъявленное ей органами предварительного следствия обвинение, председательствующий по делу остановил ее и разъяснил требования, предъявляемые к стадии последнего слова, указав при этом, что не ограничивает ее во времени, ни Кушнина Ю.В., ни ее защитники не заявили возражений против действий председательствующего в соответствии с ч. 3 ст. 243 УПК РФ.
После этого Кушнина Ю.В. продолжила последнее слово и в полной мере выразила свое отношение к предъявленному обвинению, доказательствам, данным органами предварительного следствия и юридической квалификации ее действий, утверждая, что ее вина не доказана, уголовное дело и уголовное преследование подлежит прекращению, а она оправданию. Также просила о возобновлении судебного следствия с целью допроса свидетеля для характеристики свидетеля Кузнецова С.А., которое было отклонено.
При этом текст последнего слова Кушниной Ю.В. по ее просьбе приобщен к материалам уголовного дела.
При таких обстоятельствах нельзя сделать вывод о том, что Кушнина Ю.В. сбилась и не смогла изложить свою позицию относительно предъявленного обвинения и изложить свою просьбу к суду.
Аудиозапись протокола судебного заседания и сам протокол (с учетом удовлетворенных в части замечаний на него), где зафиксированы указанные защитниками обстоятельства, не дает оснований полагать, что выступление Кушниной Ю.В. в последнем слове остановлено председательствующим необоснованно, а его разъяснения не свидетельствуют о предвзятости и принятия стороны обвинения на данном этапе.
Доводы защиты о недоказанности вины Кушниной Ю.В. суд апелляционной инстанции считает необоснованными, они аналогичны тем же доводам, изложенным при формировании защитной позиции в ходе судебного разбирательства, судом первой инстанции тщательно и всесторонне проверены, мотивированно опровергнуты, о чем в приговоре приведены соответствующие убедительные аргументы, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.
В своей апелляционной жалобе сторона защиты не указывает на то, что суд оставил без оценки какое-либо из исследованных доказательств, а лишь выражает свое несогласие с тем, как суд оценил представленные сторонами доказательства, полагает, что суд оценил их неправильно, без достаточных оснований принял ряд доказательств стороны обвинения, к которым, по их мнению, суду следовало отнестись критически.
Выводы суда относительно фактических обстоятельств дела и юридической оценки действий осужденной по ч. 1 ст. 285 и ч. 2 ст. 292 УК РФ являются правильными, должным образом мотивированы и сомнений не вызывают.
Кушнина Ю.В. осуждена за совершение преступлений одной категории, предусмотренных гл. 30 УК РФ, поскольку объективная сторона содеянного характеризуется разным объемом совершенных действий (бездействия), то выводы суда о квалификации ее действий, как два самостоятельных состава преступления, являются правильными
При этом судом должным образом и подробно, с приведением конкретных сведений, имеющихся в материалах дела, мотивированы выводы о совершении ею преступлений из иной личной заинтересованности, повлекшем существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций.
Наказание назначено в соответствии со ст. 6, 43, 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, данных о личности виновной, влияния назначенного наказания на ее исправление и условия жизни ее семьи.
В качестве смягчающих наказание обстоятельств признано совершение впервые преступлений средней тяжести, отягчающих наказание обстоятельств не установлено.
Оснований для изменения категории совершенных преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ у суда не имелось с учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности.
Выводы суда о назначении наказания Кушниной Ю.В. в виде штрафа мотивированы судом.
Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, учтены, в связи с чем суд апелляционной инстанции считает, что назначенное осужденной наказание является справедливым и соразмерным содеянному.
Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне защиты и обвинения в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, а также нарушений уголовно-процессуального и уголовного законов, по делу не допущено.
Руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
приговор Добрянского районного суда Пермского края от 19 февраля 2020 года в отношении Кушниной Юлии Васильевны оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Бахаревой Н.В. с дополнениями этого же адвоката и адвоката Мартьянова А.С. - без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через Добрянский районный суд Пермского края.
Председательствующий подпись


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка