Дата принятия: 27 августа 2020г.
Номер документа: 22-1649/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ЯРОСЛАВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 августа 2020 года Дело N 22-1649/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Ярославского областного суда в составе: председательствующего судьи Беляевой Л.Н.,
судей Иларионова Е.В. и Ратехина М.А.,
при секретаре Кадыковой А.В.,
с участием прокурора Семеновой С.А.,
осужденного Никифорова Д.Г.,
защитника - адвоката Козина М.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Никифорова Д.Г. и адвоката Козина М.В. на приговор Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 30 июня 2020 года, которым
Никифоров Дмитрий Геннадьевич, <данные изъяты>, судимый:
- 6 мая 2016 года мировым судьей судебного участка N 3 Кинешемского судебного района Ивановской области по п. "в" ч.2 ст.115, ч.1 ст.119 УК РФ с учетом ч.2 ст.69 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; освобожден 3 ноября 2017 года по отбытии срока наказания;
осужден по п. "з" ч.2 ст.111 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Мера пресечения Никифорову Д.Г. в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
Срок отбывания наказания Никифорову Д.Г. исчислен со дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с п. "б" ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок отбывания наказания зачтено время содержания под стражей с 5 по 6 июля 2019 года и с 18 октября 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
Постановлено взыскать с Никифорова Д.Г. в пользу Российской Федерации в лице <данные изъяты> расходы на обязательное медицинское страхование, затраченные на лечение потерпевшего ФИО1, в размере 36 785 рублей 66 копеек.
Определена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи областного суда Ратехина М.А., выступления осужденного Никифорова Д.Г. и защитника Козина М.В. в поддержание доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора Семеновой С.А. об оставлении апелляционных жалоб без удовлетворения,
УСТАНОВИЛА:
Никифоров Д.Г. осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Преступление совершено со 2 на 3 июля 2019 года в г. Ярославле при обстоятельствах, указанных в приговоре.
Осужденный Никифоров Д.Г. свою вину в совершении преступления не признал.
В апелляционной (основной и дополнительных) жалобе осужденный Никифоров Д.Г. не соглашается с приговором, указывает, что стороной обвинения не представлено доказательств его причастности к совершению преступления, ссылается на наличие видеозаписей и телефонных соединений, указывающих на его алиби, на необоснованные отказы в удовлетворении ходатайств, направленных на доказывание его невиновности, в том числе в проведении психиатрической экспертизы в отношении потерпевшего на предмет возможности последнего давать правдивые показания по уголовному делу, биологической экспертизы наличия следов крови на его одежде, так как при указанных в приговоре обстоятельствах, в случае его причастности к преступлению, соответствующие следы должны были обязательно остаться на ней, обращает внимание на отсутствие предмета преступления и мотива к его совершению, так как ранее у него конфликтов с потерпевшим не было. Полагает, что потерпевший ФИО1 его оговаривает, так как осуществлял перевозку на автомобиле, не имея водительского удостоверения, подвергая тем самым его жизнь опасности, свидетель ФИО2 оговаривает его ввиду имевшего место между ними конфликта, кроме того, утверждает, что в суде не проверена и не опровергнута причастность последнего к совершению данного преступления, который скрытным образом вынес с места преступления "окровавленные улики" и стал заметно нервничать при ответе на вопрос о том, что тот выносил. Указывает на внутренние и друг другу противоречия в показаниях потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2, на наводящие вопросы следователя потерпевшему. Полагает необходимым не доверять показаниям ФИО2 и в части его агрессивного поведения, так как в указанном случае свидетель не стал бы с ним работать и жить. Считает, что суд не привел в приговоре мотивов, почему принял за основу одни доказательства и отверг другие, в том числе показания свидетелей ФИО 3 и 4, на которые ссылается как на доказательства, свидетельствующие о его невиновности. Обращает внимание на первоначальные показания потерпевшего ФИО1 о том, что рана ему была причинена неизвестными на улице, и на последующие, в ходе которых, по его мнению, последний не указывал конкретно на него как на лицо, совершившее преступление, а лишь высказывал предположение, считая их недопустимыми, так как за несколько дней перед допросом и проведением очной ставки следователь оказывал давление на потерпевшего, ограничивая свободу его передвижения и действий. Считает, что обнаружение на внутренней поверхности балконной двери, где был обнаружен чехол со следами крови ФИО1, "кровавых" отпечатков пальцев потерпевшего вызывает сомнения в правдивости показаний последнего. Критикует показания свидетеля ФИО5 об отсутствии следов крови в подъезде как противоречащие показаниям свидетеля ФИО2 об обратном. Обращает внимание, что в материалах дела отсутствует протокол его допроса от 3 июля 2019 года после задержания. Считает последующее проживание потерпевшего с ним в одной квартире доказательством своей непричастности к совершению инкриминируемых ему действий. Не доверяет показаниям свидетеля под псевдонимом "ФИО6", так как никому указанных сведений сообщать не мог и показания последнего не соответствуют фактическим обстоятельствам. Акцентирует, что участвовал в воспитании и материальном содержании двоих детей своей сожительницы, оказывал помощь матери, также имеющей двоих несовершеннолетних детей, работал, приносил пользу обществу.
В апелляционной жалобе адвокат Козин М.В. указывает, что осужденный не мог совершить преступление в связи с нахождением в ином месте, считает показания потерпевшего противоречивыми и нестабильными, данными под давлением следствия.
Изучив уголовное дело, проверив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия отмечает, что выводы суда о виновности осужденного Никифорова Д.Г. в совершенном деянии являются правильными, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств.
Вина Никифорова Д.Г. подтверждается показаниями потерпевшего и свидетелей ФИО2,5,6, протоколами осмотра места происшествия, заключениями судебных экспертиз, иными исследованными в ходе судебного заседания письменными материалами уголовного дела.
Так, потерпевший ФИО1 как на стадии предварительного расследования, так и в суде стабильно показывал, что именно осужденный со 2 на 3 июля 2019 года по месту жительства по АДРЕСУ 1 сначала нанес ему два удара кулаком по лицу, а потом один удар ножом область живота, причинив тем самым в соответствии с выводами судебно-медицинской экспертизы (т.1, л.д. 212-217) <данные изъяты> рана <данные изъяты> могла возникнуть незадолго до поступления ФИО1 в больницу от однократного воздействия травмирующего предмета, относится к вреду, опасному для жизни человека, и по этому признаку причиненный вред здоровью относится к тяжкому. Свои первоначальные показания о нанесении ему удара ножом двумя неизвестными на улице потерпевший объяснил просьбой свидетеля ФИО3.
В ходе осмотра квартиры по АДРЕСУ 1 (т.1, л.д. 5-22) обнаружена одежда ФИО1 без признаков следов вещества бурого цвета и повреждений, а на кухне установлены многочисленные следы крови потерпевшего (т.1, л.д. 123-176).
Проводивший осмотр места происшествия свидетель ФИО5 показал, что на обнаруженной в квартире одежде ФИО1 следы крови и повреждения отсутствовали, следы вещества бурого цвета имелись в ванной, кухне, а также на автомобильном чехле, который был на балконе, при этом, следов крови на лестничной площадке и в подъезде не было.
Находившийся в квартире свидетель ФИО2 показал, что ночью осужденный Никифоров Д.Г. ударил его кулаком по лицу, от чего у него согласно судебно-медицинской экспертизы (т.1, л.д. 222-224) возник <данные изъяты>, а утром потерпевший ФИО1 на вопрос свидетеля ФИО3 о причинившем ему ножевое ранение лице указал на осужденного Никифорова Д.Г., последний также находился в комнате и не отрицал своей причастности, после чего ФИО3 попросил потерпевшего сообщить органам следствия об иных обстоятельствах получения ранения.
Со слов допрошенного под псевдонимом свидетеля "ФИО6" осужденный Никифоров Д.Г. лично рассказал ему о своей причастности к нанесению удара ножом в живот ФИО1.
Тщательный анализ и основанная на законе оценка доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а также совокупности - с точки зрения достаточности для разрешения дела, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства и обоснованно прийти к выводу о доказанности вины осужденного Никифорова Д.Г. в совершении указанных в приговоре действий, оснований для иной оценки исследованных доказательств судебная коллегия не усматривает, их содержание в приговоре приведено, оценка в целом дана правильная. Выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны на исследованных материалах дела, которым суд дал надлежащую оценку в приговоре в соответствии со ст.ст. 17, 87 и 88 УПК РФ.
Вопреки позиции стороны защиты суд отразил в приговоре, на каком основании принял одни доказательства и отверг другие, приведя мотивы принятого решения, в том числе относительно показаний свидетелей ФИО 3 и 4, с которыми судебная коллегия соглашается и не находит оснований для их иной оценки.
Исследованные в судебном заседании и указанные в приговоре протоколы следственных действий судом обоснованно признаны допустимыми и достоверными доказательствами, нарушений требований УПК РФ при их производстве и протоколировании не установлено.
