Постановление Московского городского суда

МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 1 ноября 2022 года Дело N 10-19528/2022


г. Москва 1 ноября 2022 года

Московский городской суд в составе председательствующего судьи Бобровой Ю.В., при помощнике судьи Гариевой М.Ш., которой поручено ведение протокола судебного заседания,

с участием прокурора Зайцева И.Г.,

осужденного Ильяшова С.А.,

его защитника - адвоката Брегадзе В.В., представившего удостоверение и ордер,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного и его защитника на приговор Мещанского районного суда г.Москвы от 10 февраля 2022 года, которым

Ильяшов С.А., паспортные данные, гражданин РФ, несудимый

осужден по ст.172-1 УК РФ (в редакции Федерального закона N 218-ФЗ от 21 июля 2014 года) к наказанию в виде 1 (одного) года лишения свободы с испытательным сроком на 2 года, с возложением обязательств по условному исполнению приговора суда.

Приговором суда разрешены вопросы о мере пресечения осужденному и судьбе вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи, выступления осужденного и его защитника, поддержавших доводы апелляционных жалоб и просивших об отмене приговора суда и об оправдании Ильяшова; прокурора, полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору Мещанского районного суда г.Москвы от 10 февраля 2022 года Ильяшов С.А. признан виновным в том, что совершил фальсификацию отчетности финансовой организации, то есть внесение в отчетность страховой организации заведомо недостоверных сведений об имуществе, финансовом положении организации, а равно подтверждение достоверности таких сведений, представление таких сведений в Центральный Банк Российской Федерации в целях сокрытия предусмотренных законодательством Российской Федерации оснований для обязательного отзыва у организации лицензии и назначения в организации временной администрации.

Обстоятельства совершенного им в период времени с 22 ноября 2016 года до 23 марта 2018 года в г.Москва преступления подробно изложены в приговоре суда.

В судебном заседании подсудимый свою вину в предъявленном обвинении не признал, сообщив, что фактически в ООО "..." он исполнял обязанности заместителя генерального директора, выполняя указания Зискинда, который и являлся действительным руководителем Общества. Решения о приобретении недвижимого имущества принимал Власов как бенефициар ООО "..." и его фактический владелец. Впервые сведения об этом имуществе в бухгалтерскую отчетность вносила временная администрация во главе с Зотьевой, а он (Ильяшов) впоследствии эту отчетность подтверждал, считая ее достоверной.

В апелляционной жалобе адвокат Брегадзе В.В. считает, что суд первой инстанции неверно определил фактические обстоятельства уголовного дела, поскольку в действиях Ильяшова отсутствует состав преступления, предусмотренный ст.172-1 УК РФ. Ссылаясь на показания своего подзащитного, обращает внимание, что тот в период с 22 ноября 2916 года по 23 марта 2018 года никаких новых сведений в отчетность ООО "..." не вносил, поскольку договоры купли-продажи недвижимого имущества с ООО "..." были заключены в адрес 2016 года, и после назначения Центральным Банком РФ временной администрации сроком на 6 месяцев, обязанности руководителя Общества исполняла фио, при которой в отчетности впервые были отражены объекты недвижимого имущества, приобретенные у ООО "...". Впоследствии, начиная с отчетности за 9 месяцев 2016 года по отчетность за адрес 2018 года Ильяшов подписывал ту отчетность, с которой уже содержались сведения о недвижимом имуществе, ранее внесенные временной администрацией. С учетом объективной стороны преступления, предусмотренного ст.172-1 УК РФ (которая, по мнению защитника, характеризуется именно внесением в документы и регистры бухучета или в отчетную документацию организации заведомо неполных или недостоверных сведений о сделках, об обязательствах и имуществе организации) автор жалобы считает, что в действиях Ильяшова не могут содержаться признаки указанного состава преступления.

Также, исходя из диспозиции ст.172-1 УК РФ, указывает на отсутствие доказательств, подтверждающих наличие у Банка России в период с 22 ноября 2016 года по 23 марта 2018 года оснований для обязательного отзыва лицензии у ООО "..." и назначения временной администрации.

Выражает несогласие с выводами суда об осведомленности Ильяшова относительно фиктивного характера сделок с ООО "Корпоративный Туаэр" и об участии своего подзащитного в изготовлении фиктивных договоров по совершаемым сделкам, ввиду отсутствия на то документарных и свидетельских показаний. Также считает немотивированными выводы суда о совершении Ильяшовым инкриминируемого ему преступления совместно с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, в составе группы лиц по предварительному сговору.

Просит приговор суда отменить и вынести в отношении Ильяшова оправдательный приговор в связи с отсутствие в его действиях состава преступления.

В дополнениях указывает на неверное изложение в приговоре действительного содержания показаний свидетелей, данных ими в судебном заседании, что повлияло на постановление необоснованного обвинительного приговора. Считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, что также повлияло на принятие судом ошибочного решения о виновности Ильяшова. Обращает особое внимание на то обстоятельство, что в момент внесения в бухгалтерскую отчетность ООО "..." сведений об объектах недвижимости, Ильяшов не являлся специальным субъектом преступления, предусмотренного ст.172-1 УК РФ, и полагает, что суд пришел к противоречивому выводу о том, что, не являясь руководителем финансовой организации на момент внесения сведений в бухгалтерскую отчетность Общества, но являясь лицом, осведомленным о фиктивности сделок и желая ввести в заблуждение представителей ЦБ РФ, Ильяшов должен нести уголовную ответственность по ст.172-1 УК РФ.

Приходя к выводу, что суд первой инстанции не учел обстоятельств, которые свидетельствуют об отсутствии признаков уголовно- наказуемого деяния в его действиях, не дал надлежащей оценки всем исследованным в судебном заседании доказательствам, что привело к несоответствию выводов суда фактическим обстоятельствам дела, полагает, что данные нарушения могут быть устранены в апелляционной инстанции путем вынесения нового приговора. Просит приговор Мещанского районного суда г.Москвы от 10 февраля 2022 года в отношении Ильяшова отменить, и постановить в отношении него оправдательный приговор.

Осужденный Ильяшов С.А. в апелляционной жалобе на приговор суда находит его необъективным и незаконным ввиду неправильного применения норм уголовного закона и процессуального законодательства. Считает, что в материалах уголовного дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о внесении в бухгалтерскую отчетность недостоверных сведений об имуществе ООО "...".

Повторяя доводы своего защитника, также указывает, что, начиная с отчетности за 9 месяцев 2016 года и по отчетность за адрес 2018 года включительно, он, как генеральный директор Общества, начал подписывать и предоставлять в Банк России ту отчетность, в которой уже содержались сведения о приобретенном недвижимом имуществе. Также выражает несогласие с выводами суда о выполнении им указаний фио (в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство), поскольку приговор не содержит подтверждающих данное обстоятельство доказательств; как и не содержит доказательств того, что он (Ильяшов) был осведомлен о фиктивном характере заключенных с ООО "..." сделках.

Обращает внимание на отсутствие в приговоре суда доказательств, подтверждающих наличие у Банка России оснований для обязательного отзыва лицензии у ООО "..." и назначения временной администрации.

В связи с тем, что эти обстоятельства не раскрыты и не указаны в обвинительном заключении, осужденный находит, что оно не соответствует положениям ст.220 УПК РФ.

Указание в приговоре на то, что его вина подтверждается показаниями допрошенных свидетелей, также находит не соответствующими действительности.

Просит толковать все неустранимые сомнения в свою пользу, надлежаще оценить доводы защиты и отменить приговор Мещанского районного суда г.Москвы, постановив по делу оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Выслушав мнения участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы поступивших апелляционных жалоб, представления государственного обвинителя и возражений на них, судебная коллегия приходит к следующему.

Вопреки доводам жалоб и представления, выводы суда о виновности Ильяшова в совершении преступления, предусмотренного ст.172-1 УК РФ, при изложенных в приговоре суда обстоятельствах основаны исключительно на доказательствах, исследованных в судебном заседании всесторонне и объективно, содержание которых полно изложено в приговоре, достоверность и допустимость которых сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, в связи с чем, эти выводы являются не предположениями, а оценкой совокупности изложенных в приговоре показаний свидетелей, протоколов следственных действий, других объективных доказательств.

Так, из показаний самого Ильяшова следует, что в период с 22 ноября 2016 года до 23 марта 2018 года он являлся генеральным директором ООО "...". Это подтверждено и исследованными судом первой инстанции кадровыми документами, подтверждающими вступление Ильяшова в указанную должность. Допрошенные в судебном заседании свидетели фио, фио также подтвердили, что в период их трудовой деятельности в ООО "..." Ильяшов занимал должность генерального директора. Из оглашенных показаний свидетеля фио (начальник службы безопасности ООО "...") следует, что Ильяшов являлся документальным руководителем Общества. О том, что Ильяшов являлся генеральным директором ООО "..." суду сообщила и свидетель фио (заместитель Ильяшова). Она же подтвердила и обстоятельства оформления договоров купли-продажи объектов недвижимости у ООО "...", которые были подписаны Ильяшовым в ее присутствии. Движения денежных средств по счетам не было, в счет оплаты были подписаны договоры цессии. Допрошенная в судебном заседании свидетель фио (главный бухгалтер ООО "..." в период с 1 июня 2015 года по 17-18 сентября 2018 года) суду показала, что генеральным директором Общества являлся Ильяшов. В 2016 году на балансе у Общества находилось 5 объектов недвижимости (на адрес и на адрес), которые были приобретены по согласованию с ЦБ РФ. Объекты были поставлены на налоговый учет и на баланс Общества, зарегистрированы в Росреестре. Первую отчетность, в которую были включены эти объекты, подавала руководитель временной администрации Зотиева; в последующем, в нее вносились изменения по оценке стоимости этих объектов. После окончания работы временной администрации полномочия генерального директора вернули Ильяшову, и они сами сдавали отчеты. В 2017 году передача финансовой отчетности осуществлялась Ильяшовым через личный кабинет, с использованием электронной подписи. Затем в 2018 году вновь была введена временная администрация под руководством фио, которая сдавала отчеты за 2 полугодие 2018 года и до середины 2019 года. О том, что Ильяшов занимался хозяйственной деятельностью ООО "..." следует из исследованных судом в порядке ст.281 ч.1 УПК РФ показания свидетеля фио (директора Департамента корпоративных продаж ООО "..."). Свидетель фио (специалист финансового отдела ООО "...") суду показал, что после приобретения недвижимости у ООО "..." первая отчетность была сформирована временной администрацией, и в дальнейшем в нее изменения не вносились. Как использовалась данная недвижимость, ему неизвестно.

Согласно исследованных судом на основании ст.281 ч.1 УПК РФ показаний свидетеля фио судом установлено, что с октября 2015 года по ноябрь 2016 года он являлся куратором ООО "..." от Банка России. В октябре 2016 года в Обществе прекратила свою деятельность временная администрация, назначенная в марте 2016 года в связи с выявленными нарушениями требований финансовой устойчивости и платежеспособности. После окончания деятельности временной администрации управление ООО "..." было передано генеральному директору Ильяшову. За подписью последнего в Банк России поступали все необходимые документы, Ильяшов обладал информацией о положении дел в Обществе, и не сообщал о том, что является номинальным руководителем. В соответствии с показаниями свидетеля фио (сотрудника Банка России), в период с 8 декабря 2016 года и по 15 августа 2017 года он являлся куратором ООО "..." и Ильяшов ему был известен как генеральный директор Общества. Свидетель фио(куратор ООО "..." со стороны ЦБ РФ с августа 2017 года), также показала, что Ильяшов ей известен как генеральный директор данной организации. Свидетель также сообщила, что за период курирования ею были установлены нарушения требований финансовой устойчивости и платежеспособности ООО "...", в связи с чем, Банком России было выдано предписание об устранении выявленных нарушений, и, поскольку они не были устранены, в мае 2018 года у Общества была отозвана лицензия. Также в ООО "..." вводилась временная администрация ЦБ РФ. В дальнейшем было установлено, что Общество отражало у себя на балансе недвижимое имущество, которое ему фактически не принадлежало. .... (заместитель директора Департамента страхового рынка ЦБ РФ) суду показала, что в процессе своей работы ей стало известно о предоставлении ООО "..." в ЦБ РФ подложного договора с ООО "...". Согласно исследованных судом с согласия стороны защиты показаний с..., установлено, что он являлся руководителем временной администрации ООО "..." после принятого ЦБ РФ решения об отзыве у ООО "..." лицензии на осуществление страховой деятельности. Не позднее сентября 2018 года он узнал об угрозе выбытия из собственности Общества объектов недвижимости, расположенных в адрес и на адрес г.Москвы. Было установлено, что эти объекты недвижимости не использовались Обществом, но соответствующие налоги ООО "..." за них платило. Судебными решениями эти договора купли-продажи недвижимости были признаны недействительными, что противоречило позиции временной администрации. ООО "..." оплатило указанную недвижимость правом требования к ООО "..." по договорам купли-продажи ценных бумаг. Считает, что за время его работы были выявлены признаки банкротства ООО "...". То обстоятельство, что Ильяшов выполнял функции руководителя ООО "..." и никто его не принуждал к подписанию документов о деятельности Общества, подтвердила в ходе предварительного следствия и свидетель фио (член Совета директоров ООО "..."). Согласно показаниям свидетеля, предоставляемая в Банк России отчетность подписывалась электронно-цифровой подписью главного бухгалтера Шерстюковой и генерального директора Ильяшова. О том, что Банком России, согласно акта от августа 2015 года и соответствующего предписания, были выявлены на балансе ООО "..." неликвидные активы, было известно всему руководящему составу, в том числе, и Ильяшову, на которого, совместно с главным бухгалтером, возложена ответственность за своевременное и достоверное предоставление отчетности. Из показаний свидетеля фио (начальник подкомитета по аккредитации застройщиков ООО "..."), исследованных судом на основании ст.281 ч.3 УПК РФ, установлено, что необходимость замены активов в виде акций адрес автомобильного электрооборудования" и адрес металлургический завод" (которые Центробанк признал переоцененными) на более ликвидное имущество возникла после проверки Центральным Банком РФ деятельности ООО "...". Разработкой способа замены активов и подыскания ликвидного имущества занимался заместитель генерального директора Общества фио. Замена акций была необходимы для того, чтобы у ООО "..." не были отозваны лицензии и не наступили иные негативные последствия. Свидетель с уверенностью заявил, что Ильяшов и фио знали о мнимости совершенных с ООО "Корпоративный тауэр" сделок, исходя из полученных им сведений (в том числе, и от Зискинда), в силу своего служебного положения. В судебном заседании свидетель указал о том, что данные показания явились его субъективной оценкой произошедших событий.

Таким образом, совокупностью исследованных судом доказательств подтверждено, что в период с 22 ноября 2016 года до 23 марта 2018 года Ильяшов являлся генеральным директором ООО "...", т.е. исполнительным органом Общества, и лицом, ответственным за достоверность сведений, содержащихся в отчетности возглавляемого им юридического лица, в связи с чем, доводы стороны защиты о том, что Ильяшов не является субъектом преступления, предусмотренного ст.172-1 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

При этом, доводы стороны защиты о фактическом руководстве деятельностью ООО "..." иным лицом (в отношении которого материалы дела выделены в отдельное производство, и на которого ссылались свидетели при даче показаний), равно как и доводы о том, что сам Ильяшов действовал под фактическим руководством этого лица, не исключают уголовной ответственности самого Ильяшова как лица, несущего по закону, в силу своего должностного положения, ответственность как за достоверность предоставляемых им необходимых сведений об имуществе и финансовом положении Общества, так и за ведение им хозяйственной деятельности, заключение договоров.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что преступные действия Ильяшовым были совершены в составе группы лиц, по предварительному сговору с лицом, материалы дела в отношении которого выделены в отдельное производство, и указание на которое имеется в показаниях допрошенных по делу лиц как на заместителя генерального директора ООО "...". Соответственно, Ильяшов, являясь исполнителем данного преступления как действительный генеральный директор ООО "...", в полной мере несет уголовную ответственность по ст.172-1 УК РФ. О согласованном характере действий осужденного и установленного лица свидетельствует фактический характер их действий, обусловленный как необходимостью достижения единой цели (сокрыть от ЦБ РФ наличие оснований для обязательного отзыва лицензии и назначения временной администрации), так и занимаемой должностью в руководстве ООО "...", определяющей различные полномочия в отношении хозяйственной деятельности Общества.

Доводы защиты о том, что изначально сведения о нахождении на балансе ООО "..." указанных нежилых помещений были представлены в финансовой отчетности, подписанной руководителем временной администрации, и в последующем лишь подтверждались Ильяшовым, не свидетельствуют об отсутствии в действиях последнего состава преступления, предусмотренного ст.172-1 УК РФ, исходя из того, что периодичность предоставления в ЦентроБбнк РФ такой отчетности (установленной Федеральным законом "О бухгалтерском учете", требованиями страхового надзора) законодательно определена, и содержание такой отчетности объективно не является неизменным, а должно соответствовать реальному положению дел в Обществе на дату ее подписания, не являться повторением ранее указанных сведений, как на то ссылаются осужденный и его адвокат.

Вопреки доводам защиты, в установленный судом временной период совершения преступных действий, руководителем ООО "..." являлся Ильяшов, и временная администрация с 22 ноября 2016 года до 23 марта 2018 года в Обществе не вводилась.

При этом, апелляционная инстанция отмечает, что будучи лицом, ответственным за ведение Обществом своей хозяйственной деятельности, Ильяшов, как верно отметил суд первой инстанции, в силу занимаемой им должности и своего положения располагал действительной информацией о том, что нежилые помещения, приобретенные у ООО "...", поставлены на баланс ООО "..." лишь с целью увеличить ликвидные активы Общества, без фактической оплаты стоимости этих помещений и смены их действительного собственника, продолжающего получать выгоду от их использования и предоставления в аренду (ООО "...").

Так, согласно показаний свидетелей фио, фио (арендаторов помещений по адресу: г.Москва, Ковров переулок д.8 стр.1 и 2), фио (арендатора помещений по адресу: адрес), подтвердивших, что в указанный период времени арендодатели помещений не менялись. Свидетель фио показал, что в ходе заседаний Арбитражного Суда г.Москвы было установлено о подделке подписи от имени генерального директора ООО "..." Черных на договоре купли-продажи объектов недвижимости, принадлежащих ООО "...", заключенных с ООО "...". Решением суда эти договора были признаны недействительными. После предоставления в суд представителем ООО "..." документов, якобы подтверждающих право требования ООО "..." к ООО "...", и которые были переданы ООО "..." в обмен на принадлежащие последнему акции, он (фио) разыскал руководителя ООО "..." фио, которая пояснила, что не подписывала указанные документы. Согласно показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля ... последний никогда не являлся учредителем каких-либо фирм; документов по ООО "..." не подписывал, банковские счета не открывал, фио ему не знаком. Примерно 8 лет назад он потерял сумку с документами: паспортом, ИНН, водительским удостоверение и страховым полисом. О том, что фио является номинальным директором ООО "...", зарегистрировала ее за денежное вознаграждение, не ведет хозяйственную деятельность и отношения к этой организации имеет, следует из показаний самой свидетеля фио, исследованных судом на основании ст.281 ч.1 УПК РФ.

Объективно показаний свидетелей по делу, положенных в основу обвинительного приговора, подтверждено содержанием письменных доказательств, подробно приведенных судом первой инстанции, в числе которых: заявление руководителя временной администрации Маслова С.В. от 14 июля 2019 года о выявлении сделок, заключенных бывшим руководителем ООО "..." Ильяшовым; документы, подтверждающие назначение Ильяшова на должность генерального директора ООО "..."; сведения, представленные Росреестром о нахождении в собственности у ООО "..." зданий по адресам: г.Москва, Ковров переулок д.8 ст.1 и стр.2, адрес, дом 5 стр.3 и стр.5 на основании договоров купли-продажи от 24 февраля 2016 года и от 2 февраля 2016 года соответственно, заключенных с ООО "..."; договоры купли-продажи ценных бумаг от 2 февраля 2016 года и от 24 февраля 2016 года, заключенные между ООО "..." и ООО "...", а также - договоры переуступки права требования (цессии), заключенные между этими же юридическими лицами в тот же период времени; вступившие в законную силу решение Арбитражного суда г.Москвы от 5 октября 2018 года о признании недействительным договора купли-продажи, заключенного между ООО "..." и ООО "..." 2 февраля 2016 года, и решение Арбитражного суда г.Москвы от 16 января 2019 года о признании недействительным договора купли-продажи, заключенного между ООО "..." и ООО "..." 24 февраля 2016 года; предоставленной банком России отчетности ООО "Центральное Страховое Общество" за указанный период времени, а также иные доказательства, признанные судом относимыми и допустимыми к существу рассматриваемого дела, на основании совокупного анализа которых судом первой инстанции верно установлены фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о наличии в действиях Ильяшова состава преступления, предусмотренного ст.172-1 УК РФ в редакции, действующей на момент совершения преступления.

Вопреки доводам защиты, исследованные судом доказательства подтверждают наличие у Банка России оснований для принятия предусмотренных законом мер к ООО "...", вплоть до отзыва у Общества лицензии и назначения временной администрации.

Так, судом первой инстанции установлено, что при выявлении в июне 2015 года существенных рисков ухудшения финансовой устойчивости, финансового состояния и платежеспособности ООО "...", и выдачи 30 сентября 2015 года ЦБ РФ предписания об устранении нарушений законодательства РФ, впоследствии протоколом заседания комитета финансового надзора ЦБ РФ от 7 апреля 2016 года в ООО "..." назначена временная администрация.

До назначения временной администрации 17 августа 2015 года ГУ Банка России по ЦФО был составлен акт проверки деятельности ООО "..." за период с 1 января 2014 года по дату, предшествующую дате завершения проверки, в ходе которой было установлено (в том числе), наличие на балансе Общества неликвидных активов (акций) и завышение стоимости активов. С целью сокрытия предусмотренных законом оснований для обязательного отзыва у ООО "..." лицензии и назначения временной администрации, Ильяшовым совместно с установленным лицом, уголовное дело в отношении которого было выделено в отдельное производство, были совершены действия по увеличению активов Общества и повышению их ликвидности путем постановки на баланс нежилых помещений (зданий) в г.Москва, без реального получения права распоряжения и владения ими.

В рамках выполнения своей роли в реализации общего преступного плана Ильяшов в последующий период времени - с 22 ноября 2016 года по 23 марта 2018 года, объективно осознавая невозможность реализации прав собственника в отношении указанного имущества, вносил, предоставлял в ЦБ РФ и подтверждал своей подписью заведомо для него недостоверные сведения об имуществе и финансовом положении возглавляемой им страховой организации.

Внесение Ильяшовым в отчетность указанных недостоверных сведений преследовало цели выполнения указаний Банка России по устранению выявленных нарушений и, как следствие - недопущение наступления возможных негативных последствий для деятельности Общества, предусмотренных Законом РФ "Об организации страхового дела в Российской Федерации".

Одновременно, выбытие с баланса Общества ценных бумаг без их соответствующего замещения иным ликвидным активом (в частности, недвижимым имуществом), согласно полученных от Банка России сведений, исследованных судом, свидетельствует о нарушении страховщиком требований финансовой устойчивости и платежеспособности, что приводит к возможному отзыву лицензии на осуществление страховой деятельности.

В соответствии с требованиями ст. 87,88 УПК РФ, суд первой инстанции проверил и оценил все представленные ему сторонами в условиях состязательного процесса доказательства в их совокупности, проанализировал их в приговоре, сопоставив их между собой и указал основания, по которым он принял вышеперечисленные доказательства стороны обвинения, признав их достаточными для постановления в отношении Ильяшова обвинительного приговора.

Выводы суда о допустимости представленных сторонами доказательств, полученных в соответствии с требованиями УПК РФ, основаны на их непосредственном исследовании, и не оспариваются сторонами. Относимость и допустимость доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, не вызывает сомнений и у суда апелляционной инстанции. Указанные выше и иные приведенные в приговоре доказательства полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства; их анализ, а равно оценка, подробно изложены.