Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 23 июля 2020 года №10АП-5441/2020, А41-34943/2019

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 23 июля 2020 года Дело N А41-34943/2019
Резолютивная часть постановления объявлена 22 июля 2020 года
Постановление изготовлено в полном объеме 23 июля 2020 года
Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Ивановой Л.Н.,
судей Юдиной Н.С., Миришова Э.С.,
при ведении протокола судебного заседания: Князевым Н.В.,
рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО "Стерапром" на решение Арбитражного суда Московской области от 28.02.2020 по делу N А41-34943/19 по исковому заявлению ООО "Исратэк" к ООО "Стерапром" о взыскании денежных средств и по встречному исковому заявлению ООО "Стерапром" к ООО "Исратэк" о признании сделки недействительной,
при участии в заседании:
от ООО "Стерапром" - Кухтина М.И. по доверенности от 03.06.2020 N 4/суд;
от ООО "Исратэк" - Федосеев С.В. по доверенности от 23.03.2020,
УСТАНОВИЛ:
ООО "Исратэк" обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ООО "Стерапром" о взыскании 1 066 000 руб. основного долга по договору денежного займа N 39/12 от 09.10.2012, 276 523,46 руб. процентов за пользование займом и 346 773,81 руб. пени.
Определением Арбитражного суда Московской области от 02.07.2019 в порядке ста­тьи 132 АПК РФ к совместному рассмотрению с первоначальным иском принят встречный иск ООО "Стерапром" к ООО "Исратэк" о признании сделки, оформленной дополнительным соглашением N 1 от 01.10.2013 к договору денежного займа от 09.10.2012 N 39/12, недействительной.
Решением Арбитражного суда Московской области от 28.02.2020 первоначальные исковые требования ООО "Исратэк" удовлетворены в части взыскания с ООО "Стерапром" в пользу ООО "Исратэк" 316 000 руб. основного долга, 81 971,31 руб. процентов за пользование займом, 50 000 руб. пени и 8 861,34 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины; в удовлетворении встречного искового заявления ООО "Сте­рапром" отказано.
Законность и обоснованность указанного судебного акта проверяются по апелляционной жалобе ООО "Стерапром", в которой заявитель просит судебный акт суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.
Представитель ООО "Стерапром" в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в полном объеме, просил обжалуемый судебный акт суда первой инстанции отменить.
Представитель ООО "Исратэк" возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Проверив материалы дела, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела, 09.10.2012 между истцом (займодавец) и ответчиком (заемщик) заключен договор денежного займа N 39/12, согласно которому займодавец передает заемщику в собственность денежные средства в размере 2 000 000 руб. под 11% годовых на срок до 01.10.2013, а последний обязуется возвратить денежные средства в установленный договором срок и уплатить проценты, начисленные на сумму займа.
Дополнительным соглашением N 1 от 01.10.2013 к договору стороны внесли изменения в пункт 2.3 договора и определили, что заемщик обязуется вернуть сумму займа и начисленные проценты в срок, не позднее 30.09.2016 (т. 1 л.д. 10).
В соответствии с пунктом 3.1 договора, в случае нарушения заемщиком сроков возврата суммы займа, установленных в пункте 2.3 договора, заемщик уплачивает займодавцу пени в размере 0,03 % от неуплаченной суммы за каждый день просрочки.
Как указывает истец, им был предоставлен ответчику займ в сумме 2 000 000 руб., однако в установленный дополнительным соглашением N 1 от 01.10.2013 к договору денежного займа N 39/12 от 09.10.2012 срок заемщик сумму займа и начисленные на нее проценты не возвратил.
Оставление ответчиком без удовлетворения претензии истца о возврате суммы зай­ма, уплаты процентов за ее пользование и пени послужило основанием для обращения с настоящим иском в суд.
Отношения сторон по настоящему делу регулируются положениями главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно статье 807 ГК РФ по договору займа займодавец предает в собственность заёмщику деньги, а заёмщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег. При этом последний обязан возвратить полученную сумму и уплатить на нее проценты в срок и порядке, которые предусмотрены договором (статья 810 ГК РФ).
В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается (статья 310 ГК РФ).
Арбитражным судом определениями от 06.06.2019, от 09.07.2019, от 24.10.2019 неоднократно предлагалось представить суду доказательства фактического перечисления займодавцем в рамках вышеназванного договора займа денежных средств ответчику (надлежащим образом заверенные платежные поручения, выписки из банка).
Между тем, истцом доказательств перечисления ответчику суммы займа в испраши­ваемом в настоящем иске размере (1 066 000 руб.) в рамках договора денежного займа от 09.10.2012 N 39/12 не представлено (статья 65 АПК РФ).
В связи с возникшей необходимостью, Арбитражный суд Московской области в по­рядке статьи 66 АПК РФ направил в адрес ПАО "Московский кредитный банк" судебный запрос о предоставлении надлежащим образом заверенных платежных документов и (или) выписок по счетам, подтверждающих перечисление денежных средств в пользу ООО "Стерапром" по платежным поручениям N 2117 от 14.05.13, N 2386 от 28.05.2013.
При этом, учитывая представленные в материалы дела ответ банка ВТБ (ПАО) от 04.07.2019 об отсутствии платежных документов и выписок по счетам, подтверждающих перечисление ООО "Исратэк" в пользу ООО "Стерапром" денежных средств за период с 01.10.2012 по 31.12.2013 по спорному договору ввиду отсутствия таких перечислений (т. 2, л.д. 3), ответ банка КБ "Локо-Банк" (АО) о предоставлении в материалы дела оригина­лов платежных поручений N 02326 от 23.05.2013, N 03578 от 06.08.2013, а также банковской выписки по расчетному счету ООО "Исратэк" за период с 01.10.12 по 31.12.13 (т. 2, л.д. 5-7), а также имеющиеся в материалах дела платежные документы и банковские выписки, судом установлено, что в рамках договора денежного займа от 09.10.2012 N 39/12 истцом ответчику были перечислены только денежные средства в сумме 316 000 руб., что подтверждается представленными в материалы дела подлинниками платежных поручений N 02326 от 23.05.2013 на сумму 15 000 руб. (т. 2 л.д. 6), N 4092 от 09.10.2012 на сумму 50 000 руб. (т. 1 л.д. 152), N 2117 от 14.05.2013 на сумму 14 000 руб., N 2386 от 28.05.2013 на сумму 140 000 руб., N 3001 от 08.07.2013 на сумму 12 000 руб., N 03578 от 06.08.2013 на сумму 55 000 руб. (т. 2 л.д. 7), а также выпиской из ОАО "Альфа-Банк" по счету ООО "Исратэк" за период с 01.01.2013 по 23.12.2013, согласно которой в рамках договора денежного займа N 39/12 от 09.10.2012 истцом ответчику по платежному пору­чению N 4137 от 04.09.2013 были перечислены денежные средства в размере 30 000 руб.
В соответствии с частью 3 статьи 41, частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.
Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий и последствий несоблюдения установленных судом процессуальных сроков (часть 2 статьи 9 АПК РФ).
В отношении представленных истцом подлинников платежных поручений N 5097 от 28.11.2012 на сумму 100 000 руб. (т. 1 л.д. 153), N 4962 от 22.11.2012 на сумму 300 000 руб. (т. 1 л.д. 154), N 343 от 28.01.2013 на сумму 350 000 руб. (т. 1 л.д. 100) установлено, что в назначении данных платежных поручений указано, что перечисление денежных средств является финансовой помощью участника.
При этом доказательств изменения назначения платежей платежных поручений от 28.11.2012 N 5097, от 22.11.2012 N 4962, от 28.01.2013 N 343 на общую сумму 750 000 руб. истцом в материалы дела не представлено (статья 65 АПК РФ).
Таким образом, истцом в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не доказан факт перечисления ответчику суммы займа в размере 750 000 руб. в рамках договора денежного займа N 39/12 от 09.10.2012.
При указанных обстоятельствах судом первой инстанции требования истца по первоначальному иску о взыскании основного долга правомерно удовлетворены частично - в размере 316 000 руб.
Истцом по первоначальному иску также заявлено о взыскании 276 523,46 руб. процентов за пользование займом.
Согласно пункту 2.2 договора на сумму займа начисляются проценты в размере 11 процентов годовых с момента получения суммы займа заемщиком до момента возврата ее займодавцу.
Дополнительным соглашением N 1 от 01.10.2013 к договору стороны внесли изменения в пункт 2.3 договора и определили, что заемщик обязуется вернуть сумму займа и начисленные проценты в срок, не позднее 30.09.2016 (т. 1 л.д. 10).
Истец, осуществляя свои права, заявил о взыскании процентов за пользование займом за период с 30.09.2016 по 07.02.2019, произведя расчет от суммы 1066 000 руб.
Между тем, учитывая тот факт, что в рамках договора денежного займа N 39/12 от 09.10.2012 истцом ответчику была предоставлена сумма займа в размере 316 000 руб.., проценты за пользование суммой займа подлежат перерасчету, в результате которого за период с 30.09.2016 по 07.02.2019 составляют 81 971,31 руб.
Соответственно, требование первоначального иска о взыскании процентов за пользование суммой займа правомерно удовлетворено частично - в размере 81 971,31 руб.
Кроме того, поскольку ответчиком были нарушены сроки возврата займа, истцом по первоначальному иску заявлено о взыскании 346 773,81 руб. пени на основании пункта 3.1 договора и статей 330, 331 ГК РФ.
Между тем, принимая во внимание, что сумма невозвращенного ответчиком займа составляет 316 000 руб., а сумма процентов за пользование суммой займа - 81 971,31 руб., пени подлежат начислению на сумму 397 971,31 руб.
В результате произведенного перерасчета сумма пени составляет 102 795,99 руб.
В соответствии со статьей 333 ГК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.
Ответчик заявил о применении положений статьи 333 ГК РФ и уменьшении заявленных истцом пени.
В соответствии с пунктом 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 N 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" основанием для применения статьи 333 ГК РФ может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств.
Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае может быть чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммой неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательств и другие обстоятельства.
Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 ГК РФ только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика. При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.
Поскольку в силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, он может в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно при сравнимых обстоятельствах, в том числе основанные на средних показателях по рынку (изменение процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, колебания валютных курсов и т.д.). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения; о неисполнении обязательств контрагентами; о наличии задолженности перед другими кредиторами; о наложении ареста на денежные средства или иное имущество ответчика; о непоступлении денежных средств из бюджета; о добровольном погашении долга полностью или в части на день рассмотрения спора; о выполнении ответчиком социально значимых функций; о наличии у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, процентов по договору займа) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.
При этом арбитражный суд обращает внимание, что в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 N 263-О указано на то, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации именно законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод гражданина в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Это касается и свободы договора при определении на основе федерального закона таких его условий, как размеры неустойки - они должны быть соразмерны указанным в этой конституционной норме целям.
Также названным Судом разъяснено, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкрет­ного правонарушения.
В силу пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданско­го кодекса Российской Федерации", разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.
Принимая во внимание компенсационный характер неустойки (пени), принцип ее соразмерности последствиям неисполнения обязательств должником, а также принимая во внимание размер возможных убытков в связи с несвоевременным выполнением заемщиком обязательств по возврату суммы займа и уплате процентов за его пользование, учитывая чрезмерно высокий размер пени, предусмотренный договором, суд первой инстанции правомерно посчитал возможным применить положения статьи 333 ГК РФ и взыскать с ответчика пени в размере 50 000 руб.
Сумма пени в размере 50 000 руб. является справедливой, достаточной и соразмерной, принимая во внимание, что пени служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения за счет должника.
При указанных обстоятельствах судом первой инстанции требования истца по первоначальному иску о взыскании пени правомерно удовлетворены частично - в размере 50 000 руб.
Рассматривая требования встречного искового заявления, арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения ввиду следующего.
В обоснование заявленных требований истец по встречному иску указал, что на представленном ООО "Исратэк" в материалы дела дополнительном соглашении N 1 от 01.10.2013 к договору стоит печать другого юридического лица - ООО "Стерасепт", которое является аффилированным лицом ООО "Исратэк" и генеральным директором которого также является Зубова Е.Н. При этом у ООО "Стерапром" экземпляр оспариваемого дополнительного соглашения отсутствует, а о его наличии ООО "Стерапром" узнало только при ознакомлении с материалами дела N А41-10027/19 в марте 2019 г. Подпись от имени генерального директора ООО "Стерапром" Зубовой Еленой Николаевной в дополнительном соглашении N 1 от 01.10.2013 к договору выполнена не ею, а другим лицом. Истец по встречному иску также полагает, что оспариваемое дополнительное соглашение, если и было подписано Зубовой Е.Н., то под влиянием обмана.
Определением Арбитражного суда Московской области от 19.09.2019 по ходатайству ООО "Стерапром" по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза с целью определения кем, Зубовой Еленой Николаевной или иным лицом выполнена под­пись от ее имени, расположенная в дополнительном соглашении N 1 от 01.10.2013 к договору денежного займа N 39/12 от 09.10.2012.
Из выводов поступившего заключения экспертов N 4130 от 18.10.2019 (т. 2 л.д. 42­67) следует, что подпись от имени Зубовой Елены Николаевны, расположенная в дополнительном соглашении N 1 от 01.10.2013 к договору денежного займа от 09.10.2012 N 39/12, вероятно, выполнена самой Зубовой Еленой Николаевной.
Заключение, полученное по результатам судебном экспертизы, соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ и нормам Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации", в связи с чем посредством проведенной в рамках дела судебной экспертизы установлены значимые и существенные для рассмотрения настоящего спора обстоятельства, а именно: факт того, что подпись от имени Зубовой Елены Николаевны, расположенная в дополнительном соглашении N 1 от 01.10.2013 к договору денежного займа N 39/12 от 09.10.2012, вероятно, выполнена самой Зубовой Еленой Николаевной.
Несмотря на вероятностный вывод судебной экспертизы, материалами дела фактически опровергнуты доводы ООО "Стерапром" об отсутствии подписи его руководителя на дополнительном соглашении N 1 от 01.10.2013.
С учетом распределения бремени доказывания ООО "Стерапром" обязано подтвердить факт фальсификации подписи Зубовой Е.Н.
Проведенная в рамках настоящего дела судебная экспертиза эти доводы встречного искового заявления не подтвердила, иных доказательств того, что подпись не принадлежит Зубовой Е.Н., не представлено (статья 65 АПК РФ).
Таким образом, отсутствуют основания считать дополнительное соглашение N 1 от 01.10.2013 к договору денежного займа N 39/12 от 09.10.2012 неподписанным уполномоченным лицом и, как следствие, незаключенным.
При этом довод ООО "Стерапром" относительно печати общества не принимается, поскольку печать, в отличие от подписи, не является обязательным реквизитом документа в рассматриваемом случае (абзац 3 пункта 1 статьи 160 ГК РФ).
Кроме того, Зубова Е.Н. на момент заключения дополнительного соглашения N 1 от 01.10.2013 к договору денежного займа N 39/12 от 09.10.2012 одновременно являлась генеральным директором нескольких юридических лиц, в том числе истца по встречному иску и ООО "Стерасепт", поэтому при подписании спорного соглашения могла допустить ошибку при проставлении печати на спорном документе.
Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 84 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной. В случае удовлетворения иска в решении суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной. В связи с тем, что ничтожная сделка не порождает юридических последствий, она может быть признана недействительной лишь с момента ее совершения.
Ссылки истца по встречному иску на то, что представленное ООО "Исратэк" оспариваемое дополнительное соглашение было в стопке других бухгалтерских документов по проекту, которые надо было срочно подписать для банка и отдать, в связи с чем, оспариваемое дополнительное соглашение если и было подписано Зубовой Е.Н., то под влиянием обмана, ничем не подтверждаются и носят предположительный характер.
Таким образом, доводы истца по встречном иску о том, что оспариваемое соглашение подписано неуполномоченным лицом или под влиянием обмана, в силу чего является недействительным в порядке статьи 168 ГК РФ, противоречит материалам дела и представленным доказательствам.
При рассмотрении настоящего дела истцом по встречному иску не представлено достаточных, полных, достоверных, относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о наличии умысла у обеих сторон или хотя бы у одной из сторон по сделке, направленного на совершение сделки с целью введения в заблуждение или под влиянием обмана.
В соответствии с частью 3 статьи 41, частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.
Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий и последствий несоблюдения установленных судом процессуальных сроков.
Истцом по встречному иску в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не доказаны обстоятельства, положенные им в основание встречного иска, в связи с чем судом первой инстанции отказано в удовлетворении встречных исковых требований о признании сделки, оформленной дополнительным соглашением N 1 от 01.10.2013 к договору денежного займа от 09.10.2012 N 39/12, недействительной.
Исходя из установленных выше обстоятельств заявление ООО "Стерапром" о пропуске истцом по первоначальному иску срока исковой давности ввиду того, что истец уз­нал о нарушении его права почти шесть лет назад, и срок истек 01.10.2016, отклоняется.
Статьей 199 ГК РФ предусмотрено применение судом срока исковой давности только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, а истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием для отказа в иске.
В соответствии с пунктом 2 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", в соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.
В соответствии с пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
Поскольку истец по первоначальному иску обратился в суд 17.04.2019 согласно штампу канцелярии суда (т. 1 л.д. 3), истцом не был пропущен трехлетний срок исковой давности, установленный законом для настоящей категории споров с учетом дополнительного соглашения N 1 от 01.10.2013, которым срок возврата суммы займа и процентов по нему продлен не позднее 30.09.2016.
Ссылка заявителя апелляционной жалобы на то, что суд первой инстанции не дал правовой оценки доводам о том, что дополнительное соглашение N 1 к договору займа N 39/12 от 09.10.2012, если и было подписано Зубковой Е.Н., то под влиянием обмана, не соответствует фактическим обстоятельствам.
Так, судом первой инстанции в целях проверки доводов ООО "Стерапром" была назначена почерковедческая экспертиза. Из выводов заключения экспертов N 4130 от 18.10.2019 (т. 2 л.д. 42-67) следует, что подпись от имени Зубовой Еленой Николаевной, расположенная в дополнительном соглашении N 1 от 01.10.2013 к договору денежного займа N 39/12 от 09.10.2012, вероятно, выполнена самой Зубовой Еленой Николаевной.
Доказательств, опровергающих выводы экспертизы, равно как и доказательств, исключающих возможность подписания дополнительного соглашения Зубковой Е.Н., ответчиком представлено не было.
Кроме того, представитель ответчика в судебном заседании апелляционного суда не отрицал, что подпись под дополнительным соглашением исполнена Зубовой Е.Н.
Доводы ООО "Стерапром" о том, что сделка была совершена под влиянием обмана также были проверены судом первой инстанции и отклонены в связи с тем, что ответчик не представил достаточных, полных, достоверных, относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о наличии умысла у обеих сторон или хотя бы у одной из сторон по сделке, направленного на совершение сделки с целью введения в заблуждение или под влиянием обмана.