Оснований к оговору осужденного Никифорова Д.Г. кем-либо из допрошенных по делу лиц не установлено, показания лиц, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, логичны, непротиворечивы, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются с другими доказательствами по уголовному делу.
Доводы осужденного Никифорова Д.Г. о недостоверности показаний потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2 и наличии у них оснований к его оговору судом первой инстанции были всесторонне проверены, показания указанных лиц не содержат в себе противоречий, которые бы ставили под сомнение их достоверность в целом, и которые касались бы обстоятельств, влияющих на доказанность вины Никифорова Д.Г. и юридическую квалификацию содеянного, постановки наводящих вопросов не установлено, мнение осужденного об обратном не основано на материалах дела и не подтверждено какими-либо сведениями.
Позиция осужденного об его оговоре потерпевшим ФИО1 ввиду осуществления перевозки осужденного на автомобиле, не имея водительского удостоверения, подвергая тем самым жизнь последнего опасности, не подвергается логическому объяснению, последующее совместное проживание потерпевшего и Никифорова Д.Г. при одновременной изобличающей осужденного позиции ФИО1, вопреки доводам защиты, указывает на отсутствие оснований к оговору осужденного, а не свидетельствует о его невиновности. Показания же свидетеля ФИО2 последовательно согласуются с совокупностью иных исследованных судом доказательств, что исключает их недостоверность.
Заключения судебных экспертиз выполнены незаинтересованными лицами, обладающими специальными познаниями и значительным стажем экспертной деятельности, отвечают требованиям ст.204 УПК РФ. Сделанные выводы мотивированы, основаны на положениях, дающих возможность проверить их обоснованность и достоверность на базе общепринятых научных и практических данных, и не противоречат иным собранным доказательствам, а потому обоснованно признаны судом допустимыми и достоверными.
Несмотря на доводы осужденного, в соответствии с п.4 ст.196 УПК РФ назначение и производство судебной экспертизы обязательно, если необходимо установить, в том числе, психическое или физическое состояние потерпевшего, когда возникает сомнение в его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания. Показания ФИО1 получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются с другими доказательствами по уголовному делу, они последовательны и детализированы, сведений, позволяющих сомневаться в его способности правильно воспринимать обстоятельства, стороной защиты не представлено, в связи с чем основания для проведения психиатрической экспертизы в отношении потерпевшего отсутствовали.Ссылка осужденного Никифорова Д.Г. на отсутствие на предметах его одежды следов крови потерпевшего юридически необоснованна ввиду того, что указанная одежда не изымалась и биологическая экспертиза в отношении нее не проводилась, что не свидетельствует о невиновности осужденного, так как вина последнего подтверждается достаточной совокупностью представленных стороной обвинения и исследованных судом первой инстанции доказательств.
Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено, судебное следствие состоялось с соблюдением требований закона о состязательности и равноправии сторон, ходатайства сторон рассматривались в соответствии с требованиями закона, решения, несмотря на доводы осужденного, принимались исходя из принципа относимости.
Сотовые телефонные соединения и записи с камер видеонаблюдения, на которые в апелляционной жалобе указывает осужденный, ни в ходе предварительного расследования, ни в суде не представлялись и не исследовались, стороной защиты не конкретизировалось, каким образом указанные сведения относимы к предмету доказывания, в связи с чем ссылки на них несостоятельны.
Доводы осужденного о недопустимых методах расследования в виде ограничения свободы потерпевшего ФИО1 и оказания на него давления перед проведением допроса и очной ставки, что должно повлечь признание их недопустимыми доказательствами, не нашли своего объективного подтверждения и отвергаются как необоснованные. Потерпевший ФИО1 отрицал какое-либо неправомерное воздействие на него со стороны следствия, не подтвердил и ограничение своей свободы, указав, что непосредственно перед допросами об изобличающих Никифорова Д.Г. обстоятельствах не проживал совместно с последним по просьбе правоохранительных органов в целях исключения незаконного на него воздействия именно со стороны осужденного, что являлось его добровольным волеизъявлением и не влечет недопустимость полученных доказательств, учитывая, что при наличии к тому достаточных возможностей никакие замечания и или заявления в ходе следственных действий о нарушении своих прав потерпевший не делал.
Указание Никифоровым Д.Г. на осуществление 3 июля 2019 года своего допроса в качестве подозреваемого не соответствует материалам уголовного дела, кроме того, оно не конкретизировано относимостью к установлению вины осужденного.
Как правильно установил суд первой инстанции, Никифоров Д.Г. на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений умышленно с целью причинения тяжкого вреда здоровью нанес ФИО1 два удара кулаком по лицу, а также один удар используемым в качестве оружия ножом в живот, причинив ФИО1 указанными умышленными действиями опасную для жизни и по указанному признаку относящуюся к тяжкому вреду здоровью рану <данные изъяты>.
Суд обоснованно установил, что мотивом действий Никифорова Д.Г. явились внезапно возникшие личные неприязненные отношения. Потерпевший ФИО1 показал о неожиданном для него агрессивном состоянии осужденного перед нанесением ему ударов, свидетель ФИО2 также сообщил о примененном к нему перед причинением телесных повреждений потерпевшему насилии со стороны Никифорова Д.Г., что подтверждается результатами судебно-медицинских экспертиз. Сообщенные указанными лицами сведения, несмотря на доводы осужденного, логично соотносятся с приемлемостью соответствующего поведения для Никифорова Д.Г., исходя из обстоятельств его предыдущего осуждения, а позиция последнего о невозможности в таком случае их проживания совместно с ним является предположением, отсутствие между ними ранее конфликтов об обратном не свидетельствует.
Возникновение повреждений, повлекших, в том числе, тяжкий вред здоровью ФИО1, исключительно на месте происшествия подтверждается не только показаниями последнего, но и результатами осмотра квартиры об обнаружении именно там следов крови потерпевшего и отсутствии их, как и каких-либо повреждений на предметах его одежды, что исключает их причинение в ином месте. Первоначальное сообщение ФИО1 об иных обстоятельствах получения ранения последний логично объяснил просьбой свидетеля ФИО3 в целях помочь Никифорову Д.Г., с которым тот ранее совместно отбывал наказание, избежать строгой уголовной ответственности. Несмотря на доводы осужденного, показания свидетеля ФИО5 об отсутствии следов крови на лестничной площадке и в подъезде не опровергаются свидетелем ФИО2, который о наличии таких следов не показывал, более того, в случае их обнаружения, как имеющих значение для уголовного дела, следователь отразил бы это в протоколе осмотра места происшествия, сведения о чем в котором отсутствуют.
О причинении всего комплекса повреждений потерпевшему именно Никифоровым Д.Г. свидетельствуют показания ФИО1, который, несмотря на доводы осужденного, конкретно и идентифицировано указал на последнего как на нанесшего ему два удара кулаком по лицу и один удар ножом в живот, свидетелей ФИО 2 и 6, выводы судебно-медицинской экспертизы о давности возникновения повреждений, результаты осмотра места происшествия, которые в своей последовательной совокупности исключают возможность их причинения иным лицом. Показания допрошенного под псевдонимом "ФИО6" свидетеля соответствуют иным исследованным доказательствам, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовали основания им не доверять, принимая во внимание, проверку судом личности последнего.
Ссылка Никифорова Д.Г. на наличие "кровавых" отпечатков пальцев самого потерпевшего на внутренней поверхности балконной двери, на котором обнаружен чехол со следами крови последнего, как на доказательство своей непричастности несостоятельна, ввиду того, что на внутренней поверхности указанной двери, как следует из протокола осмотра места происшествия и дактилоскопической экспертизы, обнаружены отпечатки пальцев рук ФИО1, который длительное время до преступления проживал в указанной квартире, а не "кровавые" следы, как утверждает в жалобе осужденный.
Версия Никифорова Д.Г. о причастности к совершению преступления свидетеля ФИО2 была надлежащим образом проверена судом первой инстанции и не нашла своего объективного подтверждения. Позиция осужденного в данной части является избранным способом защиты в целях избежать строгой уголовной ответственности и опровергается исследованной в суде совокупностью доказательств. Доводы Никифорова Д.Г. о сокрытии с места преступления свидетелем ФИО2 "окровавленных улик" не подтверждаются протоколом судебного заседания, замечания на который не приносились, никто из допрошенных лиц на это не указывал, свидетель показал о выносе мусора, что не опровергнуто.
Никифоров Д.Г. целенаправленно со значительной силой нанес ФИО1, в том числе, удар ножом, то есть предметом, имеющим значительные травмирующие характеристики, в живот, то есть в область расположения жизненно важных органов человека, повреждение которых опасно для жизни человека, то есть осознавал общественную опасность данных действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, и желал их наступления.
О силе нанесенного Никифоровым Д.Г. удара ножом свидетельствует проникающий характер раны с повреждением внутренних органов.
Степень тяжести причиненного вреда здоровью потерпевшего, его опасность для жизни человека объективно установлены на основании заключения судебно-медицинской экспертизы, выводы которой сторонами не оспаривались.
Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что <данные изъяты> ФИО1 возникла от однократного воздействия травмирующего предмета, при этом, в описательно-мотивировочной части заключения на основании медицинской документации она описана <данные изъяты>, о причинении Никифоровым Д.Г. соответствующей раны предметом типа ножа показал потерпевший ФИО1, в связи с чем установление судом первой инстанции в действиях осужденного квалифицирующего признака умышленного причинения тяжкого вреда здоровью человека с применением предмета, используемого в качестве оружия, является обоснованным.
Необнаружение предмета преступления, которым причинено ранение, о невиновности Никифорова Д.Г. не свидетельствует, так как последний покидал место происшествия.
Действия Никифорова Д.Г. являются оконченными, так как в результате его волевых актов наступили последствия, являющиеся элементами состава преступления, а именно причинен тяжкий вред здоровью человека.
Действия Никифорова Д.Г. правильно квалифицированы судом первой инстанции по п. "з" ч.2 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.
При назначении наказания Никифорову Д.Г. судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, его тяжесть, личность осужденного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.
Мотивы признания судом в качестве смягчающего наказание Никифорова Д.Г. обстоятельства наличия на иждивении двоих несовершеннолетних детей сожительницы, основаны на исследованных материалах дела, соглашается с ними и судебная коллегия.
Обоснованно установлено отсутствие отягчающих наказание Никифорова Д.Г. обстоятельств, мотивы не признания судом в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершения преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в приговоре приведены, судебная коллегия с ними соглашается.
Судом принято во внимание наличие места жительства и источника дохода у осужденного, удовлетворительные характеристики Никифорова Д.Г., позиция потерпевшего об отсутствии необходимости строго наказывать осужденного.
Таким образом, судом при вынесении приговора учтены необходимые обстоятельства, характеризующие личность Никифорова Д.Г. и влияющие на вопросы назначения наказания, в том числе указанные в апелляционной жалобе осужденного.
Решение суда о невозможности исправления осужденного без изоляции его от общества является верным, Никифоров Д.Г. ранее судим, совершил умышленное преступление, отнесенное законодателем к категории тяжких, в связи с чем, учитывая тяжесть совершенного преступления, личность виновного и изложенные в приговоре обстоятельства, суд пришел к правильному выводу о пренебрежительном отношении Никифорова Д.Г. к принятым в обществе правилам поведения, о возможности достижения формирования уважительного отношения к человеку, обществу, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирования правопослушного поведения как у самого осужденного, так и иных лиц, а также в целях восстановления социальной справедливости исключительно при назначении Никифорову Д.Г. безальтернативно предусмотренного санкцией статьи наказания в виде лишения свободы, изолирующего его от общества на определенный уголовным законом срок, не усматривая оснований для условного осуждения и применения положений ст.64 УК РФ, с чем судебная коллегия соглашается.
Выводы суда об отсутствии оснований для применения при назначении Никифорову Д.Г. наказания положений ч.6 ст.15 УК РФ и назначении дополнительного наказания являются правильными.
Наказание Никифорову Д.Г. назначено в пределах, установленных законом, вид исправительного учреждения в соответствии с п. "б" ч.1 ст.58 УК РФ определен правильно.
Назначенное Никифорову Д.Г. наказание соответствует требованиям ст.ст.6 и 60 УК РФ, чрезмерно суровым не является, иные обстоятельства, которые бы имели значение и свидетельствовали о явной несоразмерности назначенного наказания содеянному и личности виновного и не были судом учтены, в апелляционных жалобах не приведены.
Решение в части исковых требований принято на основании закона и судебная коллегия с ним соглашается, в месте с тем, зачет времени содержания Никифорова Д.Г. под стражей в срок отбывания наказания подлежит уточнению ввиду наличия в материалах уголовного дела сведений о задержании осужденного в период с 5 по 9 июля 2019 года, а не с 5 по 6 июля 2019 года, как указано в приговоре, что не нарушает право на защиту и не ухудшает положение Никифорова Д.Г.
Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 30 июня 2020 года в отношении Никифорова Дмитрия Геннадьевича изменить: в соответствии с п. "б" ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок отбывания наказания зачесть время содержания Никифорова Д.Г. под стражей с 5 по 9 июля 2019 года включительно и с 18 октября 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции.
Председательствующий:
судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
