Дата принятия: 18 марта 2021г.
Номер документа: 22-1087/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ САМАРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 18 марта 2021 года Дело N 22-1087/2021
Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда в составе:
председательствующего судьи - Прохоровой О.В.,
судей - Леонтьевой Е.В., Малаховой Н.С.,
при секретаре - Григорьевой Е.О.,
с участием прокурора - Оганяна А.А.,
осуждённого - Плехуна Д.В., изложившего свою позицию посредством систем видеоконференц-связи,
защитника - адвоката Костюка Е.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя - помощника прокурора Автозаводского района г. Тольятти Самарской области Немолькина А.А., апелляционную жалобу с дополнениями защитника - адвоката Гоношилова О.Е., апелляционную жалобу с дополнениями осуждённого Плехуна Д.В. на приговор Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 3 декабря 2020 года, которым
Плехун Дмитрий Викторович, <данные изъяты>, судимый:
1) приговором Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 25 декабря 2009 года (с учётом изменений, внесённых постановлениями Комсомольского районного суда г. Тольятти Самарской области от 13 мая 2011 года и от 18 апреля 2013 года) по ст. 162 ч. 2 УК РФ с применением ст.ст. 74 ч. 5, 70 УК РФ с частичным присоединением неотбытой части наказания по приговорам Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 августа 2007 года и Комсомольского районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 декабря 2007 года (судимости по которым погашены) к 6 (шести) годам 7 (семи) месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;
2) приговором Ленинского районного суда г. Саратова от 11 ноября 2015 года (с учётом изменений, внесённых постановлением Пугачевского районного суда Саратовской области от 27 января 2017 года) по ст.ст. 30 ч. 3, 291.2 ч. 1 УК РФ с применением ст. 70 УК РФ с частичным присоединением неотбытой части наказания по приговору Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 25 декабря 2009 года к 6 (шести) месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освободившийся 7 февраля 2017 года по отбытию срока наказания;
3) приговором Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 13 апреля 2018 года по ст.ст. 167 ч. 1; 158 ч. 2 п.п. "б, в"; 30 ч. 3, 158 ч. 2 п. "в" УК РФ с применением ст. 69 ч. 2 УК РФ к 1 (одному) году 9 (девяти) месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освободившийся 29 октября 2019 года по отбытию срока наказания,
осуждён по ст. 162 ч. 2 УК РФ к 3 (трём) годам 4 (четырём) месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Срок наказания постановлено исчислять с даты вступления приговора в законную силу.
В соответствии с п. "а" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года N 186ФЗ) зачтено в срок лишения свободы время содержания осуждённого Плехуна Д.В. под стражей с 15 апреля 2020 года по дату вступления приговора в законную силу из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
С Плехуна Дмитрия Викторовича в пользу Потерпевшего N 1 взыскана сумма материального ущерба в размере <данные изъяты> рублей.
Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Прохоровой О.В., мнение прокурора Оганяна А.А., поддержавшего доводы апелляционного представления, пояснения адвоката Костюка Е.А. и осуждённого Плехуна Д.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб с дополнениями, проверив материалы дела, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Приговором Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 3 декабря 2020 года Плехун Д.В. признан виновным в совершении разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
Действия осуждённого Плехуна Д.В. квалифицированы по ст. 162 ч. 2 УК РФ.
В апелляционном представлении помощник прокурора Автозаводского района г. Тольятти Самарской области Немолькин А.А. выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным ввиду неправильного применения уголовного закона, а также несправедливым в связи с чрезмерной мягкостью назначенного наказания. В обоснование доводов апелляционного представления государственным обвинителем указано, что Плехун Д.В. признан виновным в совершении умышленного тяжкого преступления, направленного против собственности, вину не признал, препятствовал установлению истины по делу, заявляя необоснованные ходатайства, настаивая на своей версии событий преступления, ранее судим, в том числе, за совершение тяжких преступлений, направленных против собственности, находится под административным надзором, а, следовательно, данные обстоятельства свидетельствуют о повышенной общественной опасности как совершённого преступления, так и личности осуждённого, в действиях которого установлен опасный рецидив преступлений. Полагает, что при таких обстоятельствах минимальное наказание, назначенное осуждённому, является несправедливым и несоразмерным содеянному, не будет способствовать целям исправления виновного, его перевоспитанию и предупреждению совершения им новых преступлений и восстановлению социальной справедливости, в связи с чем, Плехуну Д.В. должно быть назначено более строгое наказание. Кроме того, обращает внимание, что суд необоснованно не указал во вводной части приговора сведения о наличии у осуждённого судимостей по приговору Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 августа 2007 года и по приговору Комсомольского районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 декабря 2007 года, которые учитывались при назначении Плехуну Д.В. окончательного наказания по приговору Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 25 декабря 2009 года, а также вопреки положениям ч. 1 ст. 86 УК РФ указал во вводной части приговора в качестве судимости принятое решение об установлении в отношении осуждённого административного надзора, которое фактически следует указывать как иные данные о личности осуждённого и в силу ст. 307 УПК РФ учитывать при мотивировке выводов по вопросам, связанным с назначением уголовного наказания. Просит приговор изменить, дополнить вводную часть приговора сведениями о наличии у Плехуна Д.В. судимостей по приговорам от 27 августа 2007 года и от 27 декабря 2007 года, исключить из вводной части приговора указание о наличии у Плехуна Д.В. судимости в соответствии с решением Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 8 февраля 2018 года об установлении в отношении его административного надзора и дополнить абзац 1 вводной части и описательно-мотивировочную часть приговора сведениями о наличии указанного решения в качестве иных сведений о личности осуждённого, а также назначить Плехуну Д.В. наказание по ч. 2 ст. 162 УК РФ в виде 7 (семи) лет лишения свободы без штрафа с ограничением свободы на срок 2 (два) года и установлением ограничений в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ.
Адвокат Гоношилов О.Е. в своей апелляционной жалобе с дополнениями также выражает несогласие с приговором суда ввиду допущенной судом ошибки при оценке исследованных в судебном заседании доказательств. В обоснование доводов апелляционной жалобы защитник указывает, что в описательно-мотивировочной части приговора суд установил факт открытого хищения Плехуном Д.В. мобильного телефона потерпевшего, при этом в ходе предварительного расследования по делу выявлены противоречия при фиксации доказательств в процессуальных документах, в которых указано о тайном хищении осуждённым мобильного телефона, а потерпевший в ходе судебного разбирательства пояснил, что пропажу телефона обнаружил лишь по возвращении домой. Обращает внимание, что осуждённый Плехун Д.В. отрицает предъявленное ему обвинение в разбойном нападении с применением предметов, используемых в качестве оружия, а лишь признаёт вину в нанесении потерпевшему побоев ввиду чувства неприязни и ревности в отношении своей сожительницы, а также признаёт факт тайного хищения мобильного телефона потерпевшего, незаметно для него. Показания, которые Плехун Д.В. давал в ходе предварительного расследования, осуждённый не подтверждает, поскольку его допрос производился в ночное время, и он был сбит с толку оперативными сотрудниками, при этом обоснованность допроса подозреваемого в ночное время не подтверждена и не мотивирована, допрошенный в судебном заседании следователь, ссылаясь на крайнюю необходимость, тем не менее, не смог сообщить объективные основания проведения допросов в ночное время. Также защитник указывает, что потерпевший не всегда давал последовательные показания, изначально в объяснении сообщая о том, что Плехун Д.В. никаких требований ему не выдвигал, и эти его показания подтверждены оперуполномоченным сотрудником, допрошенным в ходе судебного разбирательства. Потерпевший в свою очередь не смог объяснить причины противоречий в его показаниях. Также суд не дал оценки противоречиям в показаниях свидетелей ФИО 5 и ФИО 3 относительно осведомлённости ФИО 2 о намерениях Плехуна Д.В. избить потерпевшего. Полагает, что суд не устранил имеющиеся существенные противоречия, и просит приговор отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.
В свою очередь осуждённый Плехун Д.В. предъявил апелляционную жалобу, в которой, с учётом дополнений также выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным и необоснованным. Осуждённый, ссылаясь на положения ст.ст. 73, 75, 164 ч. 3 УПК РФ, указывает, что взятые судом в основу обвинительного приговора его показания, изложенные в протоколах его допросов от ДД.ММ.ГГГГ, являются недопустимыми доказательствами и подлежат исключению ввиду их получения в ночное время суток при отсутствии крайней необходимости и объективных причин, в данных протоколах отсутствуют сведения о его согласии на проведение допросов в ночное время, а показания изложены идентично путём перепечатывания из одного протокола в другой. Данные протоколы допросов перед подписанием он фактически не читал ввиду плохого самочувствия, в связи с юридической неграмотностью не записал в них какие-либо замечания, а принимавший участие в его допросе защитник ничего ему не разъяснил, что явилось основанием для написания им жалобы на защитника в ПАСО. Суд необоснованно не принял во внимание его доводы об отсутствии у него намерения похищать имущество потерпевшего и наличии лишь желания избить Потерпевшего N 1 из-за чувства ревности, и не дал этим доводам надлежащей оценки. Также суд в приговоре надлежаще не оценил то, что при первоначальном опросе потерпевший не сообщал о предъявлении ему каких-либо требований имущественного характера со стороны нападавшего, что подтверждено в судебном заседании пояснениями оперуполномоченного сотрудника, проводившего этот опрос, и в первоначальном опросе свидетеля ФИО 3, записанном ею собственноручно, и, кроме того, потерпевший в ходе судебного разбирательства не смог пояснить причины противоречий в его показаниях. По мнению осуждённого, судом безосновательно принята в качестве доказательства имеющаяся в материалах дела видеозапись, поскольку на ней не видны достоверно все детали совершаемых им действий, в том числе, ощупывание им карманов потерпевшего. Полагает, что вследствие нанесённого удара и имеющегося неврологического заболевания потерпевший ФИО 1 пояснивший в ходе судебного разбирательства о его нахождении после совершения в отношении его преступления в состоянии шока и испуга, не мог адекватно воспринимать окружающую действительность и существо совершаемых в отношении его действий, что также привело к искажению им показаний, неоднократному их изменению, однако суд учёл эти обстоятельства и не принял меры к установлению психического состояния потерпевшего с целью проверки достоверности излагаемых им сведений об обстоятельствах преступления. Указывает, что суд необоснованно принял как доказательство его объяснение, данное непосредственно после задержания. Сообщённые свидетелем ФИО 4. сведения об обстоятельствах преступления, ставшие ему якобы известными со слов осуждённого, а также в результате просмотра имеющейся в деле видеозаписи, являются недостоверными. Показания свидетеля ФИО 2 изложенные в приговоре, не свидетельствуют о доказанности его вины, а напротив подтверждают его доводы об отсутствии у него умысла на разбойное нападение. Обращает внимание, что на момент совершения преступления он неофициально работал, имел денежные средства, имея в распоряжении мобильный телефон потерпевшего, не предпринял попытки получить доступ к банковскому счёту потерпевшего посредством установленного в телефоне мобильного приложения, никаких требований материального характера потерпевшему не выдвигал, что также подтверждает отсутствие у него намерения совершить разбойное нападение. Полагает, что судом необоснованно квалифицированы его действия как совершение разбоя с применением предмета, используемого в качестве оружия, поскольку данный квалифицирующий признак не нашёл своего подтверждения, удар по голове потерпевшего он наносил не бутылкой, а кулаком левой руки, и никакие доказательства по делу не подтверждают выводы суда. Указывает, что показания свидетеля ФИО 5 являются лживыми, даны свидетелем под давлением правоохранительных органов вследствие желания оказать содействие следствию в целях избежать личной уголовной ответственности за причастность к совершению преступления в отношении потерпевшего. Вместе с тем, суд проигнорировал имеющиеся в её показаниях противоречия. Полагает, что изложенные в приговоре выводы суда противоречат обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам. Кроме того, выражает несогласие с принятыми судом в ходе судебного разбирательства решениями об отказе в удовлетворении его ходатайств: об истребовании медицинских сведений о состоянии здоровья потерпевшего и проведении в отношении ФИО 1 судебной психиатрической экспертизы, о вызове и допросе свидетеля ФИО 6 в целях подтверждения его доводов об оказании воздействия сотрудниками правоохранительных органов на свидетелей ФИО 2 и ФИО 5, поскольку эти решения суда не соответствуют положениям ст. 7 УПК РФ, а также указывает на необоснованный отказ суда в удостоверении его замечаний на протокол судебного заседания. Таким образом, по мнению осуждённого, приговор содержит не устраненные судом противоречия, основан на доказательствах, полученных с нарушением уголовно-процессуального закона, ряду доказательств не дана надлежащая оценка, в судебном акте не приведены все доводы защиты и мотивировка их отклонения, выводы суда основаны на предположениях и носят обвинительный характер. Просит приговор отменить и передать дело на новое судебное разбирательство.
Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
В силу положений ч. 7 ст. 389.13 УПК РФ апелляционное рассмотрение произведено без проверки доказательств, исследованных судом первой инстанции, что не лишает суд апелляционной инстанции права ссылаться на них.
Выводы суда первой инстанции о виновности Плехуна Д.В. в совершении инкриминированного преступления при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, основаны на полно и всесторонне исследованных в судебном заседании и приведённых в приговоре доказательствах, которым суд дал надлежащую оценку.
Плехун Д.В. свою вину в совершении разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, отрицал. В ходе судебного разбирательства показал, что ДД.ММ.ГГГГ прибыл со своими знакомыми ФИО 5 и ФИО 2 к дому потерпевшего ФИО 1 с целью избить его из чувства ревности к ФИО 5. Не оспаривал факт нанесения ударов потерпевшему, утверждая при этом, что наносил удары по голове и телу ФИО 1 исключительно кулаком, а не бутылкой, из которой пил пиво, а также ногами в правый бок в место расположения карманов его одежды, ничего при этом не требуя. Оснований для формирования умысла на хищение имущества потерпевшего у него не было ввиду того, что на момент совершения инкриминируемого преступления он работал и ни в чём не нуждался. После нанесения ударов он взял себе лежавший на полу мобильный телефон, не думая при этом, что это устройство принадлежит ФИО 1 Обнаруженный на площадке в подъезде мобильный телефон он впоследствии сдал в ломбард с целью оказания материальной помощи своему знакомому, и лишь в полиции узнал, что телефон принадлежал потерпевшему.
Несмотря на занятую Плехуном Д.В. позицию по отношению к предъявленному ему обвинению, суд по результатам состоявшегося разбирательства обоснованно пришёл к выводу о его виновности в инкриминируемом деянии, в обоснование чего привёл доказательства, соответствующие вопреки доводам апелляционных жалоб требованиям УПК РФ по своей форме и источникам получения, признанные в своей совокупности достаточными для вынесения обвинительного приговора.
Так, согласно оглашённым в судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ показаниям Плехуна Д.В., данным в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого, осуждённый признавал факт открытого хищения имущества потерпевшего с применением в отношении него насилия. При этом показал, что ДД.ММ.ГГГГ, находясь в подъезде дома, в котором проживает потерпевший, он нанёс ФИО 1 стеклянной бутылкой из-под пива примерно 2-3 удара, от которых потерпевший присел. После этого он 2-3 раза пнул потерпевшего ногой в верхнюю часть туловища. ФИО 1 начал кричать и просил не избивать его. Увидев мобильный телефон потерпевшего на полу, он поднял этот телефон и выбежал на улицу. Впоследствии он сдал телефон, похищенный у потерпевшего, в ломбард (т. 1 л.д. 925 - 95, 101 - 103).
Приведенные показания осуждённого в ходе предварительного расследования согласуются с показаниями потерпевшего ФИО 1 в судебном заседании о том, что ДД.ММ.ГГГГ он распивал пиво в подъезде своего дома со знакомой ФИо 5 В тот момент, когда ФИО 5 ушла из подъезда, с верхнего этажа спустился по лестнице неизвестный ему парень и, подбежав к нему сбоку, неожиданно нанёс ему в заднюю часть головы справа один удар каким-то твёрдым предметом, отчего он упал. После этого он почувствовал, как нападавший стал пинать его ногами по правой стороне тела и ногам, а затем спросил его: "Бабки есть?". Он ответил, что ничего не имеет, является инвалидом, и попросил его не бить. После избиения он зашёл домой и обнаружил пропажу находившегося при нём в момент нападения мобильного телефона.
На предварительном следствии потерпевший ФИО 1 давал по существу аналогичные показания, которые были подтверждены им после их оглашения в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ. В них он кроме того указал, что нападавший проверял карманы его одежды.
Согласно показаниям свидетеля ФИО 5 она приезжала к потерпевшему в день совершения преступления совместно со знакомыми Плехуном и ФИО 2, которые находились в подъезде дома ФИО 1 При этом очевидцем преступления она не была.
Из показаний свидетеля ФИО 5 в ходе предварительного расследования, оглашённых в порядке ст. 281 УПК РФ, следует, что до поездки к потерпевшему Плехун сообщил ей, что поедет с ней, чтобы избить ФИО 1 и отнять у него телефон и деньги. Она просила Плехуна не делать этого, но он её не слушал, был агрессивен. Что именно произошло между потерпевшим и осуждённым в подъезде, ей достоверно не известно, так как она в этот момент отсутствовала там. Эти показания свидетель ФИО 5 не оспаривала, пояснив, что какого-либо воздействия на неё в момент допроса никто не оказывал, при этом дополнила в ходе судебного разбирательства, что до случившегося Плехун интересовался у неё о наличии у потерпевшего мобильного телефона, о его трудовой занятости, но не говорил ей о желании избить потерпевшего.
Согласно показаниям свидетеля ФИО 2., оглашённым в ходе судебного разбирательства в порядке ст. 281 ч. 1 УПК РФ, он совместно с Плехуном и ФИО 5 приезжал к дому потерпевшего, и слышал до поездки, как Плехун расспрашивал ФИО 5 о потерпевшем, но не вникал в суть разговора. Он подтвердил факт нахождения Плехуна Д.В в подъезде дома совместно с потерпевшим ФИО 1 при этом он не был непосредственным очевидцем совершения преступления.
Свидетель ФИО 3 в ходе судебного следствия показала, что ДД.ММ.ГГГГ выбежав в подъезд на крики сына о помощи, она увидела, что ему причинили телесные повреждения, и сын пояснил ей, что на него неожиданно напал сзади неизвестный, бил по голове и пинал, требовал "бабки" и забрал мобильный телефон.
Из показаний свидетеля ФИО 4 следует, что он принимал участие в задержании Плехуна Д.В., который не оспаривал своей причастности к преступлению, а также изъятии видеозаписи, осуществлённой в подъезде в момент преступления, на которой запечатлены обстоятельства преступного деяния.
Также вина Плехуна Д.В. подтверждается исследованными судом письменными доказательствами, в том числе, заявлением ФИО 1 от ДД.ММ.ГГГГ о причинении ему телесных повреждений неизвестным лицом и хищении его мобильного телефона; протоколом осмотра места происшествия - лестничной площадки в подъезде <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым подтверждено изъятие там бутылки из-под пива; протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому изъят оптический диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения, установленных в указанном подъезде; протоколами обыска (выемки) от 14 и ДД.ММ.ГГГГ об изъятии по месту жительства осуждённого и в комиссионном магазине "<данные изъяты>" документов, подтверждающих реализацию Плехуном Д.В. мобильного телефона потерпевшего; протоколами от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ осмотра предметов - видеозаписей с камер видеонаблюдения, изъятых в ходе осмотра места происшествия; протоколом обыска (выемки) от ДД.ММ.ГГГГ, которым подтверждено изъятие у потерпевшего коробки и документов от похищенного мобильного телефона; заключением эксперта N от ДД.ММ.ГГГГ о характере, локализации и степени тяжести причиненных потерпевшему телесных повреждений, и другими доказательствами, оценка которым дана в приговоре.
Вопреки доводам апелляционных жалоб суд дал правильную оценку как показаниям Плехуна Д.В. в ходе предварительного следствия, так и его показаниям, данным в судебном заседании.
Суд первой инстанции правильно обосновал приговор показаниями Плехуна Д.В., первоначально данными им на предварительном следствии, отвергнув его последующие доводы о своей невиновности.Как усматривается из соответствующих протоколов, показания о признании вины Плехун Д.В. давал свободно и добровольно, в присутствии защитника - профессионального адвоката, после разъяснения ему всех предусмотренных УПК РФ прав, том числе, права не свидетельствовать против себя, предусмотренного ст. 51 Конституции РФ, а также возможности использования данных показаний в качестве доказательств по делу, даже в случае последующего от них, то есть в условиях, исключающих саму возможность незаконного получения доказательств. Каких-либо замечаний к содержанию протоколов допросов, заявлений об искажении сообщённых им сведений, которые могли поступить исключительно от самого допрашиваемого лица, Плехуном Д.В. не делалось. Эти показания согласуются с другими доказательствами о его причастности к инкриминируемому деянию, что также подтверждает их достоверность.
Доводы жалобы осуждённого о его плохом самочувствии на момент проведения допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого, не нашли своего подтверждения, поскольку сведений о плохом самочувствии осуждённого не было представлено, кроме того, они противоречат и протоколам допросов Плехуна Д.В., из которых следует, что жалоб на состояние здоровья от него не поступало, так же как и ходатайств об отложении по тем или иным причинам следственных действий.
Ссылка в жалобах осуждённого и его защитника на проведение допроса Плехуна Д.В. в качестве подозреваемого и обвиняемого в ночное время ДД.ММ.ГГГГ не свидетельствует о недопустимости этих доказательств. В соответствии с ч. 3 ст. 164 УПК РФ проведение следственного действия в ночное время допускается в случаях, не терпящих отлагательства, что имело место по делу. Это обстоятельство подтверждено и показаниями следователя ФИО 7 в качестве свидетеля, который сообщил в ходе судебного разбирательства, что проведение допросов Плехуна Д.В. в ночное время было связано с необходимостью процессуального закрепления доказательств по делу. При этом Плехун Д.В. и его защитник - адвокат Коннова В.В. не возражали против допроса в ночное время, каких-либо заявлений в связи с данным обстоятельством не делали, а по прочтении соответствующих протоколов удостоверили их содержание своими подписями. Отсутствие в протоколах допросов письменной записи о согласии Плехуна Д.В. на проведение допроса в ночное время также не свидетельствует о недопустимости данных доказательств, которые соответствуют положениям ст.ст. 173, 189, 190 УПК РФ.
Оценивая довод апелляционной жалобы осуждённого о недопустимости указанных доказательств - первоначальных протоколов его допроса ввиду того, что допросы проводились участием адвоката Конновой В.В., которая фактически никакой юридической помощи ему не оказывала, и решением Совета Палаты адвокатов Самарской области по дисциплинарному производству в отношении адвоката Конновой В.В. были установлены грубые нарушения прав Плехуна Д.В. на защиту, выразившееся в оказании неквалифицированной юридической помощи, в том числе участие защитника в составлении протокола следственных действий без каких-либо заявлений и замечании, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Адвокат Коннова В.В. была назначена в качестве защитника Плехуна Д.В. в порядке ст. 50 УПК РФ, и от её защиты в период до окончания предварительного расследования осуждённый не отказался. Обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 72, ч. 6 ст. 49 УПК РФ исключающих участие адвоката Конновой В.В. в качестве защитника Плехуна Д.В. по данному делу не имеется. Все свои показания Плехун Д.В. давал с участием защитника, будучи осведомленным о гарантированных ему законом правах, в том числе, и предусмотренных ст. 51 Конституции РФ. Как указано выше, протоколы следственных действий, проведенных с участием Плехуна Д.В., соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, подписаны им самим и его защитником без замечаний, а перед допросами подсудимый предупреждался, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе, и в случае его последующего отказа от этих показаний. При таких обстоятельствах доводы осуждённого о нарушении его права на защиту признаются несостоятельными.
Решение Совета Палаты адвокатов Самарской области по дисциплинарному производству в отношении адвоката Конновой В.В. от 17 декабря 2020 года, на которое ссылается Плехун Д.В., свидетельствует лишь о привлечении указанного адвоката к дисциплинарной ответственности за нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и Кодекса профессиональной этики адвоката и не может являться основанием к признанию следственных действий, проведённых с её участием, недопустимыми доказательствами.
Поэтому судебная коллегия, учитывая приведенные выше обстоятельства, полагает, что оснований для исключения указанных протоколов допроса Плехуна Д.В. из числа доказательств не имеется.
Утверждения осуждённого о том, что суд в обоснование его вины сослался в приговоре на его объяснение (т. 1 л.д. 41), несостоятельны, поскольку согласно приговору данное объяснение судом в качестве доказательства не признано, а лишь учтено при установлении обстоятельств, смягчающих наказание.
Суд обоснованно дал критическую оценку показаниями осуждённого в судебном заседании о том, что он наносил удары потерпевшему на почве личных неприязненных отношений, возникших из-за ревности к ФИО 5 а не с целью хищения его имущества, а также о том, что мобильный телефон ФИО 1 он подобрал на полу подъезда, изначально не предполагая, что это устройство принадлежит именно потерпевшему, и у него не было никаких оснований совершать хищение, исходя из совокупности представленных доказательств. Судебная коллегия соглашается с этими выводами и расценивает эти показания, как данные Плехуном Д.В. с целью избежать ответственности за содеянное.
Также суд первой инстанции обоснованно признал показания потерпевшего ФИО 1 достоверными и положил в основу обвинительного приговора, дав им вопреки доводам апелляционных жалоб надлежащую оценку в совокупности с иными собранными по делу доказательствами. Суд привел в приговоре мотивы признания данных показаний соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Показания потерпевшего не нуждаются в критической оценке, поскольку вопреки утверждениям, изложенным в апелляционных жалобах, являются подробными и последовательными, как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, не содержат существенных противоречий. Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что потерпевший прямо или косвенно заинтересован в исходе дела либо имел основания для оговора осужденного, по делу не установлено. Объективных оснований не согласиться с данными выводами судебная коллегия не находит.
То обстоятельство, что, давая первоначальные объяснения по факту совершённого преступления, о чём указано в апелляционных жалобах, потерпевший ФИО 1 не сообщал о предъявлении ему нападавшим каких-либо требований, и это подтверждено показаниями свидетеля ФИО 8 - оперативного сотрудника, не свидетельствует безусловно о даче потерпевшим иных показаний в ходе дальнейших допросов, которые проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в том числе, с разъяснением ФИО 1 ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.
Также несостоятельны доводы апелляционных жалоб и о необходимости критической оценки показаний свидетеля ФИО 5 ввиду их недостоверности, поскольку показания данного свидетеля не содержат существенных противоречий и не опровергают версию обвинения о совершении Плехуном Д.В. разбойного нападения, равно как и показания свидетеля ФИО2 приведённые выше.
Оценивая доводы апелляционной жалобы осуждённого о недостоверности показаний свидетеля ФИО 4 в части изложенных им якобы со слов самого Плехуна Д.В. обстоятельствах совершения преступления, поскольку осуждённый подобных сведений ему не сообщал, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Оснований считать показания данного свидетеля недопустимыми доказательствами не имеется. В то же время, согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 6 февраля 2004 года N 44-О, допрос дознавателя и следователя о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, противоречит уголовно-процессуальному закону. В равной степени это относится к сотруднику полиции, который осведомлён об обстоятельствах преступления из беседы с осуждённым.
При таких обстоятельствах в описательно-мотивировочной части приговора из показаний свидетеля ФИО 4 подлежит исключению указание на фактические обстоятельства совершения преступления, сведения о которых получены им в ходе беседы с Плехуном Д.В., как на доказательство вины осуждённого. Однако вносимое изменение в судебный акт не влияет на обоснованность выводов суда о виновности осуждённого, которая с достаточной полнотой подтверждается другими доказательствами, приведёнными судом в приговоре, в том числе, исследованной судом видеозаписью, на которой вопреки утверждениям осуждённого очевидно зафиксировано нападение Плехуна Д.В. на потерпевшего, нанесение ему ударов по голове бутылкой и по телу ногами и руками, ощупывание карманов потерпевшего и хищение его мобильного телефона.
Не могут быть приняты во внимание доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе судом первой инстанции в удовлетворении замечаний на протокол судебного заседания, поскольку суд правомочен самостоятельно решать вопрос о соответствии содержания протокола судебного заседания фактическим обстоятельствам проведения судебного заседания, что не свидетельствует о нарушении прав участников процесса.
Утверждение осужденного о необходимости допроса свидетеля ФИО 6 и необоснованном отказе суда в этом, не может быть принято во внимание, поскольку не свидетельствует о незаконности приговора суда. Как видно из протокола судебного заседания, явка указанного свидетеля в судебное заседание стороной защиты не обеспечена. Кроме того, данное лицо в ходе предварительного расследования не допрашивалось, в списке обвинительного заключения не указано, в связи с чем не подлежало обязательному вызову в суд для допроса в качестве свидетеля.
