Дата принятия: 11 июня 2020г.
Номер документа: 22-1359/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ САРАТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 11 июня 2020 года Дело N 22-1359/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Саратовского областного суда в составе:
председательствующего Дьяченко О.В.,
судей Бондарчука К.М., Поповой А.В.,
при секретаре Шамиловой М.Н.,
с участием прокурора Зорина С.С.,
оправданного С.,
его защитника-адвоката Бабичева Г.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению с дополнением к нему государственного обвинителя Лаушкина С.А. на приговор Петровского городского суда Саратовской области с участием присяжных заседателей от 05 февраля 2020 года, которым
С., <данные изъяты>, гражданин РФ, несудимый,
оправдан на основании вердикта коллегии присяжных заседателей по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления, с признанием за ним права на реабилитацию.
Заслушав доклад судьи Бондарчука К.М., выступления оправданного С., защитника Бабичева Г.А., полагавших оправдательный приговор оставить без изменения, а апелляционное представление с дополнением к нему - без удовлетворения, мнение прокурора Зорина С.С., полагавшего приговор отменить по доводам представления, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Органами предварительного следствия С. обвинялся в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть Д., совершенном с применением предметов, используемых в качестве оружия, в ночь с 04 на 05 марта 2019 года в г. Петровске Саратовской области.
На основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей от 30 января 2020 года суд вынес в отношении С. оправдательный приговор за непричастностью его к совершению преступления.
В апелляционном представлении и дополнении к нему государственный обвинитель Лаушкин С.А. просит приговор в отношении С. отменить и уголовное дело направить на новое рассмотрение в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, которые повлияли на содержание данных присяжными заседателями ответов. В обоснование доводов указывает, что в ходе судебного следствия и во время прений сторон подсудимый и его защитник систематически выходили за пределы вопросов, подлежащих разрешению с участием присяжных заседателей, создавая у них негативную предубежденность к доказательствам, представленным стороной обвинения. Отмечает, что при допросе свидетелей обвинения - сотрудников полиции Ф. и Н. С. в присутствии коллегии присяжных заседателей делал заявления, ставящие под сомнение допустимость доказательств стороны обвинения, а также о применении недозволенных методов расследования при ведении его допросов, а именно о том, что он не давал признательных показаний в ходе предварительного следствия, не читал содержание данных показаний по причине отсутствия очков, а также о принуждении его к подписанию признательных показаний. Также С. после оглашения признательных показаний, данных им в ходе предварительного расследования при допросе в качестве обвиняемого, высказывал фразы о том, что он никогда не давал признательных показаний, а также сведения, порочащие основных свидетелей обвинения Х., Р. Свидетели М. и Ц., выступавшие в защиту подсудимого, допускали выражения внушающие предубеждение в невиновности С. и ставящие под сомнение доказательства стороны обвинения. Защитник подсудимого, начиная со вступительного заявления, указывал на то, что показания свидетелей Ф. и Н. являются недопустимыми доказательствами. Выступая в прениях сторон, защитник подсудимого акцентировал внимание присяжных заседателей на том, что подсудимый не давал признательных показаний в ходе предварительного следствия, высказывал мнение об оговоре С. со стороны свидетелей Р. и Х., а также о личной заинтересованности в исходе дела допрошенных сотрудников полиции Ф. и Н. При этом в нарушение ч. 2 ст. 336 УПК РФ председательствующий не останавливал подсудимого и его защитника и не разъяснял присяжным заседателям, что указанные обстоятельства не должны быть приняты ими во внимание при вынесении вердикта.
Ссылаясь на нарушения ст. 328 УПК РФ при формировании коллегии присяжных заседателей, указывает, что самоотводы кандидатов в присяжные заседатели были разрешены только после вопросов заданных кандидатам государственным обвинителем. Протокол судебного заседания не содержит сведений о том, какие кандидаты в присяжные заседатели были исключены по результатам рассмотрения не мотивированных отводов стороны защиты и обвинения.
Считает, что была нарушена процедура вынесения вердикта, предусмотренная ст.ст. 343, 344 УПК РФ. Указывает, что коллегия присяжных заседателей вышла из совещательной комнаты при отсутствии единодушного ответа на вопрос N 2, при этом председательствующий, вернув коллегию в совещательную комнату для дачи ответов на 3 и 4 вопросы, не разъяснил предусмотренный законом порядок принятия решений по поставленным вопросам.
Полагает, что коллегия присяжных заседателей не могла вынести объективный вердикт в силу тенеденциозности, поскольку 5 кандидатов в присяжные заседатели, которые вошли в состав коллегии, при отборе дали утвердительные ответы на вопросы о недоверии к правоохранительным органам.
Также считает, что была нарушена тайна совещания присяжных заседателей, поскольку в день вынесения оправдательного вердикта присяжные заседатели вошли в совещательную комнату с личными вещами, включая средства мобильной связи, что не исключает возможность использования присяжными заседателями средств мобильной связи, иных материалов и информации при обсуждении поставленных перед ними вопросов.
Ссылаясь на нарушения ст. 259 УПК РФ, указывает, что аудиозаписи судебных заседаний не содержат сведений, из которых можно установить дату и время проведения судебного заседания, в содержании самих аудиозаписей судом также не во всех случаях объявляется о дате времени судебного заседания, аудиофайлы имеют некорректную дату создания в 2011 г.
Отмечает, что резолютивная часть приговора в нарушение п. 2 ч. 1 ст. 306 УПК РФ, не содержит указания на основания оправдания С., предусмотренные ст. 27 УПК РФ.
Считает, что коллегия присяжных заседателей сформирована с существенными нарушениями закона. Ссылаясь на положений ч.ч. 4-6 ст. 328 УПК РФ, указывает, что председательствующий самостоятельно принял решение об удалении кандидата в присяжные заседатели N 15 Ж. из зала судебного заседания, хотя последний об освобождении его от участия в судебном заседании не ходатайствовал. Кандидаты в присяжные заседатели N 7 Т., N 9 Ш., N 11 Г, N 12 Б., N 17 П., N 19 В. также самоотводы не заявляли, однако в нарушение требований закона были исключены председательствующим из предварительного списка и удалены из зала судебного заседания.
В возражениях на апелляционное представление адвокат Бабичев Г.А. указывает на несостоятельность приведённых в нём доводов, просит оставить апелляционное представление без удовлетворения, а приговор - без изменения.
Изучив материалы уголовного дела, проверив и обсудив доводы апелляционного представления и возражение на них, судебная коллегия считает необходимым приговор отменить по следующим основаниям.
Согласно ч. 1 ст. 389.25 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего лишь при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов, а также, если при неясном и противоречивом вердикте председательствующий не указал присяжным заседателям на неясность и противоречивость вердикта и не предложил им вернуться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист.
В соответствии с положениями п.2 ч.2 ст.389.17 УПК РФ, основанием отмены приговора является вынесение вердикта незаконным составом коллегии присяжных заседателей.
Из положений ч. 4 ст. 328 УПК РФ следует, что каждый из кандидатов в присяжные заседатели, явившихся в судебное заседание, вправе указать на причины, препятствующие исполнению им обязанностей присяжного заседателя, а также заявить самоотвод.
На основании ч. 5 ст. 328 УПК РФ, по ходатайствам в присяжные заседатели о невозможности участия в судебном разбирательстве заслушивается мнение сторон, после чего судья принимает решение.
На основании ч. 6 ст. 328 УПК РФ кандидаты в присяжные заседатели, ходатайства которых об освобождении от участия в рассмотрении уголовного дела удовлетворены, исключаются из предварительного списка и удаляются из зала судебного заседания.
Между тем, по настоящему уголовному делу перечисленные выше требования уголовно-процессуального закона не соблюдены.
Так, при формировании коллегии присяжных заседателей кандидатам в присяжные заседатели задавались вопросы, направленные на установление обстоятельств, препятствующих им участвовать в рассмотрении дела.
Также им разъяснялась обязанность дать искренние ответы на вопросы для того, чтобы убедиться в их объективности, незаинтересованности и беспристрастности при рассмотрении данного дела.
Кандидат в присяжные заседатели Ж. сообщил о том, что он состоит на неврологическом учете в связи с заболеванием и имеет инвалидность, при этом об освобождении его от участия в судебном заседании не ходатайствовал, самоотвода не заявлял. Вместе с тем судья, не выяснив возможность участия Ж. в качестве присяжного заседателя, не выслушав по этому поводу мнение сторон, в нарушение указанных выше требований закона самостоятельно приняла решение об удалении Ж. из зала судебного заседания (т. 5 л.д. 4).
Кроме того, кандидаты в присяжные заседатели В. заявила, что ее племянница работает в судебной системе; Ш. заявил, что его жена работает в судебной системе; Т. заявила, что брат работает в правоохранительных органах; Б. и Г заявили, что знакомы со свидетелем; П. заявила, что брат работает в полиции; К. заявил, что привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения. При этом каждый из кандидатов самоотводов не заявлял, утверждал, что соответствующие обстоятельства на их объективность и непредвзятость не повлияют (т.5 л.д. 6-7).
Вместе с тем судья, не выяснив возможность участия в качестве присяжных заседателей, каждого из кандидатов, не выяснив насколько приведенные ими сведения, могут повлиять на объективность и предвзятое отношение к стороне обвинения, защиты или к установлению истины по делу, также самостоятельно приняла решение об удалении указанных лиц из зала судебного заседания.
При этом в нарушении требований ст. 259 УПК РФ судом аудиозапись протокола судебного заседания при формировании коллегии присяжных заседателей не велась.
Кроме того, согласно ч. 6 ст. 335 УПК РФ если в ходе судебного разбирательства возникает вопрос о недопустимости доказательств, то он рассматривается в отсутствие присяжных заседателей. Выслушав мнение сторон, судья принимает решение об исключении доказательства, признанного им недопустимым.
На основании ч. 7 ст. 335 УПК РФ в ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями.
Из протокола судебного заседания усматривается, что во время исследования допустимых доказательств, отдельные участники процесса неоднократно делали заявления юридического характера, подвергали сомнению соблюдение уголовно-правовой процедуры их получения, формируя, тем самым, негативное отношение присяжных заседателей к допустимым доказательствам. Причём, не во всех случаях председательствующий судья пресекала подобные нарушения и не всегда разъясняла присяжным заседателям необходимость оставления без внимания подобные высказывания.
Так, подсудимый С. в судебном заседании утверждал, что никогда ни в чем не признавался. Что было написано в его первоначальных признательных показаниях, он не знает, поскольку очков у него не было, он не видел, что там было написано. Он не хотел ничего подписывать, но его заставили подписать (т. 5 л.д. 33), также утверждал, что в отделе полиции он ни в чем не признавался, говорил, что никого не бил (т.5.л.д.36)
Тем самым подсудимый С. в присутствии присяжных заседателей поднимал вопросы о допустимости собранных по делу доказательств.
Председательствующий судья все эти высказывания, вопреки разъяснению, содержащемуся в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 23 от 22 ноября 2005 года, оставил без внимания, не остановил подсудимого и не разъяснил присяжным заседателям, что они не должны учитывать данные обстоятельства при вынесении вердикта; в отношении подсудимого не были применены меры воздействия за нарушение порядка в судебном заседании в соответствии со ст. 258 УПК РФ.
Также свидетель М. в судебном заседании показала, что находясь в отделе полиции, С. рассказал ей, что он ни в чем не виноват и преступления не совершал (т.5 л.д. 46-47).
Таким образом, М. выходила за пределы вопросов подлежащих рассмотрению с участием присяжных заседателей, допускала выражения внушающие предубеждение в невиновности С. и ставящие под сомнение доказательства стороны обвинения.
При этом председательствующим при допросе свидетеля М. не было принято надлежащих мер по недопущению доведения указанных сведений до присяжных заседателей.
На основании ч. 2 ст. 336 УПК РФ прения сторон проводятся лишь в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями.
В прениях сторон, защитник Бабичев Г.А. убеждал присяжных заседателей в том, что подсудимый не давал признательных показаний в ходе предварительного следствия, фактически высказывал мнение об оговоре С. со стороны основных свидетелей обвинения Р. и Х., ставя под сомнение допустимость всех доказательств стороны обвинения.
Так, защитник Бабичев Г.А. в прениях указал, что его подзащитный, признательные показания, которые тот давал на предварительном следствии не подтвердил, пояснив, что такие показания он не давал и преступления не совершал (т. 5 л.д. 64).
При этом в нарушение ч. 2 ст. 336 УПК РФ председательствующий не остановил защитника и не разъяснил присяжным заседателям, что указанные обстоятельства не должны быть приняты ими во внимание при вынесении вердикта.
В продолжении прений сторон защитник Бабичев Г.А. указал, что свидетели Р. и Х. оговаривают его подзащитного, поскольку у них есть определенный мотив, видимо избежать определенной ответственности (т. 5 л.д. 65).
Несмотря на то, что председательствующая остановила защитника Бабичева Г.А., указав ему на недопустимость предрешать в судебных прениях виновность других лиц (аудиозаписи протокола судебного заседания от 29 января 2020 года), она не разъяснила присяжным заседателям, что указанные обстоятельства не должны быть приняты ими во внимание при вынесении вердикта.
Вопреки доводам апелляционного представления и дополнения к нему нарушений процедуры вынесения вердикта присяжными заседателями и тайны совещательной комнаты судебной коллегией не усматривается.
Доводы апелляционного представления о некорректном указании даты создания аудиофайлов 2011 года, являются явной технической ошибкой и не могут служить основанием к отмене приговора.
Иные доводы апелляционного представления и дополнения к нему не могут являться основанием к отмене приговора.
В совокупности все перечисленные выше нарушения, как об этом обоснованно утверждается в апелляционном представлении, могли оказать незаконное воздействие на присяжных заседателей и, как следствие, на их ответы на поставленные вопросы.
При таких данных судебная коллегия считает необходимым постановленный в отношении С. оправдательный приговор отменить и уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение, в ходе которого надлежит устранить все отмеченные выше нарушения и создать надлежащие условия для вынесения судом с участием присяжных заседателей беспристрастного и справедливого решения.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.25 и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор Петровского городского суда Саратовской области с участием присяжных заседателей от 05 февраля 2020 года в отношении С. отменить, дело передать на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе со стадии судебного разбирательства.
Настоящее апелляционное определение может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции г. Саратова, в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.
Председательствующий
Судья коллегии
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