Доказательств, свидетельствующих о наличии обмана со стороны ООО "Исратэк", ответчиком представлено не было.
При этом в соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Ссылка заявителя апелляционной жалобы на протокол судебного заседания от 26 марта 2019 года по делу N А41-10027/19, как подтверждение факта наличия двух разных текстов дополнительного соглашения N 1 к договору займа, - несостоятельна.
Из указанного протокола следует, что истец представил на обозрение суда два экземпляра дополнительного соглашения N 1 к договору займа, из пункта 3 дополнительного соглашения усматривается, что данное дополнительное соглашение составлено в двух экземплярах (л.д. 151 т. 1).
Термин "экземпляр" означает отдельный предмет из множества таких же предметов.
В данном случае из протокола судебного заседания, на который ссылается заявитель апелляционной жалобы, не усматривается что в рамках дела N А41-10027/19 на обозрение суда представлялись два разных дополнительных соглашения, с разными, отличающиеся друг от друга, текстами.
Напротив, суд указал в протоколе на пункт 3 соглашения, который предусматривает существование соглашения в двух экземплярах, то есть, в двух равнозначных комплектах.
Кроме того, заявитель апелляционной жалобы не указывает, чем именно различался текст этих, по его мнению, различных дополнительных соглашений, и как это влияет на разрешение спора по существу в рамках настоящего дела.
Доводы ответчика о том, что судом первой инстанции не учтены фактические обстоятельства дела, в том числе, что ООО "Стерапром" является зависимым юридическим лицом по отношению к ООО "Исратэк", наличие платежных поручений с назначением платежа "финансовая помощь", которые ООО "Исратэк" пытался трактовать как предоставление денежных средств по договору займа, были проверены и учтены судом первой инстанции при вынесении решения.
Так, Арбитражный суд Московской области удовлетворил исковые требования ООО "Исратэк" частично, в связи с тем, что в отношении представленных истцом подлинников платежных поручений N 5097 от 28.11.12 (т. 1 л.д. 153), N 4962 от 22.11.2012 (т. 1 л.д. 154), N 343 от 28.01.2013 (т. 1 л.д. 100) в назначении указано, что перечисление денежных средств является финансовой помощью участника.
Кроме того, юридическое лицо приобретает гражданские права и несет гражданские обязанности от своего имени (пункт 1 статьи 49 ГК РФ). Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом (пункт 1 статьи 53 ГК РФ).
Законодательство не возлагает на участников юридического лица обязанность оказывать безвозмездную финансовую помощь созданному ими юридическому лицу.
При этом 09.10.2012 между ООО "Стеропром" и ООО "Исратэк" заключен договор денежного займа N 39/12, факт заключения и действительность которого сторонами не оспаривается.
В связи с этим мнение ответчика о том, что все полученные от ООО "Исратэк" денежные средства являются безвозмездной финансовой помощью от участника противоречат правовой природе обязательств по договору займа.
Довод о том, что судебные расходы полностью отнесены на ответчика, не соответствует фактическим обстоятельствам дела.
В соответствии с решением Арбитражного суда Московской области с ООО "Стерапром" было взыскано 8 861,34 руб. в качестве возмещения расходов по уплате государственной пошлины.
При этом ООО "Исратэк" при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 33 507 руб.
Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, поскольку не подтверждают правомерность позиции заявителя, противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам, данные доводы сделаны при неправильном и неверном применении и толковании норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, имеющиеся в материалах дела доказательства, оцененные судом по правилам статей 64, 67, 68, 71 АПК РФ, не подтверждают законности и обоснованности позиции заявителя.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с положения­ми части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.
На основании вышеизложенного апелляционный суд считает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.
Руководствуясь статьями 176, 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение Арбитражного суда Московской области от 28 февраля 2020 года по делу N А41-34943/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в порядке кассационного производства в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу.
Председательствующий
Л.Н. Иванова
Судьи
Н.С. Юдина
Э.С. Миришов
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка