Постановление Московского областного суда от 04 марта 2021 года №22-1281/2021

 
МОСКОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
 
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
 
от 04 марта 2021 года Дело N 22-1281/2021
Московской области
Московский областной суд в составе председательствующего судьи Колпаковой Е.А.,
при помощнике судьи Касьяновой А.С.,
с участием прокурора Фоменко Ю.В.,
осужденного Б и адвоката Шурыгиной Н.И. в его защиту,
потерпевшей Г и ее представителя адвоката Мещерякова М.М.
рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Чечеткиной К.В., апелляционную жалобу осужденного Б и адвоката Шурыгиной Н.И.
на приговор Домодедовского городского суда Московской области от 09 ноября 2020 года, которым Б, <данные изъяты> года рождения, уроженец <данные изъяты>, <данные изъяты>, гражданин РФ, не судимый;
осужден по ст.112 ч.2 п."з" УК РФ к 1 (одному) году 6 (шести) месяцам лишения свободы, применением ст.73 УК РФ условно, с испытательным сроком 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, с возложением обязанностей не менять постоянного места жительства и места работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в указанный орган в установленные им дни один раз в месяц.
Заслушав доклад судьи Колпаковой Е.А.,
мнение прокурора Фоменко Ю.В., поддержавшей доводы апелляционного представления;
объяснения осужденного Б и адвоката Шурыгиной Н.И. в его защиту, поддержавших доводы апелляционной жалобы,
потерпевшей Г и ее представителя адвоката Мещерякова М.М., возражавших против доводов жалобы,
суд
установил:
Б осужден за умышленное причинении средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.
В судебном заседании Б виновным себя не признал.
В апелляционном представлении гос.обвинитель Чечеткина К.В. ставит вопрос об отмене приговора суда в отношении Б в части разрешения судом гражданского иска, при этом ссылается на то, что прокурором в судебном заседании был заявлен гражданский иск о возмещении ущерба, причиненного ГУ ТФОМС МО "Территориальный фонд обязательного медицинского страхования", на сумму 613 рублей 00 коп., который судом по существу рассмотрен не был, какие-либо суждения касательно иска суд в приговоре не привел, нарушив тем самым требования ст.299 ч.1 п.10, ст.309 ч.1 п.1 УПК РФ и п.29 постановления Пленума ВС РФ "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу".
В апелляционной жалобе осужденный Б и адвокат Шурыгина Н.И. считают приговор суда незаконным и необоснованным, поскольку, как полагают авторы жалобы, фактические обстоятельства дела не установлены, приговор основан на противоречивых доказательствах, мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной защиты, в приговоре не приведены;
указывают, что обвинение Б в нанесении удара деревянным черенком предмета, похожего на косу, по кисти руки Г и причинении ей закрытого перелома средней фаланги 2 пальца левой кисти не нашло подтверждения в судебном заседании; ссылаются на отрицание Б указанного факта и наличие у Г неприязненных отношений к нему из-за гражданско-правовых споров, полагают, что Г оговаривает Б;
указывают на противоречивость показаний потерпевшей Г и отсутствие объективных, достоверных доказательств, подтверждающих факт причинения ей Б телесного повреждения 02.01.2018г.; ссылаются на отсутствие первичных медицинских документов (в частности, медицинской карты), свидетельствующих об обращении Г за медицинской помощью 02.01.2018г., обращают внимание, что выводы судебно-медицинской экспертизы основаны только на медицинских документах, датированных более поздними числами;
считают недостоверными и не подтверждающимися медицинскими документами показания потерпевшей Г, свидетелей Б (супруга потерпевшей), Щ, Ч; ссылаются на противоречия в описании ими повреждений пальцев и кисти руки Г и отсутствие в справках за N 108 и заключении эксперта данных о кровоподтеках и отечности на пальцах руки Г, что, по мнению авторов жалобы, свидетельствует о том, что удара не было;
ссылаясь на показания эксперта И, делают вывод о возникновении травмы у потерпевшей в период с 10.01.2018 по 17.01.2018г., что опровергает утверждение Г о причинении ей травмы 02.01.2018г., полагают, что время совершения преступления не установлено;
кроме того, считают, что не доказано и то, что телесное повреждение Г причинено Б, при этом обращают внимание на противоречия относительно механизма возникновения повреждений, что свидетельствует о том, что не установлены фактические обстоятельства дела;
ссылаются на показания К, П, М, Ш о том, что 17.01.2018г. на руке Г не было ни гипса, ни лангета, что расценивают как свидетельство отсутствия у потерпевшей травмы;
указывают, что судом не выяснено, при каких обстоятельствах возникло повреждение у Г, не истребована и не приобщена к делу медицинская документация от травматолога, не выяснено, почему справки за N 108 имеют разные сведения, имеющиеся противоречия не устранены, что свидетельствует о необъективном рассмотрении дела и нарушении права Б на защиту;
обращают внимание на то, что медицинская карта Г и рентгенография не приобщались к материалам дела, однако на их основании проведена судебно-медицинская экспертиза, вследствие чего заключение эксперта считают недопустимым доказательством;
полагают, что протокол осмотра места происшествия не является доказательством виновности Б, поскольку при осмотре не обнаружено и не изъято каких-либо следов преступления;
указывают, что поскольку "деревянный черенок предмета, похожего на косу", не изъят и не описан, следственный эксперимент с целью установления возможности причинения им телесного повреждения на пальце руки не проведен, вывод суда о применении предмета, используемого в качестве оружия, является незаконным и необоснованным;
ссылаются на то, что показания Б о том, что 02.01.2018г. Г не приходила к нему на участок, не опровергнуты, подтверждаются показаниями Х, М, Ш, Х; утверждают, что сотрудники полиции в дом Б 02.01.2018г. не приходили и объяснений ни у кого не брали, что свидетельствует о фальсификации доказательств;
учитывая отсутствие доказательств того, что Б 02.01.2018г. причинял Г телесные повреждения, считают, что признание его виновным в совершении преступления, предусмотренного п. "з" ч.2 ст.112 УК РФ является незаконным;
просят приговор суда отменить, Б оправдать за отсутствием в его действиях состава преступления.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции оснований для отмены приговора суда не находит.
Обвинительный приговор соответствует требованиям ст.304, ст.307-308 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства, установленные судом, приведены доказательства в обоснование выводов суда о виновности Б и квалификации его действий.
Судебное разбирательство по уголовному делу в суде первой инстанции проведено с соблюдением требований УПК РФ о состязательности, равноправии сторон, с выяснением всех юридически значимых для правильного его разрешения обстоятельств, подлежащих доказыванию при его производстве, в том числе, касающихся места, времени, способа совершения преступления, формы вины, мотивов, его целей и последствий. В процессе рассмотрения уголовного дела сторонам были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им законом прав.
Фактические обстоятельства изложенных в описательно-мотивировочной части приговора действий, совершенных осужденным, установлены судом правильно и основаны на оценке совокупности доказательств, полученных в предусмотренном законом порядке, всесторонне и полно исследованных непосредственно в судебном заседании.
Приведенные в апелляционной жалобе осужденного и его защитника и поддержанные ими же в суде апелляционной инстанции доводы о несоответствии содержащихся в приговоре выводов суда фактическим обстоятельствам дела и, как следствие, о неправильной правовой оценке действий осужденного, судебная коллегия находит необоснованными.
По результатам состоявшегося разбирательства суд обоснованно пришел к выводу о виновности Б в умышленном причинении Г средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, в обоснование чего привел доказательства, соответствующие требованиям УПК РФ по своей форме и источникам получения, признанные в своей совокупности достаточными для вынесения обвинительного приговора.
При обосновании вывода о виновности Бв преступлении суд в приговоре правомерно сослался на
показания потерпевшей Г, согласно которым она имеет земельный участок, по вопросу пользования которым между ней и Б сложились конфликтные отношения; 2 января 2018 года в дневное время она со своим супругом Б приехали к участку, она зашла на участок и стала обходить дом, и в тот момент, когда она фотографировала дом на свой мобильный телефон, почувствовала сильный удар по кисти левой руки деревянным черенком и сильную боль от удара, увидела, что рядом стоит Б, который держит в руке косу с деревянным черенком, в тот же момент к ним подбежал ее супруг; Б прогнал их с участка, они сразу после произошедшего направились в отдел полиции, где она написала заявление по факту причинения ей телесных повреждений, после чего обратилась за медицинской помощью, в больнице ей сделали рентген и установили закрытый перелом средней фаланги 2 пальца левой кисти, а также ушиб большого пальца левой кисти, на левую кисть руки ей наложили гипс;
показания свидетеля Б Н., из которых усматривается, что его жена Г прошла на участок, чтобы сфотографировать дом с противоположной стороны, он пошел следом, увидел, как его брат, Б Н. с косой в руках бежит в сторону Г, после чего деревянным черенком косы наносит удар по левой руке Г, в которой та держала телефон; после удара Г схватилась за руку и закричала, мобильный телефон выпал землю; он вырвал косу из рук Б Н. и бросил ее, после чего они женой ушли; в этот же день обратились в полицию, а затем в больницу, где Г был наложен гипс;
показания свидетеля Ч, видевшей в начале января 2018 года Г в магазине, где она (Чеханова) работает продавцом, и заметившей, что левая кисть руки Г была в гипсе; на расспросы последняя пояснила, что 02.01.2018г. она пошла на участок к Б Н. и, когда фотографировала дом, Б Н. ударил ее по руке черенком косы, причинив перелом пальца; после этого она (Ч неоднократно видела Г на протяжении месяца с гипсом на руке;
показания свидетеля Щ, из которых следует, что в январе 2018 года она на улице встретила знакомую Г и заметила на левой руке последней гипс, по поводу чего Г пояснила, что повреждение ей причинил Б Н., когда она фотографировала дом, расположенный на их участке; в течение месяца она Щ неоднократно видела Г с гипсом на левой руке, а когда сняли гипс, та ходила на физиотерапию;
показания свидетеля С - сотрудника полиции, проводившего в 2018 году проверку по факту причинения Б Н. повреждений Г, в ходе которой он видел на руке у Г гипс;
заключение эксперта от 29.03.2018г., из которого следует, что у Г имелся закрытый перелом средней фаланги 2 пальца левой кисти, образовавшийся от воздействия твердого тупого предмета в область второго пальца левой кисти, квалифицирующийся по признаку длительности расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня), как причинивший средней тяжести вред здоровью;
протокол осмотра места происшествия с фототаблицей, где зафиксирована обстановка на участке; другие исследованные судом материалы уголовного дела.
Вопреки доводам жалобы, в приговоре суд привел всесторонний анализ доказательств, на которых основал свои выводы, всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам дал надлежащую оценку. В силу требований ст.ст.87, 88 УПК РФ каждое из исследованных доказательств было подвергнуто судом проверке и оценено с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Совокупность исследованных доказательств суд обоснованно признал достаточной для постановления в отношении Б обвинительного приговора. Оснований для исключения из числа доказательств протокола осмотра места происшествия и заключения судебно-медицинского эксперта, допустимость которых оспаривается в жалобе, суд апелляционной инстанции не находит, при этом соглашается с выводами суда, находя их мотивированными.
Исследовав в судебном заседании обстоятельства, подлежащие доказыванию, проверив доводы Б о том, что Г 02.01.2018г. на участок не приходила и, соответственно, телесных повреждений он ей не причинял, аналогичные доводам, приводимым в апелляционной жалобе, суд дал им надлежащую оценку и, в соответствии с требованиями закона, указал мотивы, по которым в основу приговора положил одни доказательства и отверг другие.
Ссылка на возможность оговора со стороны потерпевшей Г ввиду наличия у нее неприязни к Б основана на предположениях и материалами дела не подтверждена.
Излагаемую Б версию о его непричастности к причинению вреда здоровью Г и отсутствии события преступления как такового, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, считает несостоятельной, поскольку она опровергается показаниями потерпевшей Г об обстоятельствах нанесения ей Б удара по руке и причинения перелома пальца, аналогичными показаниями свидетеля-очевидца Б Н., показаниями свидетелей Ч и Щ, которым Г рассказала о происшедшем.
Показания потерпевшей и названных свидетелей последовательны, согласуются между собой и с иными доказательствами по делу, в частности, заключением судебно-медицинской экспертизы о наличии у Г закрытого перелома средней фаланги 2 пальца левой кисти, образовавшегося от воздействия твердого тупого предмета в область 2 пальца левой кисти, возможно в срок и при обстоятельствах, сообщенных потерпевшей Г
При таких данных суд первой инстанции правомерно признал показания названных свидетелей и потерпевшей достоверными и относимыми, в связи с чем, обоснованно положил их в основу приговора. Незначительные противоречия в показаниях потерпевшей и свидетелей относительно имевшихся телесных повреждений (отеков, кровоподтеков) на кисти руки Г, на что обращается внимание в жалобе, объясняются как давностью произошедших событий, так и индивидуальной особенностью восприятия этих событий каждым из них.
Ссылки в жалобах на отсутствие первичных медицинских документов и, в частности, медицинской карты, свидетельствующей об обращении Г за медицинской помощью 02.01.2018г., доводы о том, что эксперту предоставлялись только медицинские документы, датированные более поздними числами, безосновательны.
Из пояснений потерпевшей Г следует, что непосредственно после случившегося она обратилась за медицинской помощью в травмопункт Домодедовской городской больницы, где была осмотрена хирургом, был сделан снимок, поставлен диагноз и наложен гипс, ей выдали справку, а ее пояснения относительно обстоятельств получения травмы внесены в журнал, который вёлся мед.работником. После праздников 10.01.2018г. она обратилась в поликлинику по месту жительства, там же потом лечилась у хирурга.
Факт обращения Г в медицинское учреждение непосредственно после причинения ей травмы подтверждается врачебной справкой N 108 от 02.01.2018г. следующего содержания: "Г 1956 г.р. диагноз: з / оскольчатый перелом c/ф 2 пальца... Ушиб 1 п. левой кисти. Рентген. Гипс. Лечение у хирурга. Лечащий врач (подпись)" (т.1 л.д.8). Указанная справка, вопреки утверждению защиты, предоставлялась эксперту среди прочих медицинских документов.
Кроме того, в материалах дела имеется архивная справка за тем же номером (т.1 л.д.40), из которой следует, что Г обращалась в приемное отделение ГБУЗ "ДЦГБ" за медицинской помощью 02.01.2018г., при этом в справке указан тот же диагноз.
Имеющиеся в указанных справках некоторые различия относительно содержащегося в них текста не ставят под сомнение поставленный Г диагноз при обращении за медицинской помощью, и объясняются тем, что одна из справок составлена непосредственно лечащим врачом, а другая является архивной выпиской.
Оснований для признания недопустимым доказательством проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы в отношении Г не имеется.
Как следует из материалов дела, эксперту были предоставлены все медицинские документы в отношении Г, необходимые для дачи заключения. Тот факт, что медицинская карта не была приобщена к материалам дела в качестве вещественного доказательства, на что ссылаются авторы жалобы, не является основанием подвергать сомнению сделанные экспертом выводы.
Заключение проведенной в отношении потерпевшей судебно-медицинской экспертизы судом обоснованно признано допустимым доказательством, поскольку выводы эксперта являются обоснованными и аргументированными; заключение составлено в полном соответствии с требованиями действующего законодательства; ответы на все поставленные дознавателем вопросы, входящие в компетенцию судебно-медицинского эксперта, в заключении имеются; сомневаться в компетентности эксперта оснований нет.
Допрошенный в судебном заседании эксперт И подтвердил сделанные им выводы, указал, что случай имел место 02.01.2018г., экспертиза проведена 29.03.2018г., ему была предоставлена медицинская карта из поликлиники на имя Г, рентгенограмма от 01.02.2018г.; на рентгенограмме от 01.02.2018г. усматривается перелом средней фаланги второго пальца, при этом, как пояснил эксперт, начальные признаки консолидации (заживления) образуются к 10-12 дню от момента повреждения, на рентгенограмме же обнаруживаются признаки консолидации, которые проявляются не менее чем через 2-3 недели после получения повреждений. Если бы повреждение потерпевшей было бы причинено 17.01.2018г., признаки консолидации были бы начальные, а у нее они были более выраженными. Повреждение локальное, при падении получить такое повреждение невозможно (т.3 л.д.205-208).
При таких обстоятельствах, утверждение в апелляционной жалобе о том, что из показаний эксперта И следует вывод о возникновении травмы у потерпевшей в период с 10.01.2018 по 17.01.2018г., не соответствует действительности.
Доводы стороны защиты о незаконности и необоснованности вменения квалифицирующего признака преступления "с применением предмета, используемого в качестве оружия" также безосновательны. О том, что удар был нанесен черенком косы, свидетельствовали как потерпевшая, так и свидетель Б Н., являвшийся очевидцем происшедшего. О локальном характере повреждения дал заключение и судебно-медицинский эксперт. При таких обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу о том, что средней тяжести вред здоровью Г причинен Б с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Ни тот факт, что данный предмет не был обнаружен при осмотре места происшествия, ни то, что не проводился следственный эксперимент с целью установления возможности причинения им телесного повреждения на пальце руки, на что ссылаются авторы жалобы, не влечет исключение указанного квалифицирующего признака из осуждения виновного и не является основанием для исключения протокола осмотра места происшествия как доказательства.
Суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовал обстоятельства дела, проверил все имеющиеся доказательства, сопоставил их друг с другом, оценил собранные доказательства в их совокупности и, вопреки доводам осужденного и защиты, пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Б в том, что он 02.01.2018г. умышленно причинил Г средней тяжести вред здоровью, с применением предмета, используемого в качестве оружия.
К показаниям свидетелей Х, М, Ш, Х, подтвердивших версию Б о том, что 02.01.2018г. он из дома не выходил, а Г на участок не приходила, также как и к показаниям К и П об отсутствии гипса на руке Г 17.01.2018г., суд обоснованно отнесся критически, расценив показания указанных свидетелей как попытку помочь Б избежать ответственности за содеянное. Соответствующие суждения приведены в приговоре. Оснований не согласиться с оценкой указанных доказательств суд апелляционной инстанции не находит.
Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе осужденного и его защитника, сводятся к переоценке исследованных по делу доказательств, между тем, оснований к этому не имеется. В основу приговора положены относимые к делу доказательства, которые получили всестороннюю оценку суда с точки зрения их допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для вывода о виновности Б в инкриминируемом преступлении. Несогласие осужденного и его адвоката с оценкой доказательств является позицией, обусловленной линией защиты, и никоим образом не является основанием для отмены приговора.
Квалификацию действий Б по ст.112 ч.2 п."з"УК РФ суд апелляционной инстанции считает правильной.
Наказание осужденному Б назначено в соответствии с требованиями ст.60 УК РФ, при этом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначенного наказания на исправление и условия жизни семьи осужденного, данные о личности виновного, который является гражданином РФ, не судим, на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансере не состоит, по месту жительства и работы характеризуется удовлетворительно, женат, иждивенцев не имеет
Смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.
С учетом конкретных обстоятельств совершенного преступления, данных о личности Б, суд обоснованно пришел к выводу о возможности назначении осужденному условного наказания в виде лишения свободы, т.е. с применением ст.73 УК РФ
Оснований для применения к Б положений ч.6 ст.15 УК РФ об изменении категории преступлений на менее тяжкую, равно как и для применения ст.64 УК РФ суд не нашел, изложив мотивы принятого решения.
Каких-либо противоречий выводы суда не содержат. Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора суда, при расследовании уголовного дела и рассмотрении его судом допущено не было, данных, свидетельствующих о фальсификации доказательств, не имеется. Приговор суда, вопреки утверждению авторов жалобы, является законным, обоснованным и справедливым; оснований к его отмене либо изменению, в том числе, по доводам апелляционных жалобы и представления не имеется.
Не рассмотрение судом первой инстанции гражданского иска прокурора о возмещении ущерба, причиненного ГУ ТФОМС МО "Территориальный фонд обязательного медицинского страхования", на сумму 613 рублей 00 копеек, на что ссылается в апелляционном представлении гос.обвинитель, не препятствует обращению с данным иском в суд порядке гражданского судопроизводства, и основанием для отмены приговора суда не является.
На основании изложенного, руководствуясь ст.38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд
ПОСТАНОВИЛ:
Приговор Домодедовского городского суда Московской области от 09 ноября 2020 года в отношении Б оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в Саратовский кассационный суд в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу.
В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Судья Колпакова Е.А.


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка