Дата принятия: 11 ноября 2020г.
Номер документа: 22-1763/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ СМОЛЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 11 ноября 2020 года Дело N 22-1763/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Смоленского областного суда в составе:
председательствующего: Безыкорновой В.А.,
судей: Мазылевской Н.В., Перова А.Е.,
при помощнике судьи Лаптевой М.Н., с участием
прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Смоленской области: Гайдуковой О.В.,
осужденного Галкина К.В.,
защитника: адвоката Воскресенского А.Б.,
рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи апелляционные жалобы с дополнениями осужденного Галкина К.В., адвокатов Громовой Н.Н., Воскресенского А.Б., в интересах осужденного Галкина К.В., на приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от (дата) года, которым
Галкин К.В., (дата) года рождения, уроженец <данные изъяты>, гражданин <данные изъяты>,
ранее не судимый,
осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Мера пресечения Галкину К.В. в виде содержания под стражей оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора суда в законную силу. Постановлено зачесть в срок отбывания наказания период нахождения Галкина К.В. под стражей с (дата) года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
Разрешен гражданский иск.
Заслушав доклад судьи Мазылевской Н.В., выступление осужденного Галкина К.В. и адвоката Воскресенского А.Б., поддержавших доводы апелляционных жалоб с дополнениями, просивших приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда, пояснения прокурора Гайдуковой О.В., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб с дополнениями, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
По приговору суда Галкин К.В. признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.
Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора суда.
В апелляционных жалобах:
- адвокат Воскресенский А.Б., в интересах осужденного Галкина К.В., указывает на незаконность и несправедливость приговора суда, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. Приводит показания Галкина, отмечая, что последний вину не признал, дал правдивые показания, которые подтверждаются показаниями свидетеля К., однако не получили оценки суда. Также суд не дал оценки противоречивости показаний свидетелей П. и Н., К. и М.. Обращает внимание, что, согласно показаниям свидетеля П., потерпевшему было нанесено осужденным не менее <данные изъяты> ударов в основном в голову, однако суд в приговоре указанным обстоятельствам оценки не дал, несмотря на вывод экспертизы о причинении повреждений головы в результате однократного ударного воздействия твердого тупого предмета в левую височную область головы. Указывает, что судом не учтено в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, наличие несовершеннолетнего ребенка, поскольку Галкин до задержания на протяжении длительного времени проживал совместно с К.. Кроме того, суд не признал в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, наличие у осужденного матери, являющейся <данные изъяты>
В дополнениях к апелляционной жалобе адвокат Воскресенский А.Б. отмечает, что, согласно показаниям свидетеля П., непосредственно после удара Н. потерпевший Д. упал и не подавал признаков жизни, однако суд не дал надлежащей оценки этому обстоятельству, а также не устранил противоречия в показания указанного свидетеля относительно количества ударов, нанесенных Галкиным. Указывает на допущенные судом нарушения при извещении Галкина о судебных заседаниях, которые состоялись (дата) года и (дата) года - о дате этих заседаний Галкину стало известно от сотрудников конвойной роты, что лишило его возможности в полной мере к ним подготовиться и согласовать позицию с защитником. Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о вызове в судебное заседание и допросе врача невролога, диагностировавшего при поступлении в больницу у Д. травмы черепа, которая была удалена в ходе проведенных операций, то есть до судебно-медицинской экспертизы, проведенной экспертом А., в то время как эксперт А., будучи допрошенным в суде не смог ответить на ряд вопросов стороны защиты, и сообщил суду, что для этого необходимо допросить врача, который диагностировал данное повреждение. Суд не дал оценку тому обстоятельству, что согласно заключению эксперта N<данные изъяты> от (дата) года, количество ударных воздействий, нанесенных потерпевшему, гораздо меньше, чем указали свидетели П. и Н.. Просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.
- адвокат Громова Н.Н., в защиту осужденного Галкина К.В., также ставит вопрос об отмене приговора суда, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. Отмечает, что осужденный не отрицал факт драки и нанесения побоев потерпевшему, однако вину в совершении преступления не признал. Показания осужденного последовательны и логичны, в отличие от показаний свидетелей П., Н. и Ж., которые противоречивы и не согласуются с другими материалами дела. Показания свидетеля П. непоследовательны, при его допросе не удалось определить, какие из его показаний являются достоверными. В то же время суд на основании его показаний установил, что Галкин на площадке автошколы нанес удар Д. рукой по голове, тогда как свидетель Н. события в указанном месте описывает по-другому. Не согласна с выводами суда о том, что в левую теменно-височную область никто, кроме Галкина, нанести удар потерпевшему не мог. Указывает, что у потерпевшего не установлено такое количество телесных повреждений, которое описывали свидетели, что не принято во внимание судом. Выводы суда о том, что некоторые телесные повреждения к моменту смерти могли исчезнуть, с учетом показаний эксперта А., находит несостоятельными. В назначении ситуационной судебно-медицинской экспертизы судом было отказано. Отмечает, что до приезда полиции Д. чувствовал себя хорошо, а, согласно показаниям П. и Галкина, после удара Н., он уже не поднялся, что свидетельствует о получении серьезной травмы. При проведении следственных экспериментов, результаты которых положены в основу приговора, следователем, в нарушение ст.181 УПК РФ, не была воспроизведена обстановка, в которой, по словам свидетелей, происходили все действия, ввиду чего считает протоколы следственных экспериментов со свидетелем П. и свидетелем Н. недопустимыми доказательствами. Указывает, что не были установлены и опрошены иные свидетели, о допросе которых ходатайствовал осужденный. Считает, что не добыто доказательств, подтверждающих виновность Галкина в совершении вменяемого преступления, в связи с чем гражданский иск не подлежал удовлетворению. При этом находит несправедливым и завышенным размер морального вреда, взысканного в пользу потерпевшей, которая длительное время не общалась с братом, близких отношений с ним не имела. Просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор.
- осужденный Галкин К.В. в апелляционной жалобе от (дата) года находит приговор суда подлежащим отмене в связи с существенным нарушением судом уголовно-процессуального закона.
В дополнениях к апелляционной жалобе от (дата) года осужденный Галкин К.В. находит заключение судебно-медицинской экспертизы от (дата) года N<данные изъяты> недопустимым доказательством, в связи с нарушением ч.1 ст.205 УПК РФ. При этом заявленное им соответствующее ходатайство, как и ходатайство защитника о назначении дополнительной экспертизы, было оставлено судом без удовлетворения. Указывает на суровость назначенного наказания: что судом необоснованно не признаны в качестве обстоятельств, смягчающих ему наказание, наличие на его иждивении несовершеннолетнего ребенка, являющегося сыном К., с которой он проживал, а также наличие у него матери- <данные изъяты>. Просит приговор суда отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение.
В дополнениях к апелляционной жалобе от (дата) года осужденный Галкин К.В. указывает, что в связи с допросом эксперта А. им дважды заявлялось ходатайство о допросе нейрохирурга, который поставил потерпевшему диагноз "перелом свода, основания черепа", но данные ходатайства не были рассмотрены судом и не отражены в протоколе судебного заседания.
В дополнениях к апелляционной жалобе от (дата) года осужденный Галкин К.В. считает, что суд нарушил требования уголовно-процессуального закона, огласив в судебном заседании показания свидетеля Г. - фельдшера скорой помощи, в связи с тем, что она находится в отпуске по беременности и родам, тогда как данная причина не подпадает ни под один из пунктов ч.2 ст.281 УПК РФ. Суд проигнорировал его ходатайство о вызове для допроса лиц из медицинского персонала, которые осматривали потерпевшего при его поступлении в больницу, не вынес решения по этому ходатайству. Выводы суда о том, что к моменту смерти потерпевшего некоторые из телесных повреждений у него могли исчезнуть, находит предположительными.
В дополнениях к апелляционной жалобе от (дата) года осужденный Галкин К.В. отмечает, что суд отказал в удовлетворении его ходатайства об оглашении полного текста экспертного заключения N<данные изъяты> от (дата) года, а в описательно-мотивировочной части приговора поверхностно описал данную экспертизу, не дав оценку сведениям, содержащимся в её исследовательской части, тогда как диагноз, выставленный потерпевшему при поступлении в больницу нейрохирургом, не вошел в заключения экспертов, что ставит под сомнение выводы этих экспертиз.
В дополнениях к апелляционной жалобе от (дата) года осужденный Галкин К.В. указывает, что неоднократно ходатайствовал перед судом о возвращении уголовного дела прокурору, в том числе, для проведения ситуационной медицинской экспертизы, поскольку ни в одном из экспертных заключений не отражено телесное повреждение- перелом свода, основания черепа, которое указано нейрохирургом СОКБ в медицинской карте Д. По ходатайству стороны защиты судом были оглашены указанное заключение нейрохирурга и постановление о признании доказательств недопустимыми, однако факт заявления соответствующих ходатайств не отражен в протоколе судебного заседания. Полагает, что диагноз, выставленный нейрохирургом, не вызывает сомнений. Эксперт А. указал, что у потерпевшего могла быть трещина черепа, что он мог не заметить, но это пояснение не отражено в протоколе судебного заседания, замечания на который суд отклонил подлежащим отмене постановлением от (дата) года. Данные пояснения эксперта А. вызывают сомнения в верности его выводов. Отмечает, что эксперт констатировал 5 ударных воздействий потерпевшему, однако в приговоре указано, что их было 16. Он заявлял суду, что копию обвинительного заключения получил (дата) года, однако оригинал этой расписки суду представлен не был. В материалах дела отсутствуют заявленные им в письменном виде и направленные почтой ряд ходатайств. Обращает внимание на то, что о судебном заседании, состоявшемся (дата) года, он не был надлежаще уведомлен, чем нарушены его права.
В дополнениях к апелляционной жалобе от (дата) года осужденный Галкин К.В. отмечает, что при его ознакомлении с аудиозаписями судебных заседаний его права были нарушены секретарем суда. При повторном прослушивании аудиозапись была ему представлена на другом диске, вследствие чего возникают сомнения по поводу аудиозаписей при материалах уголовного дела. (дата) года им были принесены замечания на протокол судебного заседания от (дата) года, ответа на которые ему не поступило.
В возражениях на апелляционные жалобы защитников Громовой Н.Н. и Воскресенского А.Б., а также осужденного Галкина К.В., государственный обвинитель Британова Н.Н. с доводами в них изложенными не согласна, находит, что всем представленным доказательствам судом дана оценка в приговоре, нарушений уголовно-процессуального закона не допущено, действия осужденного квалифицированы правильно, ему назначено справедливое наказание. Просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, а приговор суда - без изменения.
Потерпевшая Барыкина О.А. в возражениях на апелляционную жалобу просит приговор суда оставить без изменения.
Проверив материалы дела, заслушав пояснения участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб с дополнениями и возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Выводы суда о доказанности вины осужденного Галкина в совершении преступления при обстоятельствах, приведенных в приговоре, судебная коллегия находит в полной мере состоятельными, поскольку они основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании и получивших объективную оценку суда.
Свидетель П. показал, что Галкин в процессе возникавших в течение дня конфликтов неоднократно наносил потерпевшему удары в голову, в том числе в левую височную часть головы; удары в голову наносил кулаками, а также - один удар коленом, один раз "пнул" ногой в голову. Н. нанес Д. один удар - локтем правой руки в подбородок снизу вверх.
Согласно показаниям свидетеля Н., Галкин наносил Д. удары кулаками в область лица, а также нанес удар коленом в левую часть головы, один удар нанес ногой по голове. Он сам (Н.) ударил потерпевшего один раз не сильно, случайно, правым локтем в подбородок либо челюсть. Сам о нанесении этого удара не помнит, говорит со слов П..
Из показаний свидетеля Ж. усматривается, что Галкин бил Д., неоднократно наносил ему удары кулаками в голову.
Проанализировав показания свидетелей - очевидцев преступления - П., Н., Ж., суд верно указал, что они фактически не изменяли своих показаний, а уточняли их, отвечая на поставленные вопросы. При этом они все показали, что осужденный неоднократно наносил потерпевшему удары в область головы. Незначительным противоречиям в показаниях, по мнению судебной коллегии, суд дал верную оценку, отметив, что все свидетели находились в состоянии алкогольного опьянения, имеют индивидуальные психологические особенности, а Ж., кроме того, также подвергся избиению.
Свидетель З. показала, что в их квартире Галкин дрался с Д.; кроме осужденного Д. никто не трогал. Наутро от Ж. она узнала, что Галкин сильно избил Д..
Из показаний свидетеля Д.1. видно, что потерпевший пришел к нему около <данные изъяты> часов (дата) года, у него была разбита голова и лицо. Потерпевший пояснил, что его избили у Ж.. Он (Д.1.) пошел к Ж., там были Галкин, П., Н., Ж. и сожительница последнего.
Свидетель М. старший оперуполномоченный ОУР МО МВД России "Гагаринский", суду показал, что (дата) года около <данные изъяты> часов он выезжал по вызову З.., в комнате которой находился Д., его лицо было разбито; потерпевший пояснил, что его избил Галкин, разбил бутылку ударом о голову.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, при исследовании трупа Д. обнаружены повреждения головы: ушиб головного мозга, кровоизлияние между твердой и мягкими мозговыми оболочками в левой теменно-височной области, кровоизлияние под мягкие мозговые оболочки в левой височно- теменной области, кровоподтечность кожно-мышечного лоскута головы в левой височно-теменной области, кровоподтек левой ушной раковины, которые образовались от однократного ударного воздействия твердого тупого предмета в левой височной области головы, произошли прижизненно и квалифицируются по признаку опасности для жизни, как тяжкий вред здоровью. Причиной смерти Д. явилась закрытая черепно-мозговая травма, сопровождающаяся тяжелым ушибом головного мозга, кровоизлияниями под оболочки головного мозга, осложнившаяся впоследствии развитием отека, сдавления и дислокации головного мозга, двусторонней очаговой гнойной пневмонией. Образование вышеуказанных повреждений в области головы при падении с высоты собственного роста не представляется возможным. Кроме того, при исследовании трупа Д. обнаружены повреждения: кровоподтек правой половины лица, два кровоподтека передней поверхности грудной клетки, кровоподтек левой верхней конечности, кровоподтек правой верхней конечности, которые образовались от многократных (не менее 5) ударных воздействий твердых тупых предметов.
Согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы, после получения ударного воздействия в левую височную область головы не исключено сохранение потерпевшим способности к активным целенаправленным действиям в течение длительного промежутка времени, при условии сохранения им сознания в течение так называемого "светлого промежутка", характерного для черепно-мозговой травмы, длительность которого строго индивидуальна и зависит от множества факторов, в связи с чем конкретно определить её не представляется возможным.
Допрошенный в ходе судебного разбирательства эксперт А.. разъяснил, что повреждения, повлекшие смерть потерпевшего, образовались от однократного ударного воздействия твердого тупого предмета в левой височной области головы; после получения ударного воздействия в левую височную область головы у потерпевшего не исключена способность к активным целенаправленным действиям на протяжении длительного промежутка времени, который исчисляется часами; кровоподтеки и ссадины у потерпевшего, пока он лежал в больнице 17 дней, могли пройти, могли не пройти, это зависит от индивидуальных особенностей организма.
Утверждение осужденного о том, что телесное повреждение, повлекшее смерть потерпевшего, было причинено не им, было тщательно проверено судом и обоснованно отвергнуто, как несостоятельное. У судебной коллегии отсутствуют основания не согласиться с соответствующими выводами суда, надлежаще мотивированными в приговоре.
Так, суд отметил, что доводы Галкина о том, что Д.. ударил цыган в магазине ничем не подтверждены. Свидетель П. показал, что цыган ударил Ж. или Д.., точно не помнит. В то же время факт нанесения удара потерпевшему цыганом опровергается показаниями свидетеля Д.1., который показал, что в магазин, где был конфликт с цыганами, ездил с П., Галкиным, Н. и Ж. он, а не потерпевший; свидетель Н. также показал, что потерпевший в магазин не ездил, с ними ездил Д.1.
Ссылка Галкина на то, что Д. наносил удары Ж., также ничем не подтверждается. Что касается удара, нанесенного потерпевшему Н., то, согласно показаниям свидетелей П. и Н., этот удар был направлен в область подбородка потерпевшего, то есть не в ту область головы, где выявлена повлекшая смерть травма. Суд также дал оценку показаниям осужденного, утверждавшего, что данный удар был нанесен Н. в левую область головы потерпевшего, отметив, что, с учетом пояснений эксперта А., в результате описанного Галкиным удара не могло быть причинено выявленное у потерпевшего телесное повреждение, повлекшее смерть, поскольку Галкин указывал не на ту область головы потерпевшего, где оно образовалось.
Доводы стороны защиты о том, что именно после удара Н. потерпевший упал и больше не поднялся, не свидетельствуют о невиновности осужденного, поскольку согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы и показаниям эксперта А., после получения телесного повреждения, повлекшего смерть, не исключено сохранение потерпевшим способности к активным целенаправленным действиям в течение длительного промежутка времени, который исчисляется часами.
При этом судебная коллегия принимает во внимание, что, исходя из установленных судом обстоятельств, на момент нанесения этого удара Н., потерпевший находился в сильной степени алкогольного опьянения и был избит.
Проанализировав ситуации, на которые ссылался осужденный, утверждая, что потерпевший мог получить повлекшее смерть телесное повреждение в результате действий иных лиц, суд пришел к мотивированному выводу о том, что закрытую черепно-мозговую травму, повлекшую смерть Д., последнему мог причинить только Галкин. Не согласиться с данными выводами суда оснований не имеется, поскольку они основаны на тщательной оценке представленных суду и исследованных доказательств.
Действия осужденного судом правильно квалифицированы по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.
Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Воскресенского А.Б., суд надлежаще проанализировал показания осужденного Галкина, сопоставив их с совокупностью других исследованных по делу доказательств, в результате чего обоснованно оценил их критически.
То обстоятельство, что у потерпевшего не установлено такое количество телесных повреждений, которое описывали свидетели, на что ссылается сторона защиты, по мнению судебной коллегии, не может опровергать выводов суда, положенных в основу обвинительного приговора.
Обсудив данные доводы, суд первой инстанции обоснованно указал, что некоторые телесные повреждения у потерпевшего могли пройти за то время, пока он лежал в больнице (17 дней), что не опровергается показаниями эксперта А.. Кроме того, согласно выводам заключения судебно- медицинской экспертизы, приведенным выше, обнаруженные у Д. телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью, образовались от ударных воздействий, точное количество которых не установлено, однако экспертом указано на их многократность и минимально возможное количество - пять. Судебная коллегия отмечает также, что не каждый нанесенный человеку удар приводит к образованию у него телесного повреждения.
Исследованные в судебном заседании доказательства, устанавливающие в совокупности факты, изобличающие Галкина в совершении вменяемого ему преступления, позволили суду правильно определить фактические обстоятельства совершенного преступления, сделать обоснованный вывод о доказанности вины осужденного и наличии причинно-следственной связи между его действиями и наступившими последствиями.
Судебная коллегия находит необоснованным довод апелляционной жалобы осужденного о недопустимости заключения экспертизы N<данные изъяты> от (дата) года, в связи с нарушением ч.1 ст.105 УПК РФ в ходе предварительного следствия. Данное нарушение может повлечь признание недопустимым только допроса эксперта, проведенного до представления им заключения, поскольку, исходя из положений указанной нормы права, фактическим основанием допроса эксперта является непосредственно данное им ранее экспертное заключение.
Не является нарушением, влекущим изменение или отмену приговора то, что в приговоре не дана оценка сведениям, содержащимся в исследовательской части экспертного заключения N<данные изъяты>, на что ссылается Галкин в апелляционной жалобе. Суд дал надлежащую оценку данному экспертному заключению в целом, указав на то, что оно получено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, научно обосновано, мотивировано, не содержит неясностей и противоречий, проведено компетентным экспертом, его выводы согласуются с другими доказательствами по делу. Оснований для назначения иных дополнительных либо повторных судебно-медицинских экспертиз у суда первой инстанции не имелось.
Отсутствие в материалах уголовного дела каких-либо письменных ходатайств Галкина, направленных им в суд первой инстанции по почте, даже в случае обоснованности соответствующих доводов апелляционной жалобы Галкина, не свидетельствует о нарушении его права на защиту, поскольку осужденный не был лишен возможности заявлять ходатайства в ходе судебного разбирательства.
При этом все заявленные стороной защиты в ходе судебного разбирательства ходатайства, в том числе, и ходатайство о допросе нейрохирурга, который поставил потерпевшему диагноз "перелом свода, основания черепа", были в установленном законом порядке рассмотрены судом с принятием мотивированных решений, отраженных в протоколе судебного заседания (т.<данные изъяты> л.д.<данные изъяты>, т. <данные изъяты> л.д.<данные изъяты>).
Вопреки позиции стороны защиты, выраженной в апелляционных жалобах, по мнению судебной коллегии, у суда первой инстанции действительно отсутствовали основания для вызова в судебное заседание и допроса нейрохирурга, который поставил потерпевшему диагноз "перелом свода основания черепа", поскольку, как пояснил эксперт А. в судебном заседании, по результатам клинических исследований и медицинских манипуляций Д. выставлен заключительный диагноз "тяжелая ЧМТ, ушиб головного мозга", перелом черепа в окончательном диагнозе не указан, врачи его не поставили, он сам (А.) перелом черепа в ходе экспертизы также не диагностировал; нейрохирург, который делал Д. операцию, на наличие перелома черепа не указывал, значит, перелома черепа не было; диагноз, выставленный при поступлении человека в больницу и заключительный диагноз не всегда совпадают, в результате диагностики что-то подтверждается, а что-то опровергается.
Доводы адвоката Громовой о нарушении ст.181 УПК РФ, что влечет недопустимость протоколов следственных экспериментов, положенных в основу обвинительного приговора, судебная коллегия не находит состоятельными.
Как усматривается из материалов уголовного дела, в ходе предварительного следствия были проведены два следственных эксперимента:
- (дата) года с участием свидетеля П. (т.<данные изъяты> л.д.<данные изъяты>);
- (дата) года с участием свидетеля Н. (т.<данные изъяты> л.д.<данные изъяты>).
Данные следственные действия проводились с целью уточнения показаний указанных свидетелей имеющих значение для уголовного дела. В ходе этих следственных действий свидетели П. и Н. при помощи манекена продемонстрировали, каким образом осужденный наносил удары потерпевшему; проведение следственных действий в помещении Гагаринского МСО на достоверность следственных экспериментов не влияет.
Тот факт, что осужденный и его защитник были ознакомлены с постановлением о назначении ситуационной судебной экспертизы уже после получения экспертного заключения не свидетельствует о существенном нарушении закона при производстве экспертизы и прав Галкина, поскольку права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, последний и его защитник могли реализовать как при ознакомлении с заключением экспертизы, так и на последующих стадиях уголовного судопроизводства. Ходатайство осужденного о назначении повторной экспертизы, в связи с несогласием с заключением эксперта, было надлежаще рассмотрено следователем.
Доводы адвоката Воскресенского о нарушении прав осужденного несвоевременным извещением о дате и времени судебных заседаний, состоявшихся (дата) года и (дата) года, что лишило Галкина возможности в полной мере к ним подготовиться и согласовать позицию с защитником, состоятельными не являются.
Как усматривается из материалов дела, судебное заседание (дата) года по данному делу судом не назначалось и не проводилось. (дата) года состоялось судебное заседание, которое было назначено по результатам предварительного слушания, имевшего место (дата) года; соответствующее постановление суда было вручено осужденному (дата) года (т.<данные изъяты> л.д.<данные изъяты>). Предварительное судебное заседание (дата) года было проведено судом по ходатайству Галкина, в ходе данного заседания судом разрешались ходатайства подсудимого. Что касается судебного заседания (дата) года, то оно было проведено после неоднократных отложений судебного разбирательства в связи с предпринятыми мерами по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения; в промежутке между судебными заседаниями осужденный не был лишен возможности согласовать позицию с защитником, и надлежаще подготовиться к каждому последующему заседанию суда. Кроме того, в ходе указанных судебных заседаний Галкин о неготовности к ним не заявлял, о необходимости предоставления времени для согласования позиции с адвокатом не просил, был процессуально активен, заявлял ходатайства, задавал вопросы свидетелям, давал показания.
В такой ситуации констатировать нарушение прав осужденного, по мнению судебной коллегии, не имеется.
При назначении Галкину наказания суд первой инстанции принимал во внимание все критерии, позволяющие его индивидуализировать, в том числе характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие личность виновного (по месту жительства характеризуется положительно).
Обстоятельств, отягчающих наказание, суд не установил. Обстоятельством, смягчающим Галкину наказание, суд признал состояние его здоровья и противоправное поведение потерпевшего.
Оснований для признания каких-либо иных обстоятельств смягчающими осужденному наказание, не имеется. Каких-либо доказательств наличия ребенка, о котором Галкин проявляет заботу, занимается его воспитанием и материальным обеспечением, а также матери - инвалида, страдающей онкологическим заболеванием, в материалах дела не имеется и суду апелляционной инстанции не представлено.
Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного, по делу не имеется. В этой связи оснований для применения правил ст.64 УК РФ у суда первой инстанции не было; отсутствуют, как верно указал суд, и основания для применения ст.73, ч.6 ст.15 УК РФ.
Наказание, назначенное виновному, судебная коллегия находит справедливым, соразмерным содеянному и оснований для его смягчения не усматривает.
Вид исправительного учреждения судом верно определен в соответствии с правилами п. "в" ч.1 ст.58 УК РФ.
Гражданский иск о возмещении имущественного ущерба и компенсации морального вреда потерпевшей разрешен в соответствии с законом, с учетом документально подтвержденных затрат на погребение, а также требований разумности и справедливости.
Доводы апелляционной жалобы адвоката Громовой Н.Н. относительно размера компенсации морального вреда, взысканного в пользу потерпевшей, который защитник находит завышенным, судебная коллегия находит несостоятельными.
Потерпевший Д. приходился братом Б.
Суд определил размер компенсации морального вреда, причиненного потерпевшей Б.., в сумме <данные изъяты> рублей.
При разрешении гражданского иска суд руководствовался требованиями ст.ст.151, 1099-1101 ГК РФ.
С учетом фактических обстоятельств дела, степени вины осужденного, безусловной тяжести причиненных потерпевшей - гражданскому истцу нравственных страданий, выразившихся в невосполнимости потери близкого человека, психотравмирующей ситуации, носящей длительный характер, а также требований разумности и справедливости, степени близости с погибшим, материального и семейного положения сторон, судебная коллегия не находит оснований полагать, что определенная судом сумма компенсации морального вреда является завышенной. Размер данной компенсации судебная коллегия находит разумным и справедливым.
Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену судебного решения, судом первой инстанции не допущено.
Требования, предъявляемые к протоколу судебного заседания, указанные в ст. 259 УПК РФ, соблюдены.
Судом надлежащим образом, в полном соответствии с требованиями ст.260 УПК РФ, рассмотрены все замечания на протоколы судебных заседаний, принесенные осужденным Галкиным. Замечания на протокол судебного заседания от (дата) года, поданные осужденным (дата) года, отклонены постановлением суда от (дата) года; копия данного постановления, как видно из материалов уголовного дела, направлена (дата) года в адрес ФКУ СИЗО-<данные изъяты> УФСИН России по Смоленской области, где в то время содержался осужденный, для вручения Галкину.
Оснований для признания состоятельными доводов жалобы осужденного о незаконности постановлений суда, которыми были отклонены замечания на протокол судебного заседания, не имеется.
При этом судебная коллегия отмечает, что протокол судебного заседания представляет собой процессуальный документ, внесение сведений в который регламентировано законом. Протокол отражает процессуальный ход судебного заседания, должен содержать информацию о порядке его проведения и о смысловом содержании выступлений участников заседания; содержание протокола судебного заседания не является стенографической записью, в нем не требуется дословного изложения всего происходящего в суде и выступлений участников процесса. Вся без исключения информация, прозвучавшая в суде, без каких-либо сокращений и видоизменений является содержанием аудиопротокола.
Оснований для сомнений в достоверности аудиозаписей судебных заседаний, на что ссылается осужденный в апелляционной жалобе, не имеется.
В материалах уголовного дела имеется расписка Галкина о получении копии обвинительного заключения (дата) года, не доверять содержанию данной расписки оснований не имеется. В апелляционной жалобе осужденный утверждает, что получил копию обвинительного заключения (дата) года. Судебная коллегия отмечает, что нарушений правил ч.2 ст.233 УПК РФ согласно которым рассмотрение уголовного дела в судебном заседании не может быть начато ранее 7 суток со дня вручения обвиняемому копии обвинительного заключения, судом не допущено, поскольку предварительное судебное заседаний было назначено и состоялось (дата) года; права осужденного не нарушены.
Как следует из материалов уголовного дела, предварительное расследование и судебное разбирательство проведены в соответствии с требованиями закона, всесторонне и полно с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон.
Данных о том, что дело рассмотрено с обвинительным уклоном, что суд проявлял предвзятость, отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов дела не усматривается.
В приговоре, как это предусмотрено требованиями ст. 307 УПК РФ, содержится описание преступных действий осужденного с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины и мотивов, изложены доказательства его виновности, приведены основания, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом, сформулированы выводы о квалификации действий виновного, а также по другим вопросам, подлежащим разрешению при постановлении обвинительного приговора, которые, по мнению судебной коллегии, являются правильными.
При таких обстоятельствах у судебной коллегии не имеется оснований для отмены приговора суда по доводам апелляционных жалоб с дополнениями.
В то же время приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.
Как усматривается из протокола судебного заседания, показания свидетеля Г.., несмотря на возражения стороны защиты, были оглашены судом по ходатайству государственного обвинителя по причине невозможности явки свидетеля в судебное заседание в связи с её нахождением в отпуске по беременности и родам.
Между тем в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 281 УПК РФ оглашение показаний свидетеля допускается в случае тяжелой болезни, препятствующей явке в суд, а нахождение свидетеля Г.. в отпуске по беременности и родам к такому случаю не относится.
В такой ситуации надлежит исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетеля Г., данные в ходе предварительного расследования.
Исключение этих показаний не влияет на выводы суда о виновности Галкина в совершении установленного судом преступления, поскольку в приговоре содержится совокупность других доказательств (в том числе приведенные выше), в полной мере подтверждающих эти выводы.
С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от (дата) года в отношении Галкина К.В. изменить.
Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетеля Г.., данные в ходе предварительного следствия, оглашенные в ходе судебного разбирательства.
В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы с дополнениями - без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном гл.47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции.
Председательствующий: /подпись/ В.А. Безыкорнова
Судьи: /подпись/ Н.В. Мазылевская
/подпись/ А.Е.Перов
Копия верна.
Судья Смоленского областного суда Н.В. Мазылевская
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
