Дата принятия: 13 июля 2020г.
Номер документа: 22-1865/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ИРКУТСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 13 июля 2020 года Дело N 22-1865/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе председательствующего Мельниковой Г.П.,
судей Носкова П.В., Трусковой Е.Э.,
при ведении протокола помощником судьи Матюшенко И.А.,
с участием прокурора Славянской Ю.А.,
осужденных Ивановой В.В., Чечулиной И.Ю. по видеоконференц-связи,
защитника осужденной Ивановой В.В. - адвоката Писарева М.А.,
защитника осужденной Чечулиной И.Ю. - адвоката Бичевиной Е.Н.,
рассмотрела уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Шалашовой М.М., апелляционным жалобам осужденных Ивановой В.В., Чечулиной И.Ю. и их защитников - адвокатов Писарева М.А. и Бичевиной Е.Н. на приговор Ангарского городского суда Иркутской области от 20 марта 2020 года, которым
Иванова В.В., родившаяся Дата изъята в <адрес изъят>, (данные изъяты), проживавшая по адресу: <адрес изъят>, ранее судимая: 24 июня 2013 года <адрес изъят> городским судом <адрес изъят> по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 228.1 УК РФ к 6 годам лишения свободы, освобождена 27 июля 2018 года по отбытию срока,
- осуждена по п. "а" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по преступлению от 11.03.2019) на 10 лет 6 месяцев лишения свободы;
по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ (по преступлению от 12.03.2019) на 4 года 3 месяца лишения свободы;
по п.п. "а, б" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по преступлению от 13.03.2019) на 10 лет 6 месяцев лишения свободы;
по ч. 3 ст. 30 и п. "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (по преступлению от 15.03.2019) на 10 лет 3 месяца лишения свободы.
В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, на 14 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Мера пресечения - заключение под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
Срок наказания исчислен с 20 марта 2020 года, в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 15 марта 2019 года по 19 марта 2020 года включительно, а также с 20 марта 2020 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.
Чечулина И.Ю., родившаяся Дата изъята в <адрес изъят>, (данные изъяты), проживающая по адресу: <адрес изъят>, не судима,
- осуждена:
по п. "а" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по преступлению от 11.03.2019) на 9 лет лишения свободы;
- по п.п. "а, б" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по преступлению от 13.03.2019) на 9 лет лишения свободы;
В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, на 10 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Мера пресечения - заключение под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
Срок наказания исчислен с 20 марта 2020 в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 15 марта 2019 года по 19 марта 2020 года включительно, а также с 20 марта 2020 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.
Приговором решен вопрос о вещественных доказательствах.
По докладу судьи Мельниковой Г.П. заслушав прокурора Славянскую Ю.А. в поддержку апелляционного представления, возражавшую удовлетворению жалоб, осужденную Иванову В.В., ее защитника Писарева М.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, осужденную Чечулину И.Ю., ее защитника Бичевину Е.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб, не возражавших удовлетворению апелляционного представления, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Приговором суда Иванова В.В. и Чечулина И.Ю. признаны виновными в незаконном сбыте наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору 11 марта 2019 года; в незаконном сбыте наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору в значительном размере 13 марта 2019 года.
Кроме того, Иванова В.В. признана виновной в незаконном сбыте наркотических средств 12 марта 2019 года и в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, не доведенного до конца по независящим от нее обстоятельствам (ввиду ее задержания 15 марта 2019 года).
Преступления совершены в <адрес изъят> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Шалашова М.М., не оспаривая фактические обстоятельства уголовного дела, установленные судом первой инстанции, полагает приговор подлежащим изменению ввиду неправильного применения уголовного закона. Отмечает, что указав в данных о личности Чечулиной И.Ю. наличие у нее инвалидности (данные изъяты), суд данное обстоятельство, вопреки требованиям закона, в качестве смягчающего наказания обстоятельства не учел. Просит приговор изменить, признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства - наличие инвалидности (данные изъяты), смягчить назначенное наказание в пределах санкции данной статьи УК РФ.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденная Иванова В.В. выражает несогласие с приговором. Ссылаясь на смягчающие наказание обстоятельства, указывает, что суд не учел ее наркозависимость. Считает проведенные ОРМ незаконными, ввиду отсутствия постановлений о их проведении. Утверждает, что ОРМ-пометка специальным веществом металлической двери подъезда, где она проживала, не предусмотрена ст. 6 ФЗ "об ОРД", поэтому данное доказательство считает недопустимым. Отмечает, что не знала о продаже наркотических средств третьим лицам, которые они приобретали с Чечулиной И.Ю. для личного употребления. Обращает внимание, что суд учел показания Чечулиной И.Ю. на предварительном следствии, данные под наркотическим опьянением и давлением следователя, в связи с чем ее показания от 15 марта 2019 года о том, что она звонила ей и сообщала о количестве героина, который она хотела приобрести для наркозависимых, являются недостоверными, опровергается результатами ОРМ "ПТП". Указывает, что между Чечулиной и ею был лишь один телефонный звонок от 6 марта 2019 года с содержанием: "Как дела?", "Никак", то есть ни 11, ни 13 марта 2019 года, ни накануне этих дат разговоров о наркотиках между ними не было. Действия сотрудников полиции, связанные с пометкой дверной ручки СХВ считает незаконными, так как они фактически провели ОРМ "Оперативный эксперимент", то есть искусственно создали условия. Не оспаривая факт передачи 12 марта 2019 года героина Св. 25, выступающей в ОРМ в качестве закупной под псевдонимом "И.", считает, что в ходе ОРМ допущена провокация, Св. 25 ее уговаривала по телефону достать героин, ссылаясь на болезненное состояние и наркотическую ломку. Обращает внимание на поверхностный допрос Св. 25 на предварительном следствии, сторона защиты была лишена возможности допросить Св. 25 в связи со смертью. Обвинение в покушении на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере находит завышенным, не основанным на доказательствах. Полагает, что в ее действиях усматривается незаконное хранение без цели сбыта наркотического средства в крупном размере, предусмотренное ч. 2 ст. 228 УК РФ. Просит оправдать по эпизодам от 11, 12 и 13 марта 2019 года, так как уголовные дела возбуждены на основании незаконных ОРМ "проверочная закупка", поскольку никаких постановлений, вынесенных либо утвержденных начальником УМВД России <адрес изъят> Нач., на основании которых были проведены ОРМ, в материалах уголовного дела не имеется. Отмечает, что в ходе очной ставки и в ходе следствия она не давала показаний о том, что Чечулина И.Ю. приобретала наркотические средства у нее, ей не было известно о том, что Чечулина И.Ю. сбывает наркотические средства третьим лицам, ею были даны показания только в суде, что она признает вину частично, по преступлениям от 13, 15 марта 2019 года. Обращает внимание, что при проведении очной ставки с Чечулиной И.Ю. 15 марта 2019 года, последней не разъяснены права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, ст. 46 УПК РФ. Со стороны сотрудников Чечулиной И.Ю. было предложено дать показания о том, что она приобретала наркотические средства у нее, взамен на домашний арест до судебного разбирательства, так как она является инвалидом (данные изъяты) и наркозависимой, на что Чечулина И.Ю. согласилась, о чем позже сообщила при допросах в ходе следствия и судебного разбирательства, что не учтено судом. Не отрицая знакомство и встречи с Чечулиной И.Ю. 11, 13 марта 2019 года, поясняет, что они являются наркозависимыми лицами, скидывались денежными средствами для приобретения наркотических средств. Излагает показания свидетелей Св. 6, Св. 7 в судебном заседании, указывает на имеющиеся между ними противоречия, в том числе в части пометки специальным веществом ручки подъезда, просит исследовать их показания в протоколе судебного заседания на л.д. Номер изъят, Номер изъят. Указывает, что после оглашения показаний Св. 7 на предварительном следствии, на вопросы, помечалась ли двери подъезда СХВ, и называл ли вам Св. 6 фамилии Иванова и Чечулина, свидетель ответил положительно. Отмечает, что в судебное заседание не был вызван свидетель Св. 8, причины его неявки не выяснялись, его показания на предварительном следствии не оглашались, тогда как в копии протокола судебного заседания указано, что оглашались. Также не был допрошен в суде свидетель Св. 9, его показания на предварительном следствии не оглашались. Указывает, что 5 декабря 2019 года в судебном заседании были исследованы ПТП и видеосъемки, после чего председательствующий поинтересовался, будут ли подсудимые отвечать на вопросы по воспроизведенным записям, ее защитник Писарев М.А. ответил, что будут, после допроса подсудимых, однако после допроса по этому факту вопросов не последовало. Добавляет, что свидетель Св. 10 также дал показания, противоречащие его показаниям на предварительном следствии, путался в количестве свертков, в местах проведения проверочных закупок, в названии магазинов, приводит его о том, что при досмотре покупателя под псевдонимом "С." у него при себе ничего не было, кроме сотового телефона, сам свидетель "С." пояснил, что у него ничего не было изъято, а свидетель Св. 11 указывает, что покупателя досмотрели и при нем остались сотовый телефон и ключи, свидетель Св. 12 сообщает обратное, поясняя, что при досмотре у закупного были при себе деньги и сотовый телефон, а также поясняет, что закупному выдавались денежные средства - две купюры по тысяче и две купюры по сто рублей. Просит отменить приговор и направить уголовное дело на новое судебное разбирательство.
В апелляционной жалобе и дополнениях адвокат Писарев М.А. в защиту интересов осужденной Ивановой В.В. выражает несогласие с приговором, считает его принятым с существенными нарушениями уголовного, уголовно-процессуального закона, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, что является основанием для отмены решения суда. Считает, что обвинение Ивановой в сбыте наркотиков с Чечулиной 11 и 13 марта 2019 года не нашло своего подтверждения. Отмечает, что в основу приговора суд положил показания Чечулиной в ходе предварительного следствия, которые в силу ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми. Квалификация действий Ивановой в части изъятого в ходе обыска героина, как покушение на сбыт наркотического средства в крупном размере, является ошибочной и не основана на исследованных в суде доказательствах. Полагает, что действия Ивановой по данному эпизоду должны быть квалифицированы по ч. 2 ст. 228 УК РФ, как незаконное хранение без цели сбыта наркотического средства в крупном размере. По эпизоду от 12 марта 2019 года считает, что Иванова должна быть оправдана, поскольку в ходе проверочной закупки была допущена провокация со стороны правоохранительных органов. Ссылается на согласованные показания Ивановой и Чечулиной в ходе судебного следствия о том, что 11 и 13 марта 2019 года Чечулина встречалась с Ивановой, но при встрече Иванова наркотики ей не передавала, а отдала деньги для совместного приобретения героина, что подтверждается записями с камер видеонаблюдения в магазине "(данные изъяты)". Отмечает, что Чечулина показала о приобретении ею героина через Интернет посредством закладок, поэтому наркотик, который Чечулина передала покупателю, был приобретен ею ранее через закладку и находился у нее с собой. Считает, что суд необоснованно отверг эти показания, а в основу приговора положил показания, данные Чечулиной 15 марта 2019 года в ходе допроса в качестве подозреваемой, которые являются недопустимым доказательством, так как получены в результате недозволенных методов расследования, что подтвердила и сама Чечулина в судебном заседании, об оказании на нее давления взамен на домашний арест, об оговоре Ивановой. Ссылаясь на п.п. 12-14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года N 55 "О судебном приговоре", положения ч. 4 ст. 235 УПК РФ, считает, что судом данные требования не были выполнены. При наличии заявления Чечулиной о применении в отношении нее недозволенных методов расследования, суд данное заявление оставил без внимания, мер по проверке данного заявления не принял, государственный обвинитель, несмотря на возложенную процессуальную обязанность опровержения данного довода Чечулиной, о вызове следователя для допроса в судебном заседании не ходатайствовал. Суд при наличии основания для проверки заявления Чечулиной в порядке ст. 144 УПК РФ, не направил его руководителю соответствующего органа предварительного расследования. В связи с чем доводы Чечулиной о даче ею показаний под давлением со стороны сотрудников полиции, в результате воздействия недозволенных методов следствия, не опровергнуты, поэтому ее показания не могут быть положены в основу приговора. Ссылаясь на справку врача от 15 марта 2019 года, указывает, что Чечулина в день проведения допроса и очной ставки с Ивановой была в состоянии опьянения, во время следственных действий испытывала боли. В ходе очной ставки с Ивановой Чечулина опровергла наличие какого-либо сговора с ней. Указывает, что показания Чечулиной от 15 марта 2019 года о том, что она звонила Ивановой и сообщала о количестве героина, который она хотела приобрести для наркозависимых, опровергаются результатами ОРМ "прослушивание телефонных переговоров", согласно данным которых между Чечулиной и Ивановой имеется лишь один телефонный разговор от 6 марта 2019 года с содержанием: "как дела?", Иванова отвечает: "никак", в связи с чем ни 11, ни 13 марта 2019 года, ни накануне этих дат никаких разговоров о наркотиках между Ивановой и Чечулиной не было. Отмечает, что Иванова на очной ставке и в ходе судебного заседания давала стабильные показания о том, что она сама через Чечулину приобретала героин, при этом они вместе скидывались деньгами для этого. Показания свидетелей "Ч.", "С.", Св. 10, Св. 13, Св. 11, Св. 6, Св. 12, Св. 7, диски с видеозаписями с камер видеонаблюдения в магазине "(данные изъяты)", с видеозаписями ОРМ "проверочная закупка", подтверждают лишь факт встреч Чечулиной и Ивановой и не опровергают их показания о передаче Ивановой денег Чечулиной для совместного приобретения героина, а лицам под псевдонимами "Ч." и "С." Чечулина передала героин, который был приобретен ею ранее через интернет - магазин "(данные изъяты)". Указывает, что при встрече Иванова передавала Чечулиной деньги, в магазине они держали одну корзинку, в результате чего это вещество с рук Ивановой попало на руки Чечулиной, затем с ее рук на свертки с героином, чем и объясняется обнаружение специального химического вещества на свертках с героином, приобретенных покупателем "С." у Чечулиной. Действия сотрудников полиции, связанные с пометкой дверной ручки специальным химическим веществом, находит незаконными, поскольку фактически было проведено оперативно-розыскное мероприятие "оперативный эксперимент", однако в материалах дела постановления о проведении ОРМ "оперативный эксперимент" не имеется. Полагает, что по эпизоду от 12 марта 2019 года Иванова должна быть оправдана, поскольку в ходе проверочной закупки была допущена провокация со стороны правоохранительных органов, поскольку Св. 25 уговаривала Иванову помочь достать героин, ссылалась на болезненное состояние и наркотическую ломку, в ходе предварительного следствия Св. 25 была допрошена поверхностно, вышеуказанные обстоятельства, о которых сообщила Иванова, у Св. 25 не выяснялись и сторона защиты была лишена возможности допросить Св. 25 по данным обстоятельствам в связи с ее смертью. Указывает, что в действиях Ивановой усматривается пособничество в приобретении наркотического средства для Св. 25, но поскольку в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 01 октября 2012 года N 1002 вес героина, приобретенного для Св. 25 массой 0,304 грамма, не является значительным размером, в связи с чем Иванова подлежит оправданию по данному эпизоду в связи с отсутствием состава преступления. Квалификация действий Ивановой в части изъятого 15 марта 2019 года в ходе обысков героина массой 11,979 гр., как покушение на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере, является ошибочной, основана даже не на предположениях, а вопреки установленным по уголовному делу обстоятельствам. Вывод суда об умысле Ивановой на сбыт изъятого в ходе обысков героина считает необоснованным, поскольку изъятый в ходе обысков героин Иванова планировала употребить в течение длительного времени, постепенно снижая дозу, а расфасовка была произведена не для удобства сбыта, а для а потребления и контроля дозы, о чем пояснила Иванова в судебном заседании и, более того, героин находился как в расфасованном, так и в нерасфасованном виде, что оставлено судом без внимания. Считает не основанным на материалах дела утверждение суда о наличии договоренности с потребителями на сбыт, изъятого в ходе обысков героина массой 11,979 гр., так как никто из допрошенных лиц таких показаний не давал, каких-либо сведений о такой договоренности материалы уголовного дела не содержат. В ходе судебного заседания Иванова показала, что изъятый в ходе обыска наркотик она приобрела для собственного потребления, так как на тот момент являлась наркозависимой, что отражено в протоколах следственных действий, подтверждается показаниями Св. 14, СВ. 15, Св. 16, Св. 17, Чечулина, Св. 18, Св. 19, Св. 20 и др. Ссылаясь на заключение судебно-психиатрической экспертизы Номер изъят, указывает, что Иванова страдает синдромом зависимости от опиоидов, нуждается в лечении и мерах медико-социальной реабилитации. Полагает, что действия Ивановой по данному эпизоду должны быть квалифицированы по ч. 2 ст. 228 УК РФ, как незаконное хранение без цели сбыта наркотического средства в крупном размере. Считает, что суд необоснованно отказал в применении положений ч. 1 ст. 82 УК РФ, поскольку Иванова имеет малолетнего сына, родившегося Дата изъята в период содержания под стражей по настоящему уголовному делу в СИЗО, подруга Ивановой - Св. 18 готова предоставить свою квартиру Ивановой и ее ребенку для проживания, прописать их у себя. В целях интересах малолетнего сына Ивановой считает необходимым применить к осужденной положения ч. 1 ст. 82 УК РФ, отсрочить ей наказание до достижения ее ребенком 14-летнего возраста. Просит приговор отменить и вынести новый, оправдав Иванову В.В. по эпизодам от 11, 12 и 13 марта 2019 года, по эпизоду от 15 марта 2019 года действия Ивановой В.В. переквалифицировать с ч. 3 ст. 30, п. "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на ч. 2 ст. 228 УК РФ, применить положения ч. 1 ст. 82 УК РФ, отсрочить назначенное Ивановой В.В. наказание до достижения ее ребенком - И., Дата изъята г.р. 14-летнего возраста.
В апелляционной жалобе и дополнениях осужденная Чечулина И.Ю. выражает несогласие с приговором суда, считает его необоснованным, чрезмерно суровым. Полагает, что суд в недостаточной степени учел смягчающие наказание обстоятельства, наличие тяжелых заболеваний, что она является инвалидом (данные изъяты) с ограниченными возможностями в физическом плане, наличие положительной характеристики, постоянного места жительства, что преступление совершено ею впервые, ее раскаяние, частичное признание вины. Просит обратить внимание на наличие смягчающих наказание обстоятельств и доводы, изложенные в апелляционном представлении. Отмечает, что признает вину полностью по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 228.1, п. "б" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. Указывает, что суд вынес приговор лишь на ее первичных показаниях, данных под давлением сотрудников наркоконтроля, что подтверждается ее показаниями и показаниями свидетеля Св. 20 в суде. Считает, что суд заранее принял сторону обвинения, не принял во внимание показания свидетелей и заявления ее адвоката в прениях сторон. Полагает, что ссылка суда на доказательства в виде записей "ПТП" и видеозаписей, не подтверждают наличие преступного сговора с Ивановой В.В., просит исключить преступный сговор по преступлению, предусмотренному п. "а" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. Указывает, что никакого предварительного сговора с Ивановой В.В. у нее не было, данное основание ничем не подтверждено, только ее первыми показаниями, которые были даны под давлением сотрудников ОНК взамен на домашний арест и опасение за свое здоровье. Утверждает, что наркотические средства приобретены ею с Ивановой В.В. для личного употребления, а личный сбыт наркотических средств от 11, 13 марта 2019 года она признает полностью, без участия Ивановой. Выражает несогласие с выводами экспертизы по весу наркотических средств по преступлению от 11 марта 2019 года, считает его явно завышенным, поскольку она наркозависима и не могла ошибиться в весе наркотических средств в 6 свертках. Не соглашаясь в части указания в обвинении о том, что 13 марта 2019 года они с Ивановой встретились случайно, поясняет, что они договаривались о встречах по сотовой связи 11, 13 марта 2019 года, чтобы приобрести наркотические средства для личного употребления, в это же время она созванивалась с покупателями "Ч." 11 марта 2019 года и с "С." 13 марта 2019 года, в связи с чем их звонки совпали в одно и тоже время, а также наркотическое средство на тот промежуток времени у них был идентичен. Считает провокацией участие одного и того же человека в роли покупателя в двух закупках "Ч." и "С.". Утверждает, что составленные следователем документы подписала не читая, ввиду плохого самочувствия из-за тяжелого заболевания и наркотической ломки. Обращает внимание, что в суд не был вызван свидетель Св. 8, принимавший участие в ОРМ от 13 марта 2019 года, о нем никто не упомянул, не указаны причины его неявки и не оглашены его показания на предварительном следствии, как не был допрошен в суде и свидетель Св. 9, его показания на предварительном следствии не оглашались. Указывает, что свидетель Св. 10 дал показания, противоречащие его показаниям на предварительном следствии, путался в количестве свертков, в местах проведения проверочных закупок, в названии магазинов, свидетели Св. 11, Св. 12, Св. 13 также дали показания, противоречащие их показаниям на предварительном следствии и между собой в суде. После просмотра видеозаписей и прослушивания ПТП, председательствующий интересовался, будут ли они отвечать на вопросы по воспроизведенным записям, ее защитник Бичевина Е.Н. пояснила, что будут отвечать на вопросы после допроса подсудимых, но после допроса этих вопросов не задавалось. Отмечает, что 11 марта 201ё9 года проводилось ОРМ в отношении нее и информация проверялась о сбыте наркотиков ею, только 13 марта 2019 года проведены мероприятия в отношении нее и Ивановой В.В., чтобы зафиксировать группу по предварительному сговору, что следует из материалов уголовного дела, что также подтвердили и свидетели, сотрудники ОНК. Просит приговор изменить и передать уголовное дело в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Бичевина Е.Н. в защиту интересов осужденной Чечулиной И.Ю. выражает несогласие с приговором, считает его необоснованным и незаконным, подлежащим отмене. Указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, часть выводов основана на недопустимых и не относимых доказательствах, суд неправильно применил уголовный закон. Отмечает, что при назначении Чечулиной И.Ю. наказания суд не в полной мере проанализировал и учел смягчающие обстоятельства, что Чечулина И.Ю. является инвалидом (данные изъяты), по месту жительства характеризуется положительно, проживает вместе со своей матерью Св. 21 и несовершеннолетним сыном. Чечулина И.Ю. оказывала содействие следствию, дав исчерпывающие показания, позволяющие установить истину по делу. Не соглашается с выводом суда о том, что не имеется оснований для применения требований ст. 64 УК РФ при назначении наказания Чечулиной И.Ю. Указывает, что в суде Чечулина И.Ю. вину в совершении преступления группой лиц по предварительному сговору не признала. Выводы суда об организующей роли Ивановой В.В. в сбыте наркотических средств, о вовлечении Чечулиной И.Ю. для совместного осуществления незаконных сбытов наркотического средства, не нашли своего подтверждения. О действиях Чечулиной по поводу передачи наркотического средства третьим лицам, Ивановой ничего не было известно. Оперативными сотрудниками не представлены легализованные телефонные переговоры между Чечулиной и Ивановой. Ссылаясь на показания свидетеля Св. 10, являющегося сотрудником ОНК отмечает, что на период марта 2019 года имелась информация только в отношении Чечулиной. До проведения ОРМ прослушивали Чечулину, из представленных ПТП не было установлено, что кто-то еще причастен к сбыту наркотических средств, в связи с чем постановление было вынесено о проведении ОРМ только в отношении Чечулиной. На момент 11.03.2019 ему не было известно, где Чечулина берет наркотики, в связи с чем полагает, что доказательств причастности Ивановой к сбыту наркотиков не было представлено. Обращает внимание, что в основу приговора суд положил показания Чечулиной, данные в ходе предварительного расследования 15.03.2019, которые в силу 75 УПК РФ являются недопустимыми, так как получены в результате недозволенных методов следствия, о чем пояснила в судебном заседании Чечулина И.Ю. Отмечает, что предъявленное обвинение Чечулина И.Ю. признала частично, не отрицала факт сбыта наркотического средства свидетелю "Ч.", однако, оспорила предложенную квалификацию, а именно предварительный сговор с Ивановой и приобретение наркотических средств у последней. 11 и 13 марта 2019 она встречалась с Ивановой, но при встрече Иванова наркотики ей не передавала, а отдала ей деньги для совместного приобретения героина, что подтверждается записями с камер видеонаблюдения в магазине "(данные изъяты)" и "(данные изъяты)". Наркотик, который она передала покупателю, был приобретен ранее через закладку и находился у нее с собой. Поясняет, что свидетели Св. 20, Св. 22, В., Св. 5 не были свидетелями передачи наркотического средства от Ивановой Чечулиной, поэтому не могут судить о причастности Ивановой к сбыту наркотического вещества и не один из них не говорит о том, что Чечулина сбывала наркотики от Ивановой. Находит анализ исследованных доказательств недостаточным для вывода о том, что Иванова передавала наркотики Чечулиной для реализации, отсутствуют доказательства, что Чечулина сбывала наркотическое средство совестно с Ивановой, в связи с чем показания Ивановой о непричастности к совместному с Чечулиной сбыту наркотических средств не опровергнуты. Ссылаясь на материалы ОРМ "проверочная закупка" и "наблюдение", в ходе которых специальным химическим веществом помечалась дверная ручка в подъезд по месту жительства Ивановой, на показания сотрудников ОНК, приходит к выводу о том, что в отношении Ивановой В.В. фактически проводился оперативный эксперимент. Обращает внимание, что в материалах, переданных следствию оперативными работниками, содержалась информация о проведении иного мероприятия - наблюдения. Приводя положения ст.8 ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" отмечает, что в акте наблюдения и акте пометки предметов специальным химическим веществом, доставленном оперуполномоченным Св. 6 13 марта 2019 г., в качестве основания для проведения ОРМ указано постановление начальника по <адрес изъят> УМВД России Нач. от 13 марта 2019 года, однако в материалах уголовного дела постановления о проведении ОРМ "оперативный эксперимент" не имеется. На основании данных обстоятельств, считает недопустимыми доказательствами справку об исследовании Номер изъят, рапорт о результатах ОРМ "Наблюдение" и заключение физико-химической экспертизы Номер изъят от 20.04.2019г., акт наблюдения, акт пометки. Обнаружение данного СХВ на свертках с героином осужденные объяснили тем, что при встрече Иванова передавала Чечулиной деньги для совместного приобретения героина, они держали продовольственную корзину, в результате чего это вещество с рук Ивановой попало на руки Чечулиной, после чего с рук Чечулиной на свертки с героином, о чем Иванова и Чечулина дали согласованные показания. Указывает, что допрошенная в судебном заседании Чечулина И.Ю. пояснила, что 13.03.2019 года она самостоятельно сбыла наркотическое средство "С." и никакого совместного сговора с Ивановой у нее не имелось. Полагает, что действия Чечулиной по данному эпизоду подлежат квалификации по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, поскольку ее обвинение построено на недопустимых доказательствах, добытых с нарушениями ст. ст. 75, 89, 184 УПК РФ и ст. ст. 2.7 и 8 Закона об ОРД, а также не добыто доказательств причастности Ивановой к сбыту 13.03.2019 года. Просит приговор отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства.
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Шалашова М.М., приводя мотивированные доводы о законности и справедливости приговора, выражает несогласие с доводами жалоб, просит оставить их без удовлетворения.
Изучив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, проверив и обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб и возражений, судебная коллегия оснований к отмене приговора не усматривает.
Приговор постановлен по итогам справедливого судебного разбирательства, предусмотренная законом процедура судопроизводства соблюдена.
Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на исследованных доказательствах, которые являются последовательными, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга.
В своей совокупности, приведенные в приговоре доказательства, полностью подтверждают вину Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю. в совершении преступлений, за которые они признаны виновными и осуждены.
Суд объективно и полно исследовал необходимые доказательства по представленному на рассмотрение уголовному делу.
Вина осужденных в сбыте наркотического средства героин в значительном размере 11 марта 2019 года группой лиц по предварительному сговору, достоверно установлена судом, выводы об этом подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами: показаниями свидетеля Св. 10, сотрудника полиции об обстоятельствах проведения оперативных мероприятий "проверочная закупка" и "наблюдение" для проверки информации о сбыте наркотического средства Чечулиной И.Ю., установлении места сбыта; свидетеля под псевдонимом "Ч.", который и ранее приобретал наркотики у Чечулиной И.Ю. по 500 рублей за чек, добровольно участвующего в оперативно-розыскном мероприятии "проверочная закупка", рассказавшему о месте встречи с Чечулиной И.Ю. по предварительному телефонному разговору, покупке у нее героина в 6 пакетах за 3000 рублей; свидетелей Св. 13 и Св. 11, участвовавших в данных мероприятиях и зафиксировавших по их результатам правильность составленных документов; объективных данных, содержащихся в материалах оперативно-розыскных мероприятий, осмотренных и признанных в качестве вещественных доказательств, тщательный анализ которых имеется в приговоре; исследованной в судебном заседании камерой видеонаблюдения магазина "(данные изъяты)"; детализацией соединений телефонного номера лица под псевдонимом "Ч." с номером, которым пользовалась Чечулина И.Ю., а ее не только с покупателем, но и с номером, используемым Ивановой В.В., совпадающих по времени проведению ОРМ; справкой об исследовании Номер изъят и заключением судебной комплексной химической экспертизы Номер изъят о том, что вещество, массой 0,591 грамм, изъятое у "Ч." в ходе ОРМ "проверочная закупка" 11 марта 2019 года, является наркотическим средством героин.
Показания допрошенных судом свидетелей, как правильно установил суд после их надлежащего исследования, существенных противоречий не имеют, сомнений не вызывают, подтверждаются взаимно, а также объективно - заключениями судебно-химической экспертизы и материалами исследованного судом уголовного дела.
Выводы суда о виновности Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю. в совершении преступления 11 марта 2019 года группой лиц по предварительному сговору, незаконно сбывших наркотическое средство в значительном размере, соответствуют материалам дела, исследованным в судебном заседании доказательствам, совокупность которых была достаточной для принятия решения о виновности осужденных в инкриминируемом деянии.
В обоснование вывода виновности Ивановой В.В. в незаконном сбыте наркотического средства героин массой 0,304 грамма 12 марта 2019 года, судом положены не только показания самой Ивановой В.В., признавшей вину в части передачи героина Св. 25, но и показания сотрудника полиции СВ. 15 о наличии оснований и повода к проведению ОРМ "проверочная закупка" и "наблюдение" 12 марта 2019 года, обстоятельствах их проведения и документирования; оглашенные в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ в связи со смертью Св. 25, давшей подробные и полные показания как участвующей на добровольных началах в ОРМ "проверочная закупка" под псевдонимом "И.", категорично утверждавшей на предварительном следствии о приобретении героина у Ивановой В.В. за 2500 рублей без уговоров и склонения к этому, у которой и ранее в течение месяца приобретала наркотик; свидетелей Св.1 и Св. 2 по обстоятельствам проведения "проверочной закупки", в результате которого женщина, выступающая в качестве покупателя, выдала пакетик с шестью свертками, пояснив, что приобрела их у девушки цыганской национальности, известной ей как В.; объективные данные, оцененные судом из материалов оперативно-розыскных мероприятий "проверочная закупка", "наблюдение", детализации телефонных соединений лица под псевдонимом "И.", справки об исследовании Номер изъят и заключения химической экспертизы Номер изъят о том, что вещество массой 0,304 грамма, изъятое у "И." в ходе ОРМ "проверочная закупка" 12 марта 2019 года, является наркотическим средством героином, а также другие фактические сведения и данные, содержащиеся в письменных источниках доказательств, полно и правильно приведенные в приговоре.
Выводы суда о виновности Ивановой В.В. в совершении преступления 12 марта 2019 года соответствуют материалам дела, исследованным в судебном заседании доказательствам, совокупность которых была достаточной для принятия решения о виновности осужденной в инкриминируемом деянии.
Вопреки доводам жалоб, виновность Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю. в незаконном сбыте наркотического средства группой лиц по предварительному сговору 13 марта 2019 года соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает, в том числе показаниями сотрудника полиции Св. 10 о ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий с целью проверки информации о совместном сбыте Чечулиной И.Ю. и Ивановой В.В. наркотического средства; свидетеля под псевдонимом "С." о приобретении ранее у Чечулиной наркотика по 500 рублей за чек, сообщившего о добровольном участии в ОРМ "проверочная закупка", подробно пояснившего об обстоятельствах встречи с Чечулиной И.Ю., передачи ей денежных средств и получении от нее 5 свертков с героином; свидетелей Св. 12, Св. 11 и Св. 7, подтвердивших свое участие в мероприятиях и правильность составленных документов; осмотренной в судебном заседании видеосъемкой ОРМ; детализацией соединений телефонного номера лица под псевдонимом "С." с номером, которым пользовалась Чечулина И.Ю., а ее с номером, использованным Ивановой В.В., совпадающих по дате и времени проведения ОРМ; справкой об исследовании Номер изъят от 14 марта 2019 года и заключением судебной комплексной химической экспертизы Номер изъят от 20 апреля 2019 года о том, что вещество массой 0,260 грамм, изъятое у "С." в ходе ОРМ "проверочная закупка" 13 марта 2019 года, является наркотическим средством -героином, на поверхности 5 бумажных свертков, на ватном тампоне обнаружено СХВ.
Выводы суда о виновности Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю. в совершении преступления 13 марта 2019 года группой лиц по предварительному сговору, соответствуют материалам дела, исследованным в судебном заседании доказательствам, совокупность которых была достаточной для принятия решения о виновности осужденных в инкриминируемом деянии.
Виновность осужденной Ивановой В.В. в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, подробный анализ которых содержится в приговоре.
Обстоятельства совершенного Ивановой В.В. преступления установлены судом из показаний, данных на предварительном следствии и в судебном заседании свидетелей Св. 10, СВ. 15, Св. 14, под псевдонимом "И.", Св. 17, Св. 16, Св. 18, Св. 19 данных, зафиксированных в протоколах обыска и личного обыска Ивановой В.В., осмотра изъятых предметов, справке об исследовании Номер изъят, заключении судебной комплексной химической экспертизы Номер изъят и иных, относимых к настоящему уголовному делу доказательств.
Суд первой инстанции обоснованно отнес к достоверным и допустимым доказательствам оглашенные на основании п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ в связи со смертью показания свидетеля под псевдонимом "И." (Св. 25), в которых она поясняла, что ранее знала Иванову В.В., вместе с которой они покупали героин для употребления, затем Иванова В.В. сама стала продавать героин, о чем сообщила ей по телефону. Она ежедневно приобретала у Ивановой В.В. героин, звонила и сообщала, сколько у нее денег, встречи происходили обычно в магазине "(данные изъяты)" по указанию Ивановой В.В., которой она при встрече отдавала деньги, а та ей наркотик; показания сотрудников полиции Св. 10, СВ. 15, Св. 14, Св. 6, проводивших комплекс проверочных оперативно-розыскных мероприятий "проверочная закупка" и "наблюдение", для проверки оперативной информации о незаконном сбыте осужденными героина на территории <адрес изъят> для установления их причастности, установления мест сбыта, при этом в рамках проведения "наблюдения" сотрудником полиции Св. 6 металлическая дверь подъезда, где проживала Иванова В.В., помечена специальным химическим веществом; данными, полученными в результате проведенного по месту проживания Ивановой В.В обыска, ее личного обыска об обнаружении и изъятии из женской сумки бумажных свертков с порошкообразным веществом, из одежды на Ивановой В.В. свертка с 16 пакетами такого-же вещества, взятии смывов с ее рук; показания свидетелей Св. 17 и Св. 16, пояснивших об обстоятельствах проведения обыска и личного обыска Ивановой В.В., удостоверивших правильность зафиксированного в документах; показания свидетеля Св. 18, в квартире которой проживала Иванова В.В. и указавшей о ходе обыска и его результатах; свидетеля Св. 19, знавшей со слов Св. 18 об употреблении наркотиков осужденной, предполагавшей о продаже их последней; справками об исследовании Номер изъят, Номер изъят и заключением судебной комплексной химической экспертизы Номер изъят о том, что представленное на исследование вещество в 15 свертках, изъятых 15 марта 2019 года в ходе личного обыска Ивановой В.В., является наркотическим средством героином, масса которого составила 0,859 грамм, а изъятое в мешке из бесцветного полимерного материала вещество, содержит героин, общая масса которого 11,120 грамм.
Выводы суда о виновности Ивановой В.В. в покушении на незаконный сбыт наркотического средства героин в крупном размере, соответствуют материалам дела, исследованным в судебном заседании доказательствам, совокупность которых была достаточной для принятия решения о виновности осужденной в содеянном.
Помимо доказательств, изложенных в приговоре по каждому из совершенных осужденными преступлений, в обоснование выводов виновности Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю. в совершении незаконного сбыта наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору 13 марта 2019 года, в значительном размере 11 марта 2019 года, самостоятельно Ивановой В.В. 12 марта 2019 года и в покушении Ивановой В.В. на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере, суд первой инстанции обоснованно использовал и данные:
- протокола обыска в жилище Чечулиной И.Ю. об изъятии у нее сотового телефона, смывов с ее рук; показания свидетелей Св. 6 и СВ. 15 о проведении обыска в жилище Чечулиной И.Ю. и ее личном обыске;
-показания свидетелей Св. 3 и Св. 4, подтвердивших данные обстоятельства при участии в обыске в качестве понятых, удостоверивших правильность зафиксированных обстоятельств документально;
- показания свидетеля Св. 21 об употреблении наркотиков ее дочерью Чечулиной И.Ю., производстве обыска и личного обыска дочери, изъятии сотового телефона Чечулиной И.Ю., а также смывов с ладоней и рук дочери;
- показания свидетеля Св. 22 о передаче Чечулиной И.Ю. по просьбе последней сим-карты;
-показания на предварительном следствии свидетеля Св. 20, оцененные как достоверные и допустимые, согласно которых Св. 20 поясняла о приобретении героина у Ивановой В. по 500 рублей за чек, а также у Чечулиной, которая, как ей известно, собирала деньги с наркозависимых, ездила за героином к Ивановой и за это получала верха;
- показания на предварительном следствии свидетелей Св. 5, Св. 23 о сбыте им наркотического средства героин Чечулиной И. за деньги, последним еще и указавшем о том, что героин на продажу Чечулина брала у цыганки, о чем она сама неоднократно упоминала;
- показания свидетеля Св. 26. о том, что 11 марта 2019 года он подвозил на автомобиле "(данные изъяты)" Чечулину И.Ю. до магазина "(данные изъяты)", а также с Чечулиной они забирала парня у магазина "(данные изъяты)" в <адрес изъят>
<адрес изъят> несовершеннолетнего свидетеля Св. 24 о том, что 11 марта 2019 года вместе с мамой и другом П. они ходили в <адрес изъят> в магазин, встретив возле него знакомого мамы, видевшего как этот знакомый В.К. передавал его матери деньги, передавала ли она ему что-то, не видел;
- заключение судебной комплексной химической экспертизы Номер изъят о массе наркотического средства, изъятого как при проведении ОРМ 11 марта 2019 года, 12 марта 2019 года, 13 марта 2019 года, так и изъятого при обыске в жилище и личном обыске Ивановой В.В., обнаружении в шприцах, весах при обыске у Ивановой В.В. героина в следовых количествах, об обнаружении в смывах с ладоней Чечулиной И.Ю., Ивановой В.В. героина, у них же вещества, однородного по качественному компонентному составу с образцом, используемым при ОРМ 13 марта 2019 года (СХВ), при этом содержимое в трех бумажных свертках (объекты Номер изъят Номер изъят Номер изъят - выданное покупателем "Ч." при ОРМ от 11 марта 2019 года), в мешке из полимерного материала с комплементарной застежкой и в одном бумажном свертке (объекты Номер изъят; Номер изъят -изъятое при проведения обыска по месту проживания Ивановой В.В. 15 марта 2019 года) имеют общий источник происхождения и могли ранее составлять единую массу;
-заключение биологической экспертизы Номер изъят об обнаружении на трех фрагментах листов бумаги (отрезков - объектах NНомер изъят) и полимерном полупрозрачном пакете (мешок - объекте Номер изъят) биологического (генетического) материала, произошедшего от Ивановой В.В., происхождение его от Св. 18 и Чечулиной И.Ю. исключено, в объекте Номер изъят (из 15 свертков) смешанные следы ДНК, произошедшие от Ивановой В.В., Св. 18 и неустановленного лица, происхождение его от Чечулиной И.Ю. исключается.
Вопреки доводам жалоб, правила оценки судом не нарушены, после тщательной проверки представленных сторонами доказательств по правилам ст. 87 УПК РФ, суд дал им оценку в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 88 УПК РФ, мотивируя свои выводы об их относимости, допустимости, а также достоверности, а в своей совокупности достаточными для вывода о виновности осужденных в инкриминируемых деяниях, при этом указал, почему он принимает как достоверные одни из них и отвергает другие.
Обоснованно взяты за основу обвинительного приговора и показания Чечулиной И.Ю., данные 15 марта 2019 года в качестве подозреваемой и на очной ставке с Ивановой В.В. о приобретении ранее героина у Ивановой В.В. совместно с Св. 20 по 500 рублей за чек, впоследствии самостоятельно собиравшей деньги у наркозависимых для передачи их Ивановой В.В. в согласованном последней месте, получение от нее героина в необходимом количестве, указавшей, что по такой же схеме происходил сбыт наркотика 11 марта 2019 года и 13 марта 2019 года, подробно пояснившей про обыск, проведенный в ее квартире, личный обыск, изъятие сотового телефона, используемого для связи с Ивановой В.В. и наркозависимыми, а также смывов с ладоней рук, употребившей последний раз героин 14 марта 2019 года.
Суд правильно оценил указанные показания Чечулиной И.Ю. достоверными, в целом не противоречащие другим доказательствам и в совокупности свидетельствующие о виновности осужденных в содеянном.
Доводы адвоката Писарева М.А. и иных авторов жалоб о признании данных показаний недопустимым доказательством, данных под психологическим давлением сотрудников правоохранительных органов вследствие недозволенных методов следствия, невыполнении государственным обвинителем своей функции по опровержению указанных Чечулиной И.Ю. доводов об этом в нарушение положений ч. 4 ст. 235 УПК РФ, а судом оставивших указанные обстоятельства без должной проверки, как это изложено в п.п. 12-14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года N 55 "О судебном приговоре", судебная коллегия находит необоснованными.
Верховный Суд РФ в п.п. 12-14 указанного адвокатом Писаревым М.А. Постановления дал разъяснения о том, что если подсудимый объясняет изменение или отказ от полученных в присутствии защитника показаний тем, что они были даны под принуждением в связи с применением к нему недозволенных методов ведения расследования, то судом должны быть приняты достаточные и эффективные меры по проверке такого заявления подсудимого. При этом следует иметь в виду, что с учетом положений ч. 4 ст. 235 УПК РФ бремя опровержения доводов стороны защиты о том, что показания подсудимого были получены с нарушением требований закона, лежит на прокуроре (государственном обвинителе), по ходатайству которого судом могут быть проведены необходимые судебные действия. При наличии оснований для проверки заявления подсудимого в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ, суд направляет его руководителю соответствующего органа предварительного расследования. Проведение такой проверки не освобождает суд от обязанности дать оценку материалам, представленным по ее результатам, и отразить свои выводы в приговоре.
Таким образом, конкретные судебные следствия, в том числе допрос следователя, о чем указывает адвокат, могут быть проведены по ходатайству государственного обвинителя, направление руководителю соответствующего органа предварительного расследования заявления Чечулиной И.Ю. о применении к ней недозволенных методов расследования при ее допросах 15 марта 2019 года возможно лишь при наличии оснований для проведения проверки в порядке ст. 144 УПК РФ.
Не усмотрев таких оснований для проведения проверки в рамках ст. 144 УПК РФ и не ходатайствующего о допросе следователя, государственный обвинитель представил суду в опровержение доводов подсудимой Чечулиной И.Ю. конкретные доказательства, которые суд первой инстанции проверил в порядке ст. 87 УПК РФ, дал им оценку в полном соответствии с требованиями ст.ст. 17, 88 УПК РФ, приняв эффективные и достаточные меры по проверке заявления Чечулиной И.Ю.
Показаниям Чечулиной И.Ю. на первоначальном этапе предварительного расследования о своих и Ивановой В.В. преступных действиях в приговоре дана надлежащая оценка, основанная на анализе содержания указанных показаний, проверке их на соответствие всем свойствам доказательств, а также иным исследованным доказательствам, с которой судебная коллегия полагает необходимым согласиться.
Вопреки доводам жалобы осужденной Ивановой В.В., перед допросами подозреваемой Чечулиной И.Ю., в том числе перед очными ставками со свидетелями и очной ставкой с Ивановой В.В. в качестве обвиняемой, были разъяснены положения ст.ст. 46, 47 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ, в том числе право не свидетельствовать против себя, с предупреждением об использовании данных показаний в качестве доказательств по делу, даже в случае последующего отказа от них (л.д. Номер изъят, том Номер изъят том Номер изъят).
При оценке доводов о применении к Чечулиной И.Ю. незаконных методов ведения следствия, оказании на нее психологического давления со стороны должностных лиц правоохранительных органов, судом принято во внимание, что в ходе предварительного следствия при оформлении соответствующих протоколов допросов Чечулина И.Ю. и ее защитник замечаний к содержанию протоколов не высказывали, заявлений о нарушении их прав, о принуждении к даче несоответствующих фактическим обстоятельствам дела показаний из-за плохого самочувствия, состояния здоровья не делали, а правильность изложенных в протоколах сведений удостоверили своими подписями.
На очной ставке с Ивановой В.В., помимо защитника Чечулиной И.Ю., присутствовал и защитник Ивановой В.В. - адвокат Писарев М.А., замечаний от которого перед началом, в ходе и окончании очной ставки не последовало, что удостоверено подписями всех участвующих лиц (л.д. Номер изъят том Номер изъят).
Протоколы допроса Чечулиной И.Ю. от 15 марта 2019 года, в том числе на очной ставке с Ивановой В.В., соответствуют требованиям, предусмотренным ст.ст. 166, 173, 190 УПК РФ.
Утверждения авторов жалоб о склонении Чечулиной И.Ю. к оговору Ивановой В.В. взамен на более мягкую меру пресечения - домашний арест, являются голословными, опровергаются материалами дела, согласно данным которого в отношении Чечулиной И.Ю. 17 марта 2019 года судом было удовлетворено ходатайство органов следствия об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу (л.д. Номер изъят том Номер изъят которая впоследствии не признавалась незаконной, не отменялась и не изменялась.
Таким образом, показания Чечулиной И.Ю. на предварительном следствии от 15 марта 2019 года получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ непосредственно исследованы судом, надлежащим образом проверены и оценены с учетом совокупности иных доказательств по делу.
Последующий отказ Чечулиной И.Ю. от показаний в части изобличения себя и Ивановой В.В. в согласованном сбыте героина группой лиц, правильно оценен судом как способ защиты и недостоверный.
Показания свидетелей, как правильно установил суд после их надлежащего исследования, существенных противоречий не имеют, сомнений не вызывают, подтверждаются взаимно, а также объективно заключениями экспертиз и материалами уголовного дела. Показания свидетелей не носят предположительный характер, не основаны на догадках, предположениях, слухах, указанные лица поясняли каждый об источнике своей осведомленности и только про обстоятельства, свидетелями которых они лично являлись.
Неточности в показаниях свидетеля Св. 6, на которые указывают осужденные в жалобах, были устранены судом посредством оглашения его показаний на предварительном следствии в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, показания на досудебной стадии на л.д. Номер изъят в томе Номер изъят свидетель подтвердил, указав, что на тот момент лучше помнил обстоятельства (л.д. Номер изъят том Номер изъят), таким же образом были устранены некоторые противоречия о количестве свертков, местах сбыта (названии магазина), датах проведения ОРМ в показаниях свидетеля Св. 10, Св. 13, Св. 7, Св. 11, Св. 12 (л.д. Номер изъят, оборот л.дНомер изъят том Номер изъят
Вопреки доводам жалоб, Иванова В.В. и Чечулина И.Ю. отказались отвечать на вопросы после исследования видеоматериалов и материалов ПТП, лишь защитник Чечулиной И.Ю. адвокат Бичевина Е.Н. указала, что они изменили позицию, отвечать на вопросы будут при допросе подсудимых (л.д. Номер изъят, оборот л.д. Номер изъят том Номер изъят), в процессе допроса подсудимых интересующие стороны вопросы были заданы Ивановой В.В. по видеозаписям, а также повторно исследована видеозапись с камеры наблюдения "(данные изъяты)" за 12 марта 2019 года и получены ответы от Ивановой В.В. по ней, иных вопросов у сторон и суда в ходе допроса подсудимых не возникло (л.д. Номер изъят том Номер изъят что не свидетельствует о нарушении прав осужденных на защиту, не является основанием к отмене приговора.
Не согласившись на оглашение неявившегося свидетеля Св. 9 на предварительном следствии, о чем ходатайствовал государственный обвинитель, принудительный привод которого службой судебных приставов осуществлен не был, о чем соответствующий рапорт оглашен в судебном заседании, сторона защиты впоследствии не настаивала на вызове данного свидетеля и согласилась на окончание судебного следствия без допроса и оглашения показаний данного свидетеля на предварительном следствии (оборот л.д. Номер изъят л.д. Номер изъят, оборот л.д. Номер изъят том Номер изъят).
Таким образом, протокол судебного заседания не содержит сведений об оглашении показаний свидетеля Св. 9 на предварительном следствии, не ссылался на показания этого свидетеля и суд в подтверждение выводов виновности осужденных, доводы жалобы Ивановой В.В. об отражении в протоколе судебного заседания данных об оглашении показаний свидетеля Св. 9 на предварительном следствии, признаются судебной коллегией несостоятельными.
Оглашение показаний свидетелей на предварительном следствии произведено в полном соответствии с требованиями ст. 281 УПК РФ, при наличии к тому законных оснований.
Данных, позволяющих усомниться в достоверности изложенных свидетелями обстоятельств, связанных с незаконным распространением осужденными наркотического средства, по произведенным в местах их проживания обысками, личных обысков, по делу не установлено.
Должностное положение свидетелей Св. 10, СВ. 15, Св. 14, Св. 6 не свидетельствует о заинтересованности данных лиц в даче недостоверных показаний и не является основанием для признания их показаний не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела. Их показания подтверждаются другими, исследованными в судебном заседании доказательствами.
По делу не установлено данных, свидетельствующих об искусственном создании сотрудниками правоохранительных органов доказательств обвинения, относящихся к незаконному обороту наркотических средств, провокации Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю. к таким действиям, как и данных, свидетельствующих о личной заинтересованности свидетелей под псевдонимом "И.", "Ч.", "С.". Взаимоотношения свидетелей с Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю. судом устанавливались, однако неприязни к осужденным свидетели не испытывали, причин для оговора их не имели, не поясняли о таковых в судебном заседании и сами осужденные (л.д. Номер изъят том Номер изъят), не приведено убедительных мотивов об этом и в апелляционных жалобах, судом первой инстанции и судебной коллегией по делу не установлено.
Не доверять показаниям свидетелей под псевдонимами "И.", "Ч.", "С." о приобретении ими и до проведения "проверочных закупок" наркотического средства героин у осужденных, в том числе и по аналогичной 11, 12, 13 марта 2019 года схеме, оснований к признанию их недопустимым доказательством, у суда оснований не было, они обоснованно признаны объективными и достоверными, положены в основу судебного решения, поскольку согласуются между собой, с другими доказательствами по делу, анализ которым дан в приговоре.
Незначительные противоречия в показаниях свидетелей под псевдонимами "Ч.", "С." устранены посредством оглашения их показаний на предварительном следствии, достоверность которых указанные лица подтвердили (л.д. Номер изъят том Номер изъят). Данные показания согласуются и не опровергают исследованные в связи со смертью свидетеля, на основании п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ показания свидетеля под псевдонимом "И." (Св. 25).
Доводы жалоб о том, что 12 марта 2019 года Иванову В.В. склонили к совершению преступления через наркозависимую Св. 25, которая путем уговоров спровоцировала к сбыту ей героина, проверялись судом, им дана соответствующая оценка со ссылками доказательства, их опровергающие в приговоре. Судебная коллегия также полагает, что совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств достоверно установлено, что Иванова В.В. сбыла наркотическое средство героин не только свидетелю "И.", ее деятельность носила системный характер и не была спровоцирована ни покупателем наркотического средства, ни правоохранительными органами. Путем продажи героина Иванова В.В. преследовала цель обогащения, корыстный мотив совершенных преступлений доказан.
Оглашение показаний свидетеля под псевдонимом "И." (Св. 25) на основании п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, в связи со смертью свидетеля, не является нарушением права осужденной Ивановой В.В. на непосредственный допрос свидетельствующего против него лица.
Как усматривается из протокола допроса свидетеля под псевдонимом "И.", по личному заявлению указанного лица ее подлинные данные о личности засекречены, перед началом допроса ей разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ, в том числе не свидетельствовать против себя, являться на допрос с адвокатом, об уголовной ответственности от дачи показаний по ст. 308 УК РФ и за дачу ложных показаний по ст. 307 УК РФ свидетель под псевдонимом "И." предупреждена.
Показания свидетеля под псевдонимом "И." содержат полную информацию о проведенном 12 марта 2019 года ОРМ с ее участием в качестве покупателя; о знакомстве с Ивановой В.В., с которой они ранее вместе приобретали героин для употребления, а в последний месяц Иванова В.В. стала сама сбывать героин, о чем сообщила ей по телефону, в течение последнего месяца она приобретала героин у Ивановой В.В., предварительно созваниваясь, места встреч называла Иванова В.В., количество приобретенного у последней наркотика зависело от денежных средств, обычно не менее 1000-2500 рублей, так и 12 марта 2019 года она на врученные ей 2500 рублей приобрела у Ивановой В.В. в магазине "(данные изъяты)" героин в 6 бумажных свертках, которые выдала после ОРМ. При этом перед началом, в ходе либо по окончании допроса свидетеля заявления и замечания не поступили (л.д. Номер изъят том Номер изъят).
Тщательно проверив и проанализировав представленные доказательства, суд первой инстанции дал им надлежащую оценку, в том числе и полученным в рамках Закона РФ "Об оперативно-розыскной деятельности" материалам оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка", "наблюдение" от 11 марта 2019 года, 12 марта 2019 года и 13 марта 2019 года, обоснованно не усмотрев провокационного характера в отношении Чечулиной И.Ю., Ивановой В.В. Оснований подвергать сомнениям данную судом первой инстанции оценку доказательств судебная коллегия не усматривает.
Как обоснованно отмечено судом, в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, согласно ст. 6 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", используются информационные системы, видео- и аудиозапись, кино- и фотосъемка, а также другие технические и иные средства, не наносящие ущерба жизни и здоровью людей и не причиняющие вреда окружающей среде, в связи с чем пометка специальным химическим веществом металлической двери по месту жительства Ивановой В.В. в рамках проведенных мероприятий по выявлению лиц, причастных к незаконному сбыту наркотических средств, на основании постановления надлежащего должностного лица от 13 марта 2019 года (л.д. Номер изъят том Номер изъят), не выходит за рамки наделенных полномочий лиц их проводивших и законодательства, в связи с чем не могут признаваться недопустимым доказательством и на этом основании исключены.
Полученные и задокументированные по настоящему уголовному делу результаты оперативно-розыскных мероприятий от 11 марта 2019 года, 12 марта 2019 года и 13 марта 2019 года, были переданы в следственный орган на основании Закона РФ "Об оперативно-розыскной деятельности" и Межведомственной Инструкции об их представлении, осмотрены и закреплены следователем при расследовании уголовного дела в качестве доказательств, в том числе посредством допроса лиц, участвующих в оперативно-розыскном мероприятии, после проверены судом и не были признаны незаконными и недопустимыми доказательствами.
Результаты оперативно-розыскной деятельности отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам Уголовно-процессуальным кодексом РФ, а потому обоснованно положены судом в основу приговора.
Судом проверено и на основе достаточной совокупности доказательств мотивированно признано, что оснований для оговора осужденных ни у кого из свидетелей, подтвердивших причастность как Чечулиной И.Ю., так и Ивановой В.В. к преступным действиям по сбыту наркотического средства героина 11 марта 2019 года, 12 марта 2019 года, 13 марта 2019 года и к покушению Ивановой В.В. на сбыт героина в крупном размере в указанное в приговоре время, не было.
Участие в оперативно-розыскных мероприятиях "проверочная закупка" по данному уголовному делу одного и того же покупателя, не противоречит требованиям как ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", так и нормам уголовно-процессуального закона, не свидетельствует о заинтересованности свидетеля под псевдонимом "Ч.", "С." и провокационных действиях как этого лица, так и правоохранительных органов, как о том указывает осужденная Чечулина И.Ю.
Суд дал надлежащую оценку показаниям Чечулиной И.Ю. и Ивановой В.В. о непричастности последней к преступной деятельности, связанной с незаконным сбытом наркотических средств 11 марта 2019 года и 13 марта 2019 года группой лиц по предварительной договоренности и 12 марта 2019 года самостоятельно, а также в покушении на незаконный сбыт ею героина в крупном размере, надлежащим образом проверил их, и отклонил как несостоятельные, не соответствующие фактическим обстоятельствам дела, обоснованно расценив данные утверждения способом защиты, привел в приговоре доказательства, их опровергающие.
Мотивы принятия судом такого решения подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора, оснований сомневаться в их правильности судебная коллегия не усматривает.
На квалификацию действий осужденных не влияет, и не свидетельствует о недопустимости полученных в результате ОРМ доказательств указанные в жалобе Чечулиной И.Ю. доводы о том, что первоначально, 11 марта 2019 года оперативно-розыскные мероприятия проведены только в отношении нее и информация проверялась о сбыте наркотика ею, а не группой лиц.
Следует констатировать, что проведение проверочных закупок и наблюдения 11 марта 2019 года, 12 марта 2019 года, 13 марта 2019 года было должным образом документировано, о чем свидетельствует перечень доказательств, содержащихся в материалах уголовного дела. Также после проведения вышеуказанных проверочных закупок были достигнуты цели оперативно-розыскных мероприятий: установлены лица, сбывавшие наркотические средства, в том числе группа лиц, места сбыта, документирование совместной преступной деятельности данной группы, обозначенные в соответствующих постановлениях, вопреки доводам жалоб, имеющихся в материалах уголовного дела (л.д. Номер изъят том Номер изъят), кроме того, достигнута цель производства обыска по месту проживания Ивановой В.В., в результате наркотическое средство, хранящееся у нее для сбыта, изъято при обыске и личном обыске, о чем составлены соответствующие процессуальные документы.
Данных, свидетельствующих о том, что сотрудники полиции своими действиями спровоцировали Иванову В.В., Чечулину И.Ю. на совершение преступлений, в том числе и в ходе проверочных закупок 11 марта, 12 марта и 13 марта 2019 года, в материалах дела не содержится. Напротив, стороной обвинения суду представлено достаточно доказательств, подтверждающих, что умысел на незаконный оборот наркотических средств у Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю. сформировался еще до производства в отношении них оперативно-розыскных мероприятий, то есть независимо от деятельности сотрудников правоохранительного органа.
Из материалов уголовного дела видно, что предварительное согласие покупателей под псевдонимом "И.", "Ч.", "С." на участие в действиях по приобретению наркотического средства у осужденных было получено в отсутствие каких-либо уговоров, склонения и иных способов подстрекательства к совершению преступления со стороны указанных свидетелей.
Не имеется в материалах уголовного дела и данных о принуждении этих и иных свидетелей, давших изобличающие Иванову В.В. и Чечулину И.Ю. показания, к сотрудничеству с правоохранительными органами и оговору осужденных.
Необоснованными являются и утверждения, содержащиеся в апелляционных жалобах осужденной Ивановой В.В. и ее защитника об отсутствии в данных ОРМ "прослушивание телефонных переговоров" доказательств распространения наркотических средств осужденными, в том числе группой лиц.
Факт самих телефонных переговоров осужденными не отрицается, а их трактовка, изложенная суду первой инстанции, последним была исследована и получила правильную оценку.
Оснований полагать, что в соответствующих телефонных переговорах, зафиксированных в ходе оперативных мероприятий сотрудниками полиции, не затрагивались обстоятельства, непосредственно связанные с незаконным сбытом наркотических средств, у суда обоснованно не имелось.
Получение и процессуальное оформление данного мероприятия судом первой инстанции обоснованно не признано противоречащим требованиям ст.ст. 88, 91-93, 184 УПК РФ, ввиду производства и закрепления результатов в соответствии с действующим нормативным и уголовно-процессуальным законодательством РФ в рамках возбужденного уголовного дела, а также - после проведения надлежащих процессуальных мероприятий.
Наряду с этим, показаниями свидетелей как под псевдонимом "Ч.", "И.", "С.", участвующих в оперативно-розыскных мероприятиях 11, 12 и 13 марта 2019 года, пояснивших о незаконном сбыте Чечулиной И.Ю. и Ивановой В.В. наркотических средств и до проведения проверочных закупок, так и показаниями на предварительном следствии свидетелей Св. 23, Св. 5 о приобретении за денежные средства у Чечулиной И.Ю. наркотика, который она брала у цыганки, опровергается позиция осужденных, изложенная в поданных жалобах и поддержанная защитниками, об отсутствии доказательств сбыта наркотических средств Ивановой В.В., в том числе в группе с Чечулиной И.Ю., о предоставлении следственным органом суду тенденциозных доказательств, поскольку, как видно из исследованных судом материалов уголовного дела, после задержания осужденных 15 марта 2019 года была дополнена доказательственная база о действиях Чечулиной И.Ю. и Ивановой В.В. в сфере незаконного оборота наркотических средств, позднее явившаяся предметом исследования суда первой инстанции, принятая им как соответствующая принципам допустимости и достаточности.
Наряду с этим, что также вытекает из исследованных судом доказательств, результаты, полученные по итогам проведенных оперативно-розыскных мероприятий, обыска Ивановой В.В. и места ее проживания, были в ходе предварительного расследования проверены, в том числе, путем назначения и проведения соответствующих химической и биологической экспертиз, выполненных в пределах надлежащей процедуры и принятых судом на законных основаниях.
Поводов сомневаться в достоверности результатов, полученных в представленных суду документах, а также экспертных исследований, у последнего не имелось, а вынесенные судом решения основаны на требованиях закона, в том числе ст.ст. 243, 244 УПК РФ и не выходят за рамки судебного усмотрения, предписанного ст. 17 УПК РФ.
Экспертным заключениям суд первой инстанции дал надлежащую, основанную на законе оценку, оснований к переоценке которых судебная коллегия не усматривает, вес наркотического средства, обнаруженного в изъятых при обыске, а также переданных покупателями в ходе ОРМ "проверочная закупка" 12, 13 марта 2019 года, включая покупателя под псевдонимом "Ч." 11 марта 2019 года, который оспаривает Чечулина И.Ю., указан экспертами после лабораторного исследования с точностью до сотых грамм, оснований усомниться в правильности выводов которых не имеется.
То обстоятельство, что вес наркотического средства героин, выданный покупателем в результате ОРМ 11 марта 2019 года в шести свертках по заключению экспертизы Номер изъят массой 0,591 грамм значительно больше героина, выданного покупателем при ОРМ 13 марта 2019 года в пяти свертках, по заключению экспертизы Номер изъят массой 0,260 грамм, неодинаков с выданными покупателем в результате ОРМ 12 марта 2019 года шестью свертками, по заключению химической экспертизы Номер изъят массой 0,304 грамма, а героин в 15 свертках, изъятых 15 марта 2019 года в ходе личного обыска Ивановой В.В., по заключению экспертизы Номер изъят массой 0,859 грамм, на что обращает внимание осужденная Чечулина И.Ю., не порочит доказательства по данным преступлениям, не свидетельствует о фальсификации доказательств, недостоверности выводов эксперта, объясняется тем, что Иванова В.В., занимающаяся расфасовкой героина, предназначенного к сбыту, не всегда точно определяла вес наркотика в каждом пакете.
Исходя из конкретных данных уголовного дела, судом первой инстанции правильно установлены все обстоятельства преступлений, условия и временные рамки совершения противоправных деяний осужденными Чечулиной И.Ю., Ивановой В.В.
Оснований для признания осужденных невиновными по инкриминируемым им деяниям, указанным в состоявшемся приговоре, в силу изложенного выше, судебная коллегия не усматривает.
Действия осужденных Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю., вступивших в предварительный сговор на незаконное распространение наркотического средства до начала сбыта, были согласованны, а непосредственный сбыт Чечулиной И.Ю. 11 марта 2019 года и 13 марта 2019 года, согласно предварительной договоренности и распределению ролей, охватывался, как умыслом осужденной, непосредственно сбывшей наркотическое средство лицу под псевдонимом "Ч." и "С.", предварительно договорившейся с покупателями о времени и месте сбыта, получившей за героин денежные средства непосредственно от покупателя, бравшей для сбыта героин у Ивановой В.В., в связи с чем действия последней как соучастницы, являющейся соисполнителем, передающей Чечулиной И.Ю. героин для сбыта и получение от его продажи денежных средств, были направлены на достижение единого результата - незаконного распространения наркотических средств путем возмездной передачи конкретным лицам и получение от этих действий материальной выгоды.
Правильно установив фактические обстоятельства содеянного осужденными, установив по двум преступлениям последовательное соисполнительство, суд дал правильную юридическую оценку действиям осужденных по преступлению от 11 марта 2019 года по п.п. "а, б" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, по преступлению от 13 марта 2019 года по п. "а" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, по самостоятельному сбыту наркотического средства Ивановой В.В. 12 марта 2019 года по ч. 1 ст. 228-1 УК РФ и по покушению на незаконный сбыт наркотического средства Ивановой В.В. в крупном размере, не доведенного до конца по независящим от нее обстоятельствам (ввиду ее задержания 15 марта 2019 года), по ч. 3 ст. 30 и п. "г" ч. 4 ст. 228-1 УК РФ".
Судебная коллегия не находит оснований к иной юридической квалификации действий осужденных и их оправданию, доводы жалоб об этом находит несостоятельными.
По смыслу закона, если лицо в целях осуществления умысла на незаконный сбыт наркотических средств, незаконно хранит, переносит, тем самым совершает действия, направленные на их последующую реализацию и составляющие часть объективной стороны сбыта, однако по не зависящим от него обстоятельствам не передает указанные средства, то такое лицо несет уголовную ответственность за покушение на незаконный сбыт наркотических средств.
Поскольку осужденная Иванова В.В. выполнила действия, направленные на реализацию наркотического средства и составляющие часть объективной стороны, однако не довела свой преступный умысел до конца ввиду изъятия наркотического средства сотрудниками правоохранительных органов при ее личном обыске и обыске места ее проживания, ее действия правильно квалифицированы через ч. 3 ст. 30, как неоконченное преступление, квалифицируемое и по п. "г" ч. 4 ст. 228-1 УК РФ.
Из материалов дела следует, что только в результате проверки оперативной информации, которую, вопреки доводам жалоб, сотрудники не вправе разглашать, а также рассекречивать данные о лице, ее сообщившем, была выявлена, зафиксирована и пресечена преступная деятельность Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю., связанная с незаконным сбытом наркотического средства героин.
Судом дана оценка доводам Ивановой В.В. и ее защиты, повторяющиеся в апелляционных жалобах и суде апелляционной инстанции, о недоказанности вины осужденной Ивановой В.В. в сбыте героина, в том числе группой лиц и в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере. Данные доводы обоснованно признаны несостоятельными, с приведением доказательств и мотивов, их опровергающих в приговоре.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда и не усматривает оснований к переоценке доказательств, поскольку усомниться в объективности основанной на законе оценки доказательств судом первой инстанции, судебная коллегия не усматривает.
Все заявленные в защиту осужденных доводы и утверждения как Чечулиной И.Ю., так и Ивановой В.В. о непричастности последней к совершению преступлений, в том числе в составе группы, о нарушении законности при производстве предварительного следствия, и иные, повторяющиеся и в апелляционных жалобах, были судом проверены и не нашли своего подтверждения в судебном заседании, выводы суда об этом убедительно приведены в приговоре.
Судом достоверно установлено совершение преступлений Чечулиной И.Ю. и Ивановой В.В. во время и обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.
Все исследованные и оцененные доказательства полно и подробно изложены в приговоре. Они согласовывались между собой и с другими материалами дела по фактическим обстоятельствам, времени, дополняли друг друга, совпадали в деталях и не содержали существенных противоречий, в связи с чем были правильно признаны судом достоверными и взяты за основу при постановлении приговора. Их совокупность была достаточна для признания вины осужденных.
Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы могли повлечь признание недопустимыми доказательств, полученных при обстоятельствах, о которых сообщили свидетели и те должностные лица, на которые ссылаются авторы жалоб, судом не установлено.
Несогласие апеллянтов с оценкой судом представленных доказательств, не свидетельствует, о предвзятости председательствующего по делу, заинтересованности в исходе дела и обвинительном уклоне суда.
В приговоре указаны мотивы, по которым суд признал достоверными одни доказательства и отверг другие, в том числе дана надлежащая оценка показаниям Ивановой В.В. как на стадии предварительного следствия, так и в судебном заседании, основанная на законе оценка дана судом и показаниям Чечулиной И.Ю. на последующих стадиях предварительного следствия и в судебном заседании, а также изменению свидетелем Св. 20 показаний в судебном заседании.
Влияющих на выводы суда о виновности осужденных противоречий показания свидетелей по делу не содержат, имеющие незначительные противоречия устранены в судебном заседании посредством оглашения их показаний на предварительном следствии, проверены судом путем сопоставления с другими доказательствами, им дана оценка в полном соответствии с требованиями ст.ст. 17, 88 УПК РФ, несогласие с которой не является основанием к признанию показаний свидетелей порочными, а осуждение Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю. за совершенные ими преступления - незаконным.
Согласно материалам дела и протоколу судебного заседания, право на защиту осужденных было обеспечено на предварительном следствии и в судебном заседании должным образом. Оснований полагать нарушенным право на защиту как Чечулиной И.Ю., так и Ивановой В.В., судебная коллегия не усматривает.
Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, не противоречит п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебном приговоре".
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено. Судебное следствие проведено объективно, без обвинительного уклона, в соответствии со ст.ст. 273-291 УПК РФ, все заявленные в судебном заседании ходатайства рассмотрены, по ним приняты мотивированные решения, с которыми судебная коллегия согласна.
Нарушений уголовно-процессуального закона РФ по обсуждаемому уголовному делу, которые могли бы повлиять на обоснованность приговора, а также его отмену или изменение, в период предварительного и судебного следствия, не допущено.
Сомнений во вменяемости Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю., способных нести уголовную ответственность и наказание за содеянное, суд первой инстанции не усмотрел, дав надлежащую оценку выводам экспертов Номер изъят от 10 июня 2019 года в отношении Ивановой В.В., а также заключению Номер изъят от 10 июня 2019 года в отношении Чечулиной И.Ю., не усматривает таковых и судебная коллегия, поскольку не находит данных, порочащих оценку психического состояния осужденных.
При назначении наказания Ивановой В.В. и Чечулиной И.Ю., суд в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, в соответствии с ч. 1 ст. 67 УК РФ характер и степень их фактического участия в совершении преступлений, значение этого участия для достижения каждого преступления, его влияния на характер возможного вреда, личность виновных, наличие обстоятельств, смягчающих наказание и отягчающего у Ивановой В.В. обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.
С учетом фактических обстоятельств совершенных Ивановой В.В., Чечулиной И.Ю. преступлений в сфере незаконного распространения наркотических средств, направленных против здоровья и общественной нравственности, степени их общественной опасности, оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел, выводы об этом мотивировано изложил в приговоре.
Установив по делу обстоятельства, смягчающие наказание осужденной Ивановой В.В., предусмотренные ч. 2 ст. 61 УК РФ - частичное признание вины, неудовлетворительное состояние здоровья, а также предусмотренное п. "г" ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельство - наличие малолетнего ребенка и, в связи с наличием у Ивановой В.В. судимости за совершение тяжкого преступления, за которое ей назначалось наказание в виде реального лишения свободы, при совершении Ивановой В.В. по настоящему уголовному делу несколько преступлений, относящихся к категории тяжких и особо тяжких, в качестве обстоятельства, отягчающего наказание Ивановой В.В. в соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 63 УК РФ суд первой инстанции признал рецидив преступлений, мотивировав назначение наказания по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ, обосновал отсутствие оснований, предусмотренных ст. 64, ч. 3 ст. 68 УК РФ для назначения ей наказания как ниже низшего предела, так и к назначению наказания при рецидиве преступлений - менее одной третьей части максимального срока лишения свободы, предусмотренного санкциями совершенных ею преступлений, а также по неоконченному преступлению с учетом правил ч. 3 ст. 66 УК РФ, не более трех четвертей максимального срока лишения свободы, предусмотренного ч. 4 ст. 228-1 УК РФ, не находя оснований для назначения дополнительного наказания, предусмотренного санкциями ч. 3, ч. 4 ст. 228-1 УК РФ, суд пришел к категоричному выводу о назначении наказания Ивановой В.В. только в условиях реального отбывания наказания в виде лишения свободы.
Выводы суда о виде и размере назначенного осужденной Ивановой В.В. наказания убедительно мотивированы в приговоре, оснований подвергать сомнения которые судебная коллегия не усматривает.
Фактических и правовых оснований для признания в качестве обстоятельств, смягчающих наказание Ивановой В.В., по делу не установлено, в жалобах не приведено и в суд апелляционной инстанции не представлено, как не представлено и новых, не учтенных судом обстоятельств, влияющих на вид и размер назначенного ей наказания.
Назначенное Ивановой В.В. наказание как по каждому из совершенных преступлений, так и по совокупности преступлений, с учетом принципа частичного сложения, отвечает требованиям ст.ст. 6, 43, 60, 69 УК РФ, считать его чрезмерно суровым и несправедливым оснований не имеется.
Убедительные мотивы приведены судом и об отсутствии оснований для применения к Ивановой В.В. положений ч. 1 ст. 82 УК РФ, отсрочки отбывания наказания до достижения ее ребенком четырнадцатилетнего возраста, доводы жалобы об этом адвоката Писарева М.А. судебная коллегия находит несостоятельными, также не усматривая оснований для отсрочки отбывания лишения свободы осужденной Ивановой В.В., совершившей по настоящему делу преступления в сфере незаконного оборота наркотических средств, объектом посягательства которых является здоровье населения и общественная нравственность, через небольшой промежуток после отбытия наказания за аналогичные преступления, освободившейся из мест лишения свободы 27 июля 2018 года, с учетом всех установленных судом первой инстанции обстоятельств об образе жизни осужденной, с учетом того, что рожденный в условиях следственного изолятора Ивановой В.В. ребенок находится в ОГКУЗ "<адрес изъят> специализированный дом ребенка" с 3 октября 2019 года на полном государственном обеспечении.
Придя к категоричному выводу о назначении Чечулиной И.Ю. наказания за совершенные преступления только в виде реального лишения свободы, без применения положений ст. 73 УК РФ, условного осуждения, не усмотрев оснований к назначению наказания с учетом положений ст. 64 УК РФ, ниже низшего предела санкций совершенных ею преступлений (ч. 3 ст. 228-1 УК РФ) и назначения дополнительного наказания, суд убедительно мотивировал свои выводы в этой части.
Признанные смягчающими наказание обстоятельства как каждое из них в отдельности, так и их совокупность, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных Чечулиной И.Ю. преступлений, судом обоснованно не признаны исключительными, позволяющими назначить ей наказание ниже низшего предела санкции ч. 3 ст. 228-1УК РФ, либо для назначения иного наказания, не связанного с лишением свободы, не установлено по делу и иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, несмотря на активное способствование Чечулиной И.Ю. в раскрытии и расследовании групповых преступлений на первоначальном этапе предварительного расследования.
С указанными выводами соглашается и судебная коллегия и не усматривает оснований к внесению изменений в приговор в этой части.
Вместе с тем суд при назначении наказания Чечулиной И.Ю. не в полной мере учел требования закона, не учел влияющее на назначение наказания Чечулиной И.Ю. смягчающее обстоятельство, в связи с чем приговор на основании ст. 389.15 УПК РФ в отношении Чечулиной И.Ю. подлежит изменению по следующим основаниям.
Согласно абз. 2 п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года "О практике назначения судами РФ уголовного наказания", в качестве иных смягчающих наказание обстоятельств осужденного, суд вправе признать состояние его здоровья, наличие инвалидности и т.д.
В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ перечень обстоятельств, смягчающих наказание, не является исчерпывающим.
В качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд вправе признать признание вины, в том числе и частичное, раскаяние в содеянном, наличие несовершеннолетних детей при условии, что виновный принимает участие в их воспитании, материальном содержании и преступление не совершено в отношении их, наличие на иждивении виновного престарелых лиц, его состояние здоровья, наличие инвалидности, государственных и ведомственных наград, участие в боевых действиях по защите Отечества и др.
Обоснованно признав в качестве обстоятельств, смягчающих наказание Чечулиной И.Ю. предусмотренные п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию преступлений на стадии предварительного расследования (в показаниях от 15 марта 2019 года), выразившиеся в дачи признательных показаний, изобличающих себя и Иванову В.В., как соучастника преступлений, а также в силу положений ч. 2 ст. 61 УК РФ частичное признание вины, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, неудовлетворительное состояние здоровья, суд первой инстанции установил, но не признал в качестве обстоятельства, смягчающего наказание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, что Чечулина И.Ю. является инвалидом (данные изъяты) с 2018 года с физическими ограничениями, чем существенно предопределен ее социальный статус.
При таких обстоятельствах судебная коллегия считает необходимым изменить приговор в отношении Чечулиной И.Ю., признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осужденной в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ наличие у нее инвалидности (данные изъяты), смягчив назначенное наказание как по каждому совершенному ею преступлению, так и по совокупности преступлений, которое назначено судом первой инстанции при отсутствии отягчающих наказание Чечулиной И.Ю. обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ.
Несмотря на признание еще одного обстоятельства, смягчающего наказание Чечулиной И.Ю., судебная коллегия не усматривает оснований для применения к ней положений ст. 64 УК РФ, как и оснований для признания иных обстоятельств, смягчающими наказание Чечулиной И.Ю.
Вид исправительного учреждения, в котором надлежит отбывать лишение свободы осужденным, определен судом первой инстанции в полном соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 58 УК РФ, в исправительной колонии общего режима. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судебная коллегия не усматривает.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Ангарского городского суда Иркутской области от 20 марта 2020 года в отношении Чечулиной И.Ю. изменить
Признать смягчающим наказание обстоятельством Чечулиной И.Ю. в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ наличие инвалидности (данные изъяты).
Смягчить наказание Чечулиной И.Ю. по п. "а" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ до 8 лет 9 месяцев; по п.п. "а, б" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ до 8 лет 9 месяцев, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, до 9 лет 9 месяцев лишения свободы.
В остальном приговор в отношении Чечулиной И.Ю. и этот же приговор в отношении Ивановой В.В. оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной Ивановой В.В., ее защитника Писарева М.А. - без удовлетворения, апелляционные жалобы осужденной Чечулиной В.В. и ее защитника Бичевиной Е.Н. удовлетворить частично.
Апелляционное представление государственного обвинителя Шалашовой М.М. удовлетворить.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.
Председательствующий: Мельникова Г.П.
Судьи: Носков П.В.
Трускова Е.Э.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