Также не могут быть приняты во внимание доводы осуждённого о необоснованном отказе в удовлетворении его ходатайств об истребовании медицинских документов в отношении потерпевшего и проведении в отношении его судебно-психиатрической экспертизы, поскольку данные ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона с приведением мотивов принятых решений, с которыми соглашается и судебная коллегия.
Вопреки доводам апелляционных жалоб основания, по которым в основу приговора положены одни доказательства и критически оценены другие, в приговоре подробно приведены. Доводы апелляционных жалоб о незаконности и необоснованности приговора ввиду того, что он постановлен на предположениях, судебная коллегия не может признать состоятельными, поскольку они полностью опровергаются материалами уголовного дела и приведёнными в приговоре суда доказательствами, которым дана надлежащая оценка в их совокупности.
Все приведённые стороной защиты и осужденным в апелляционных жалобах доводы о невиновности осуждённого, нарушениях при производстве предварительного следствия, были предметом оценки суда первой инстанции, отвергая которые, суд привёл убедительные мотивы, основанные на материалах дела, поэтому разделяются и судебной коллегией.
Данных, свидетельствующих о незаконном возбуждении уголовного дела, об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения, нарушении прав осужденного на стадии следствия, в материалах дела не имеется и в суд не представлено.
Вопреки доводам жалобы осужденного, председательствующий в судебном заседании, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечил полное равноправие сторон, принял все предусмотренные законом меры по реализации принципа состязательности, создал все необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.
Приговор суда соответствует требованиям ст.ст. 307 - 309 УПК РФ, содержит четкое и подробное описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива, целей и последствий преступления, исследованных в судебном заседании доказательств и мотивы принятого решения, мотивированы выводы относительно правильности квалификации совершенного осужденным преступления.
Оценивая доводы осуждённого и его защитника о несогласии с квалификацией его действий по ст. 162 ч. 2 УК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.
По смыслу закона разбой считается оконченным с момента нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, вне зависимости от того, имел ли виновный возможность распорядиться похищенным или нет. Само изъятие имущества, способ изъятия и причинение имущественного ущерба находятся за рамками объективной стороны этого преступления. Как разбой также квалифицируется нападение с целью завладения имуществом, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, которое хотя и не причинило вред здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность для его жизни или здоровья. Такие обстоятельства по уголовному делу судом были установлены, поэтому он правильно квалифицировал действия Плехуна Д.В. по ч. 2 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия. Оснований для иной квалификации судебная коллегия не усматривает.
Доводы апелляционных жалоб судебная коллегия считает неубедительными, направленными на переоценку доказательств, оснований к чему не находит.
Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.
Оценивая доводы государственного обвинителя об отсутствии во вводной части приговора сведений о наличии у Плехуна Д.В. судимостей по приговору Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 августа 2007 года и по приговору Комсомольского районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 декабря 2007 года, которые учитывались при назначении Плехуну Д.В. окончательного наказания по приговору Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 25 декабря 2009 года, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
В соответствии с п. "г" ч. 3 ст. 86 УК РФ (в редакции, действовавшей до 3 августа 2013 года) судимость погашается в отношении лиц, осужденных к лишению свободы за тяжкие преступления, - по истечении шести лет после отбытия наказания.
В силу ст. 95 УК РФ (также и в редакции, действовавшей до 18 апреля 2010 года), для лиц, совершивших преступления до достижения возраста восемнадцати лет, сроки погашения судимости, предусмотренные частью третьей статьи 86 УК РФ, сокращаются и соответственно равны трём годам после отбытия лишения свободы за тяжкое или особо тяжкое преступление
Согласно ч. 6 ст. 86 УК РФ погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, предусмотренные Уголовным кодексом РФ, связанные с судимостью.
Из материалов дела следует, что приговорами Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 августа 2007 года и Комсомольского районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 декабря 2007 года Плехун Д.В. осуждался, в том числе, за тяжкие преступления, совершённые в несовершеннолетнем возрасте.
Назначенное этими приговорами Плехуну Д.В. условное осуждение отменялось приговором Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 25 декабря 2009 года, и окончательное наказание назначалось ему по правилам ст. 70 УК РФ с направлением осуждённого в исправительное учреждение. В дальнейшем неотбытая часть наказания по приговору Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 25 декабря 2009 года также на основании ст. 70 УК РФ частично присоединялась к наказанию по приговору Ленинского районного суда г. Саратова от 11 ноября 2015 года, и Плехун Д.В. отбыл назначенное ему окончательное наказание 7 февраля 2017 года, освободившись из исправительного учреждения по отбытию срока.
Таким образом, срок погашения судимости по приговорам Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 августа 2007 года и Комсомольского районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 декабря 2007 года истёк 7 февраля 2020 года, то есть до совершения преступления, за которое Плехун Д.В. осуждён обжалуемым приговором.
Учитывая, что сроки погашения судимости, установленные статьями 86 и 95 УК РФ, за каждое преступление исчисляются самостоятельно, а окончательное наказание назначалось Плехуну Д.В. приговором Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 25 декабря 2009 года по правилам ст. 70 УК РФ, оснований для включения во вводную часть приговора сведений о наличии у Плехуна Д.В. судимостей по приговорам от 27 августа 2007 года и от 27 декабря 2007 года не имелось ввиду их погашения. При таких обстоятельствах данный довод государственного обвинителя является несостоятельным.
Вместе с тем судебная коллегия соглашается с доводами апелляционного представления о необоснованном указании во вводной части приговора в качестве судимости сведений об установлении в отношении Плехуна Д.В. административного надзора на основании решения Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 8 февраля 2018 года, поскольку это противоречит требованиям ч. 4 ст. 304 УПК РФ, и считает необходимым исключить их из вводной части приговора суда. В то же время, доводы государственного обвинителя о необходимости указания этих сведений во вводной и описательно-мотивировочной частях приговора в качестве иных данных о личности осуждённого судебная коллегия отклоняет ввиду того, что административный надзор указанным решением суда устанавливался в отношении Плехуна Д.В. на период с 19 февраля 2018 года по 29 мая 2018 года, и на момент совершения преступления, за которое он осуждён обжалуемым приговором, этот срок истёк.
Нельзя согласиться с доводами апелляционного представления о несправедливости приговора и необходимости назначения Плехуну Д.В. более строгого наказания.
Назначенное Плехуну Д.В. наказание отвечает требованиям ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, назначено с учётом конкретных обстоятельств дела, наличия смягчающих и отягчающего обстоятельств, данных о личности виновного, а также влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.
Судом правильно учтены в качестве смягчающих наказание обстоятельств в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ активное способствование расследованию преступления и розыску имущества, добытого в результате преступления, выразившееся в сообщении обстоятельств совершения преступления непосредственно при задержании, когда сотрудникам полиции ещё не было известно о причастности Плехуна Д.В. к совершению преступления; в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - частичное признание вины раскаяние в содеянном, состояние его здоровья, потеря родителей, увлечение спортом и наличие спортивных достижений, признание иска, положительная характеристика из следственного изолятора.
Кроме того, судом учтено, что Плехун Д.В. не состоит на учёте в наркологическом и психоневрологическом диспансерах, имеет постоянное место жительства, имел неофициальный заработок.
Также суд правильно установил отсутствие оснований для признания отягчающим обстоятельством в силу ч. 1.1 ст. 63 УК РФ совершение преступления Плехуном Д.В. в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, а также наличие в действиях осуждённого опасного рецидива преступлений в силу п. "б" ч. 3 ст. 18 УК РФ, и отягчающее обстоятельство в соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 63 УК РФ - рецидив преступлений.
В связи с наличием указанного отягчающего обстоятельства, несмотря на наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд обоснованно не учёл при назначении наказания положения ст. 62 ч. 1 УК РФ.
Суд также обоснованно пришёл к выводу о назначении осуждённому наказания именно в виде лишения свободы и об отсутствии оснований для применения положений ч. 3 ст. 68, ст.ст. 64, 73 УК РФ, и изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ. Суд апелляционной инстанции считает данные выводы правильными.
Кроме того, судебная коллегия соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для назначения осуждённому дополнительных наказаний, предусмотренных санкцией ч. 2 ст. 162 УК РФ.
При таких обстоятельствах судебная коллегия считает назначенное Плехуну Д.В. наказание справедливым, соответствующим тяжести содеянного, и оснований к его ужесточению не усматривает.
Вид исправительного учреждения осуждённому определён верно в соответствии с положениями п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ.
Вопросы об исчислении срока наказания, о зачёте в срок лишения свободы времени содержания под стражей в отношении Плехуна Д.В., а также о гражданском иске и судьбе вещественных доказательств судом разрешены верно.
С учётом вышеизложенных обстоятельств приговор суда подлежит изменению, апелляционное представление - частичному удовлетворению, а оснований для удовлетворения апелляционных жалоб защитника и осужденного не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13 - 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 3 декабря 2020 года в отношении Плехуна Дмитрия Викторовича изменить:
- исключить из вводной части приговора сведения об установлении в отношении Плехуна Дмитрия Викторовича административного надзора на основании решения Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 8 февраля 2018 года на период с 19 февраля 2018 года по 29 мая 2018 года;
- исключить из описательно-мотивировочной части приговора из показаний свидетеля Мавлютова Ш.Р. указание на фактические обстоятельства совершения преступления, сведения о которых получены им в ходе беседы с осуждённым, как на доказательство вины Плехуна Дмитрия Викторовича.
В остальной части приговор суда - оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя - помощника прокурора Автозаводского района г. Тольятти Самарской области Немолькина А.А. - удовлетворить частично, апелляционные жалобы адвоката Гоношилова О.Е. и осуждённого Плехуна Д.В. с дополнениями - оставить без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осуждённым, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу, в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.
В случае подачи кассационной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий: подпись О.В. Прохорова
Судьи: подпись Е.В. Леонтьева
подпись Н.С. Малахова
Копия верна.
Председательствующий:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
