Дата принятия: 31 августа 2020г.
Номер документа: 18АП-7380/2020, А34-4462/2019
ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 31 августа 2020 года Дело N А34-4462/2019
Резолютивная часть постановления объявлена 24 августа 2020 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 31 августа 2020 года.
Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Баканова В.В., судей Тарасовой С.В. и Карпусенко С.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания Захарцевым Д.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества "Молоко" на решение Арбитражного суда Курганской области от 13 мая 2020 г. по делу N А34-4462/2019.
В судебном заседании приняли участие представители:
публичного акционерного общества "Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу" - Фефелов Д.А. (диплом, доверенность N 1943 от 24.12.2018);
акционерного общества "Молоко" - Тюкалова Н.С. (диплом, доверенность N 2 от 08.06.2020).
Публичное акционерное общество "Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу" (далее - истец, ПАО "СКБ-банк", банк) обратилось в Арбитражный суд Курганской области с уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) исковым заявлением к акционерному обществу "Молоко" (далее - ответчик, АО "Молоко") о взыскании 774 164 руб., в том числе 750 944 руб. расходов, необходимых для восстановления поврежденного транспортного средства (с учетом допущенной технической ошибки в расчетах), 18 000 руб. расходов на проведение авто-товароведческой экспертизы, 5 220 руб. расходов на аварийную транспортировку транспортного средства с места ДТП. К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Цыпалов Евгений Игоревич, публичное акционерное общество Страховая компания "Росгосстрах" (далее - третьи лица, Цыпалов Е.И., ПАО СК "Росгосстрах"). Решением Арбитражного суда Курганской области от 20.05.2020 (резолютивная часть объявлена 13.05.2020) исковые требования удовлетворены, также с АО "Молоко" в пользу Федерального бюджетного учреждения Уральский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации взыскано 20 000 руб. за проведение судебной экспертизы. ПАО "СКБ-банк" из федерального бюджета возвращена излишне уплаченная государственная пошлина в размере 1 774 руб. 69 коп. Не согласившись с принятым решением суда, АО "Молоко" обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда и направить дело на новое рассмотрение.
По мнению подателя апелляционной жалобы, судом первой инстанции дано неверное толкование заключения судебной экспертизы N 3711/08-3 от 25.12.2019, выполненного Федеральным бюджетным учреждением Уральский региональный центр судебной экспертизы и его правового значения для дела. Ответчик считает, что расчет подлежащей взысканию суммы следует производить не из стоимости восстановительного ремонта автомобиля, а исходя из установленной судебным экспертом его рыночной стоимости (с учетом фактически произведенной страховой компаний выплаты).
Взысканная судом сумма на восстановление поврежденного транспортного средства не отвечает критерию разумности, является чрезмерно завышенной. Ответчик полагает, что существует иной способ восстановления нарушенного права истца - ремонт картера коробки передач автомобиля (КПП), поскольку в материалах дела отсутствует документ, подтверждающий необходимость замены КПП в сборе.
Податель жалобы отмечает, что суд не рассмотрел довод АО "Молоко" относительно необходимости снижения расходов по оплате услуг независимой авто-товароведческой экспертизы, проведенной оценщиком ООО "Автоэкспертиза 96", до разумных пределов. Кроме того, сумма возмещения реального ущерба не может превышать стоимость поврежденного имущества, либо стоимость работ по приведению этого имущества в состояние, существовавшее на момент причинения вреда.
Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы и требование апелляционной жалобы по изложенным в ней основаниям, представил письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ.
Представитель истца возразил против доводов и требования апелляционной жалобы по мотивам представленного отзыва и дополнения к нему, просил оставить решение суда без изменения, считая его законным и обоснованным.
Третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте слушания дела на интернет-сайте суда, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.
С учетом мнения представителей сторон, в соответствии со статьями 123, 156, 159 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц.
По основаниям и в порядке, предусмотренным пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ, в составе суда произведена замена отсутствующего по уважительной причине судьи Бабиной О.Е. судьей Карпусенко С.А., после чего рассмотрение дела произведено с самого начала.
Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.
Как следует из материалов дела, в связи с произошедшим 14.08.2018 дорожно-транспортным происшествием (далее - ДТП) на 53 км + 600 м автодороги Екатеринбург-Шадринск-Курган с участием грузовой автомашины "ТАТА-438441", государственный регистрационный знак А 485 КО 45, принадлежащей ответчику (под управлением Цыпалова Е.И.) и автомобиля марки 1981-0000060 (Fiat), государственный регистрационный знак Т 813 СТ 96, принадлежащего на праве собственности истцу (т. 1, л.д. 14-16), автомобиль истца получил механические повреждения. Факт данного ДТП подтверждается протоколом осмотра места совершения административного правонарушения от 14.08.2018 (т. 1, л.д. 124-132), справкой о ДТП от 14.08.2018 (т. 1, л.д. 133-134) и ответчиком не оспаривается. Лицом, виновным в ДТП, признан водитель автотранспортного средства ответчика Цыпалов Е.И., водитель истца Маслюков И.А. правил дорожного движения не нарушил. За услуги ООО "УралТехСервис" по транспортировке автомобиля истца с места ДТП банком перечислено 5 220 руб. (т. 1, л.д. 25, 26). Третьим лицом - ПАО СК "Росгосстрах", в котором на момент ДТП был застрахован риск гражданской ответственности АО "Молоко", истцу выплачено страховое возмещение в размере 400 000 руб. (т. 1, л.д. 24).
С целью определения стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства истец обратился к независимому оценщику ООО "Автоэкспертиза 96". За осмотр транспортного средства, расчет стоимости ремонта и рыночной стоимости автомобиля истец перечислил 18 000 руб. (т. 1, л.д. 13, т. 2, л.д. 45). Согласно экспертному заключению N 250/18 от 19.10.2018 о стоимости восстановительного ремонта спорного транспортного средства, выполненного ООО "Автоэкспертиза 96", стоимость ремонта автомобиля Fiat 1981-0000060 (государственный номер Т 813 СТ 96) составит 1 235 330 руб. 91 коп., с учетом износа 657 900 руб. (т.1, л.д. 33-54). Полагая, что АО "Молоко" является лицом, ответственным за ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия принадлежащему истцу транспортному средству, банк направил в адрес ответчика требование о возмещении вреда (т.1, л.д. 27-28, 30-31). Поскольку в добровольном порядке ответчиком требование не удовлетворено, банк обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением. В ходе судебного разбирательства истцом также представлены документы в подтверждение фактически произведенных расходов на проведение части ремонтных работ на общую сумму 390 894 руб. (т. 3 л.д. 159-163).
Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции посчитал доказанной вину ответчика в причинении истцу ущерба и необходимость возместить расходы на ремонт поврежденного транспортного средства и сопутствующие убытки в заявленном ПАО "СКБ-банк" размере.
Апелляционный суд при рассмотрении дела исходит из следующего.
Возмещение убытков является одним из способов защиты нарушенных гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)). В соответствии со статьей 1082 ГК РФ возмещение вреда производится либо в натуре, либо посредством взыскания убытков.
Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Как установлено пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Для применения ответственности, предусмотренной указанной нормой права, необходимо наличие состава правонарушения, включающего причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вину, а также причинно-следственную связь между действиями ответчика и возникшими у истца неблагоприятными последствиями, доказанность размера вреда.
Статьей 1072 ГК РФ установлено, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба. Лицо, которому причинены убытки (потерпевший), обладает правом предъявления требования о возмещении вреда в пределах максимального лимита суммы страхового возмещения по ОСАГО, установленного в статье 7 Закона об ОСАГО (в редакции, действовавшей на момент ДТП), к страховщику причинителя вреда.
В рассматриваемом случае, в пределах лимита, установленного статьей 7 Закона об ОСАГО (400 000 руб., (в редакции, действовавшей на момент ДТП)), ответственность по данному страховому случаю понесена ПАО СК "Росгосстрах".
Однако, разница между выплаченной третьим лицом суммой страхового возмещения по договору обязательного страхования имущества и расходов, необходимых для восстановления поврежденного транспортного средства составила большую сумму, чем выплачено страховщиком по Закону об ОСАГО.
Согласно заключению судебной экспертизы N 3711/08-3 от 25.12.2019: стоимость восстановительного ремонта автомобиля "1981-0000060", государственный регистрационный знак Т 813 CT 96, поврежденного в результате происшествия 14.08.2018, без учета износа может составить 1 163 956 руб., с учетом износа 50% - 662 200 руб. Рыночная стоимость автомобиля "1981-0000060" (аналогичного, технически исправного), определенная сравнительным подходом (рыночный метод), может составить 587 856 руб. (т.4, л.д. 136-150).
Заключение экспертизы сторонами документально не опровергнуто, ходатайств о назначении повторной либо дополнительной экспертизы не заявлено.
Представленные в материалы дела калькуляции, составленные ООО "ТК Сервис Регион", привлеченного страховой организацией (т. 2, оборот л.д. 75-77), ООО "Автоэкспертиза 96" (т.1, л.д. 40-44) содержат арифметически близкие данные о стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства истца: 1 169 636 руб. и 1 235 330 руб. 91 коп. соответственно (с учетом износа 628 800 руб. и 657 900 руб.). Отклонение определенных различными специалистами итоговых сумм стоимости восстановительного ремонта находится в пределах 7% от стоимости, определенной заключением судебной экспертизы.
В деле также находится представленная истцом копия заказа-наряда ИП Соснова В.Л. на фактически выполненные работы на общую сумму 390 894 руб. (т.3, л.д. 159-163), включая установку небронированного капота на автомобиль взамен поврежденной в ДТП детали.
Истцом при формировании окончательных требований учтена стоимость фактически выполненных восстановительных работ автомобиля согласно заказу-наряду от 23.05.2019 (за исключением сумм на установку небронированного капота), а именно в размере 370 914 руб. (расчет - стр. 2 уточенного заявления, т.5, л.д. 87-88), а также сумм для восстановления бронекапсулы автомобиля, необходимой для его использования по назначению - замена бронированного стекла, замена бронированного капота (108 000 руб.+ 32 000 руб. и 13 4000 руб. + 1200 руб. соответственно - т. 4, л.д. 118, т. 5, л.д. 64).
Стоимость коробки передач и работ по ее замене принята истцом по калькуляции ООО "Автоэкспертиза 96" (497 821 руб. и 7 009 руб. соответственно, т.1, л.д. 40, 43).
После определения судебным экспертом стоимости КПП, работ по ее установке (534 819,67 руб. и 7 310 руб., т.4, л.д. 142), истец правом на уточнение требований в данной части не воспользовался.
Таким образом, цена иска в части расходов, необходимых для проведения восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства ПАО "СКБ-банк" сложилась из сумм, фактически уплаченных истцом за ремонтные работы, и расходов, которые банк должен будет понести с учетом поступившей страховой выплаты.
Податель жалобы считает, что расчет подлежащей взысканию суммы следует производить не из стоимости восстановительного ремонта автомобиля, а исходя из установленной судебным экспертом рыночной стоимости автомобиля. Кроме того, в части расходов по КПП ответчик указывает на необходимость ее ремонта, а не взыскания стоимости установки новой КПП.
Отклоняя доводы подателя жалобы, суд апелляционной инстанции отмечает, что в отличие от законодательства об ОСАГО Гражданский кодекс провозглашает принцип полного возмещения вреда. В контексте конституционно-правового предназначения статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 ГК РФ, Закон об ОСАГО, как регулирующий иные - страховые отношения, и основанная на нем Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства не могут рассматриваться в качестве нормативно установленного исключения из общего правила об определении размера убытков в рамках деликтных обязательств и, таким образом, не препятствуют учету полной стоимости новых деталей, узлов и агрегатов при определении размера убытков, подлежащих возмещению лицом, причинившим вред.
Данная правовая позиция содержится в Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 10.03.2017 N 6-П, которая носит общий характер и распространяется на все предусмотренные пунктом 15 статьи 12 Закона об ОСАГО формы возмещения вреда.
Исходя из абзаца 2 пункта 15 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 N 52, статьи 6 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, правовые позиции, изложенные Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 10.03.2017 N 6-П, являются общеобязательными и исключают любое иное их истолкование в правоприменительной практике.
В указанном постановлении Конституционный Суд Российской Федерации дал оценку конституционности норм статьи 15, пункту 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункту 1 статьи 1079 ГК РФ, с целью разъяснения возникающих в судебной практике вопросов, касающихся возмещения потерпевшему - владельцу транспортного средства вреда в размере, превышающем размер страхового возмещения.
Поскольку в настоящем случае ущерб причинен специфичному транспортному средству, используемому в целях инкассации, суд первой инстанции обосновано признал верным выбор истцом способа защиты нарушенных прав в виде взыскания стоимости восстановительного ремонта за вычетом выплаченного страхового возмещения. Принимая во внимание применение к бронированной технике специальных требований, основанных на обеспечении безопасности людей и перевозимых ценностей, в том числе установленных "ГОСТ 34282 - 2017. Межгосударственный стандарт. Защита броневая автомобилей. Общие технические требования", не предполагающих эксплуатацию автомобиля с дефектами, снижающими класс броневой защиты, а также определяющих производство ремонта броневых деталей только по утвержденной документации предприятия-изготовителя, применение истцом методики расчета цены иска, является правомерной, основанной как на данных о стоимости ремонта узлов и деталей, не относящихся к бронекапсуле, так и бронированных деталей по ценам, сообщенным предприятием-изготовителем.
Суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что рассчитанная различными экспертными организациями, в том числе судебным экспертом, рыночная стоимость автомобиля на основе данных имеющихся в открытом доступе предложений бывших в употреблении автомобилей к продаже, не может оказать влияния на оценку объема подлежащих удовлетворению требований истца, поскольку отражает усредненные данные о стоимости автомобилей без учета особенностей поврежденного транспортного средства.
В имеющихся в материалах дела заключениях, в том числе судебной экспертизы, не содержится данных о классе бронирования автомобилей, принятых в качестве аналогов, не исследовалось совпадение базовых и дополнительных опций, не устанавливалось наличие повреждений бронированных элементов, как и проведение, либо непроведение ремонта сертифицированными организациями с учетом документации предприятий-изготовителей.
Указанные обстоятельства в данном случае имеют существенное значение, поскольку проведение ремонтных работ бронеавтомобилей без соблюдения указанных условий влечет невозможность их использования в целях инкассации, а также значительно повышает стоимость ремонтных работ.
Само по себе наличие на рынке предложений к продаже специализированных автомобилей не может быть признано судом равнозначным возможности их использования для инкассаторских перевозок, при этом эксплуатация бронированного автомобиля с поврежденными бронированными элементами в целях перевозок обычных грузов не исключена. В связи с чем, суд полагает невозможным использовать определенную судебным экспертом рыночную стоимость автомобиля, рассчитанную на основе имеющихся в общем доступе данных, как достоверную. Данные, позволяющие утверждать, что какое-либо из исследованных экспертами предложений относится к автомобилю, совпадающему с поврежденным автомобилем истца по всем опциям, в том числе определяющим его специальное назначение, по классу бронирования, в деле отсутствуют. Довод ответчика о возможности покупки аналогичного автомобиля по более низкой цене, чем осуществление ремонта поврежденного в ДТП автомобиля, являются субъективным мнением стороны, доказательств в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено.
Кроме того, собственник транспортного средства, реализуя права, предусмотренные статьей 209 ГК РФ, самостоятельно определяет его судьбу и разрешает вопрос о целесообразности ремонта своего имущества, иначе это ставило бы истца в материальную зависимость от необходимости вынужденной продажи поврежденного автомобиля, в то время как он таких намерений не имеет, желает восстановить его.
Суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что определение целесообразности ремонта относится к правомочиям истца, а также об отсутствии оснований считать заявленные банком требования, направленными на получение неосновательного обогащения.
Довод ответчика о возможности ремонта коробки передач, получившей повреждения при ДТП, что могло бы исключить ее замену, снизить расходы на ремонт в данной части, в ходе судебного разбирательства подтверждения не нашли.
Эксперт Микрюков А.В. ссылается на сложившуюся практику полной замены данного узла, также полная замена коробки передач включена во все калькуляции, имеющиеся в материалах дела, дополнительно на необходимость полной замены коробки передач, а не ее ремонта, указано в письменных пояснениях руководителем ООО "Автоэкспертиза 96" (т.3, л.д. 86-92).
Наличие повреждений ответчиком не оспаривалось, зафиксировано в ходе осмотра страховой организацией, а также ООО "Автоэкспертиза 96" (т.2, оборот л.д. 96-99, т.3, л.д. 88-89).
Относительно произведенного ПАО "СКБ-банк" ремонта КПП в виде сварки корпуса аргоном согласно заказ-наряда от 23.05.2019 истец в суде апелляционной инстанции пояснил, что сварка корпуса произведена как временная мера для целей транспортировки аварийного транспортного средства до места ремонта.
Исходя из пояснений судебного эксперта о невозможности установления стоимости бронированных деталей и работ правомерным является определение истцом стоимости деталей и работ по их замене (бронированное стекло и бронированный капот) на основании данных ООО "Кольчуга" - разработчика и завода-изготовителя автомобилей специальных бронированных (т. 4, л.д. 118, т. 5, л.д. 64).
Таким образом, размер ущерба, заявленный ПАО "СКБ-банк" к взысканию в части расходов, необходимых для восстановительного ремонта транспортного средства (которые истец произвел, а также должен будет произвести с учетом суммы страховой выплаты) является обоснованным и документально подтвержденным материалами дела.
Выводов о невозможности восстановления автомобиля экспертное заключение не содержит, из иных материалов дела данный вывод не следует, поэтому заявленные истцом требования соответствуют способу восстановления нарушенного права, который истец вправе реализовать в данном случае (восстановить автомобиль посредством ремонта). Данных об ином способе восстановления нарушенных прав банка ответчиком в дело не представлено. Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика расходов на проведение независимой экспертизы в размере 18 000 руб.
В качестве доказательства произведенных расходов истцом предоставлены суду копии экспертного заключения N 250/18 от 119.10.2018, составленного ООО "Автоэкспертиза 96", договора на оказание услуг от 15.10.2018, акта о выполнении работ N 124 от 25.10.2018 и платежного поручения N 152700 от 29.11.2018 на сумму 18000 руб. об оплате за оценку (т. 1, л.д. 12, 13, 33-54, т.2, л.д. 45, т. 4, л.д. 25-33). Часть исковых требований основана истцом на указанном заключении ООО "Автоэкспертиза 96" о стоимости восстановительного ремонта (стоимость КПП, работ по замене данного узла).
Таким образом, расходы в указанной сумме подтверждены документально, понесены банком в целях восстановления своих прав, поэтому по смыслу статьи 15 ГК РФ также являются убытками, которые подлежат возмещению ответчиком.
Поскольку в данном случае речь идет о взыскании убытков, само по себе превышение стоимости экспертизы над средней стоимостью таких же экспертиз, не является основанием для отказа во взыскании расходов либо их снижения, при условии, что они фактически понесены, связаны с необходимостью восстановления нарушенного права, и в поведении истца, заказавшего рассматриваемый отчет (заключение), отсутствуют признаки злоупотребления принадлежащими ему правами, отсутствуют действия, направленные на намеренное причинение страховщику убытков, увеличение своих убытков.
При рассмотрении настоящего дела вышеизложенных обстоятельств из материалов дела не установлено, ответчиком их наличие не доказано.
Действительно, потерпевший должен принимать разумные меры для уменьшения возникших у него убытков, для установления действительного размера причиненного ущерба.
Обращение потерпевшего к оценщику обусловлено необходимостью установления размера причиненного ущерба, то есть признаки злоупотребления правом с его стороны в указанном поведении отсутствуют.
Истец не является профессиональным участником спорных правоотношений, не обладает знаниями о стоимости услуг в сфере оценочной деятельности, в силу чего выбор им оценщика обусловлен собственными знаниями, предпочтениями. Доказательств того, что истец обращался к конкретному оценщику по мотиву последующего взыскания с ответчика более высокой стоимости услуг по оценке в деле не имеется.
Требования истца о возмещении расходов на транспортировку поврежденного транспортного средства с места ДТП в размере 5 220 руб. признаны ответчиком, их несение истцом также документально подтверждено (т.1, л.д. 25-26).
Таким образом, требования ПАО "СКБ-банк" о возмещении убытков в виде расходов, необходимых для восстановления поврежденного в ДТП транспортного средства (с учетом полученной суммы страховой выплаты, стоимости фактически произведенных работ и работ, которые истец должен будет произвести), понесенных на проведение экспертизы, транспортировку поврежденного транспортного средства с места ДТП правомерно удовлетворены судом первой инстанции в полном объеме - 774 164 руб. ((780 030 + 370 914 - 400 000) + 18 000 +5 220).
На основании статей 106, 110 АПК РФ на ответчика отнесены расходы по оплате судебной экспертизы.
При таких обстоятельствах решение суда является правильным, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, имеющимся в деле доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению как необоснованные по приведенным выше мотивам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены вынесенного судебного акта, не установлено. С учетом изложенного решение суда следует оставить без изменения, апелляционную жалобу АО "Молоко" - без удовлетворения. На основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы ответчика по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы относятся на его счет.
Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
решение Арбитражного суда Курганской области от 13 мая 2020 г. по делу N А34-4462/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества "Молоко" - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.
Председательствующий судья В.В. Баканов
Судьи: С.В. Тарасова
С.А. Карпусенко
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
