Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 25 августа 2020 года №05АП-207/2020, А51-6001/2019

ПЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 25 августа 2020 года Дело N А51-6001/2019
Резолютивная часть постановления объявлена 18 августа 2020 года.
Постановление в полном объеме изготовлено 25 августа 2020 года.
Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего С.М. Синицыной,
судей С.Б.Култышева, Е.Н. Шалагановой,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Н.В. Навродской,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "ДВ Транссинтез",
апелляционное производство N 05АП-207/2020,
на решение от 11.12.2019 судьи А.А. Лошаковой
по делу N А51-6001/2019 Арбитражного суда Приморского края
по иску Управления муниципальной собственности г. Владивостока
(ИНН 2536097608, ОГРН 1032501280602)
к обществу с ограниченной ответственностью "ДВ Транссинтез"
(ИНН 2536284710, ОГРН 1152536006105)
третьи лица: Управление градостроительства и архитектуры администрации г. Владивостока, акционерное общество "Корпорация развития Дальнего Востока", акционерное общество "Дальневосточная генерирующая компания",
о взыскании задолженности по договору аренды земельного участка,
по встречному иску общества с ограниченной ответственностью "ДВ Транссинтез"
к Управлению муниципальной собственности г. Владивостока
о расторжении договора аренды земельного участка и взыскании убытков,
при участии:
от истца: Ткаченко Е.А., по доверенности от 17.12.2019 N 28/5-10041;
от ответчика: Балацкая А.В., по доверенности от 15.06.2018;
от третьих лиц: не явились,
УСТАНОВИЛ:
Управление муниципальной собственности г. Владивостока (далее - истец, УМС г. Владивостока) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "ДВ Транссинтез" (далее - ответчик, ООО "ДВ Транссинтез") о взыскании 2 681 911 рублей 67 копеек задолженности по договору аренды земельного участка N 01-010044-Ю-Д-АУ-00273 от 20.05.2016, в том числе, 2 545 068 рублей 99 копеек основного долга по арендной плате за период с 01.03.2018 по 31.05.2019, 136 842 рубля 68 копеек пени за период с 31.10.2017 по 30.05.2019 (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ)).
Определением Арбитражного суда Приморского края от 02.07.2019 в порядке статьи 132 АПК РФ к производству принято встречное исковое заявление ООО "ДВ Транссинтез" о расторжении договора аренды земельного участкаN 01-010044-Ю-Д-АУ-00273 от 20.05.2016, взыскании 3 628 775 рублей 87 копеек убытков в виде арендных платежей, внесенных обществом по договору.
Определениями Арбитражного суда Приморского края от 24.07.2019, 27.08.2019 в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требований относительно предмета спора, привлечены Управление градостроительства и архитектуры администрации г. Владивостока (далее - УГА администрации г. Владивостока), акционерное общество "Корпорация развития Дальнего Востока" (далее - АО "КРДВ"), акционерное общество "Дальневосточная генерирующая компания" (далее - АО "ДГК").
Решением Арбитражного суда Приморского края от 11.12.2019 первоначальные исковые требования удовлетворены в полном объеме, с ООО "ДВ Транссинтез" в пользу УМС г. Владивостока взыскано 2 545 068 рублей 99 копеек основного долга, 136 842 рубля 68 копеек пени, всего -2 681 911 рублей 67 копеек. В удовлетворении встречного иска отказано.
Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО "ДВ Транссинтез" обратилось в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой (с учетом принятых в порядке статьи 81 АПК РФ дополнений), в которой просит решение отменить в части удовлетворения первоначального иска, отказа в удовлетворении встречного иска (за исключением отказа в расторжении договора аренды), принять по делу новый судебный акт, произвести зачет встречных требований. В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что истцом при заключении спорного договора не было сообщено об имеющихся ограничениях и обременениях земельного участка, что в силу пунктов 3, 4 статьи 37 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ) является основанием для удовлетворения встречного иска. Полагает, что общество не могло использовать земельный участок по своему целевому назначению - строительство объектов инженерной инфраструктуры в связи с прямым запретом такого строительства в запретной зоне, установленным пунктом 12 Положения об установлении запретных и иных зон с особыми условиями использования земель для обеспечения функционирования военных объектов Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, выполняющих задачи в области обороны страны, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 05.05.2014 N 405 (далее - Постановление N 405). Также заявил, что на спорном земельном участке, помимо снятых ограничений в его использовании, имеют место и иные ограничения, а именно: нахождение данного участка в границах запретных районов военных объектов - "21" в/ч 13079, являющихся территориями с особыми условиями использования.
Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2020 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 26.03.2020.
Рассмотрение апелляционной жалобы в порядке статьи 158 АПК РФ откладывалось до 18.08.2019.
До начала судебного заседания через канцелярию суда от УМС г.Владивостока поступили дополнительные письменные пояснения, которые в порядке статьи 262 АПК РФ был приобщен к материалам дела.
В свою очередь, от ООО "ДВ Транссинтез" поступили письменные пояснения на указанный отзыв УМС г. Владивостока, которые были приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.
В заседание суда 18.08.2019 третьи лица, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, не явились, в связи с чем на основании статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие указанных лиц.
Представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, решение суда первой инстанции просил изменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.
В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.
Учитывая отсутствие возражений истца и третьих лиц, апелляционный суд проверяет законность решения в части удовлетворения первоначального иска, отказа в удовлетворении встречного иска (за исключением отказа в расторжении договора аренды, поскольку в данной части решение не обжалуется).
Представитель истца на доводы апелляционной жалобы возразил, обжалуемое решение счел законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Апелляционным судом установлено, что 21.07.2020 от УМС г.Владивостока поступили копии документов во исполнение определения суда от 23.06.2020: письмо Министру строительства Приморского края Марану В.Л. от 15.01.2020 N 28/9-227; ответ Министерства строительства Приморского края от 03.02.2020 N 17/854 с приложениями; письмо заместителю начальника правового управления администрации города Владивостока от 07.07.2020 N 28/9-5502; кадастровая выписка земельного участка от 02.07.2020.
В отсутствие возражений ответчика суд приобщил указанные документы к материалам дела как представленные в обоснование возражений на довода апелляционной жалобы.
Также коллегия установила, что 11.08.2020 ООО "ДВ Транссинтез" к представленным возражениям на отзыв были приложены копии документов: решение Фрунзенского районного суда г.Владивостока от 22.04.2015 N 2-2711/15, определение Приморского краевого суда от 09.07.2015 N 33-5729, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2015 N А51-26769/2014 и ответ Администрации г.Владивостока от 31.07.2020.
На вопрос суда представитель апеллянта пояснил, что ходатайствует о приобщении ответа Администрации г.Владивостока от 31.07.2020, остальные документы являются общедоступными и имеются в системе "Консультант Плюс".
Представитель УМС г.Владивостока не возразил против приобщения указанных документов.
Рассмотрев указанное ходатайство, судебная коллегия, руководствуясь статьей 159, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила приобщить указанный ответ Администрации к материалам дела как связанный с обстоятельствами настоящего спора, признав причины невозможности представления его в суд первой инстанции уважительными.
Также от апеллянта поступило заявление N 2 о злоупотреблении истцом своими процессуальными правами, которое было приобщено судом к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.
Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы с учетом дополнений, заслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения судебного акта в обжалуемой части в силу следующего.
Как следует из материалов дела, 20.05.2016 между УМС г.Владивостока (арендодатель) и ООО "ДВ ТрансСинтез" (арендатор) заключен договор N 01-010044-Ю-Д-АУ-00273 аренды земельного участка, находящегося в муниципальной собственности (далее - спорный договор), по условиям которого на основании протокола N 2 о результатах аукциона по продаже права на заключение договора аренды земельного участка, расположенного по адресу: г. Владивосток, ул. Фадеева, 51, арендодатель предоставляет, а арендатор принимает во временное пользование земельный участок с кадастровым номером 25:28:010044:762 площадью 22989 кв.м, имеющий местоположение: установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 130 м от ориентира по направлению на юг. Почтовый адрес ориентира: Приморский край, г. Владивосток, ул. Фадеева, 51 (далее - спорный земельный участок) с видом разрешенного использования: объекты инженерной инфраструктуры, необходимые для функционирования зоны, для создания которых необходим отдельный земельный участок, для строительства объектов инженерной инфраструктуры.
Пунктом 1.2 договора срок аренды участка установлен с 20.05.2016 по 19.11.2020.
Согласно пункту 3.4.1 договора арендатор обязан использовать участок в соответствии с целевым назначением, разрешенным использованием, а также в соответствии с условиями настоящего договора.
В соответствии с пунктом 6.3 договор может быть расторгнут по требованию арендодателя или арендатора в судебном порядке на основании и в порядке, установленном гражданским законодательством.
20.05.2016 спорный земельный участок фактически принят арендатором по акту приема-передачи от указанной даты.
20.07.2016 спорный договор зарегистрирован в установленном законом порядке, о чем в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним внесена соответствующая запись.
Как следует из содержания искового заявления (с учетом уточнений), поскольку ответчиком не исполнена обязанность по оплате арендных платежей за период с 01.03.2018 по 31.05.2019, то у последнего образовалась задолженность в размере 2 681 911 рублей 67 копеек.
Претензией от 12.10.2018 N 28/12-6515 арендодатель обратился к арендатору с требованиями о погашении в 10-дневный срок суммы задолженности, которая оставлена ответчиком без удовлетворения.
В связи с неисполнением ответчиком указанного в претензии требования истец обратился в Арбитражный суд Приморского края с первоначальным иском.
Суд первой инстанции первоначальные исковые требования удовлетворил в полном объеме, взыскал с ответчика в пользу истца задолженность в общей сумме 2 681 911 рублей 67 копеек.
При рассмотрении заявленных требований судом первой инстанции верно квалифицированы возникшие между сторонами правоотношения как арендные, в связи с чем в данном случае подлежат применению нормы главы 34 ГК РФ, а также общие положения ГК об обязательствах.
В силу статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.
В соответствии с пунктом 1 статьи 614 ГК РФ, арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.
Как следует из материалов дела, расчет арендной платы, подлежащей уплате ООО "ДВ Транссинтез" за период с 01.03.2018 по 31.05.2019 (2 545 068 рублей 99 копеек), производился в соответствии с условиями договора, с учетом всех произведенных ответчиком оплат и последним не оспорен.
Истцом также заявлено требование о взыскании пени в сумме 136 842 рубля 68 копеек за период с 31.10.2017 по 30.05.2019.
В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.
Пунктом 5.2 договора установлено, что при неуплате арендатором арендной платы в установленные договором сроки начисляется пеня в размере 1/300 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации, в пересчете за каждый день просрочки от общей суммы задолженности.
Ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по внесению арендной платы подтверждается материалами дела.
Представленный истцом расчет пени соответствует условиям договора о сроках внесения арендных платежей и об ответственности арендатора за их нарушение. О применении статьи 333 ГК РФ ответчиком не заявлено.
Таким образом, суд первой инстанции правомерно признал исковые требования Управления обоснованными и подлежащими удовлетворению в заявленном размере.
Возражая против удовлетворения первоначального иска и заявляя встречный иск о расторжении договора аренды, взыскании 3 628 775 рублей 87 копеек убытков в виде арендных платежей, внесенных обществом по договору, общество указывает на то, что Управлением арендуемое имущество - земельный участок передано в ненадлежащем состоянии - с обременениями и ограничениями, не позволяющими его использовать по целевому назначению - строительству мини-завода по производству сжиженного природного газа, а именно:
- расположение участка в санитарно-защитной зоне предприятия и в зоне с особыми условиями использования территории,
- расположение участка в границах запретной зоны военного объекта - Владивостокское лесничество Минобороны России,
- расположение участка в границах запретных районов военных объектов - "21" в/ч 13079, являющихся территориями с особыми условиями использования.
На основании пункта 1 статьи 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.
Согласно пункту 1 статьи 612 ГК РФ арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках. При обнаружении таких недостатков арендатор вправе по своему выбору, в том числе, потребовать досрочного расторжения договора.
Апелляционным судом установлено, что, действительно, ни в аукционной документации, ни в кадастровом паспорте от 19.01.2016 N 25/00-16-10264 (приложение к спорному договору аренды) не было отражено, что на предоставляемом в аренду земельном участке имеются какие-либо зарегистрированные ограничения (обременения).
Однако впоследствии при получении градостроительного плана от 08.11.2016 N RU25304000-0811201600000618 арендатору стало известно о расположении участка в санитарно-защитной зоне предприятия в зоне с особыми условиями использования территории, а также в границах запретной зоны военного объекта, запретных районов военных объектов.
В то же время, пунктом 2 статьи 612 ГК РФ предусмотрено, что арендодатель не отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, которые были им оговорены при заключении договора аренды или были заранее известны арендатору либо должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора или передаче имущества в аренду.
Так, согласно акту приема-передачи от 20.05.2016, подписанному арендатором без замечаний и возражений, установленная статьей 611 ГК РФ обязанность арендодателя предоставить арендатору спорный участок фактически исполнена. При этом в акте отражено, что состояние арендуемого участка на момент его передачи соответствует условиям его использования по целевому назначению. Участок осмотрен арендатором, претензии по существу договора и качеству участка арендатор не имеет.
Из пояснений УМС г. Владивостока и АО "ДГК", а также схем расположения земельных участков, находящихся в ведении указанных лиц, в суде первой инстанции было установлено, что нахождение спорного земельного участка в санитарно-защитной зоне предприятия и в зоне с особыми условиями использования территории обусловлено его расположением в непосредственной близости с такими объектами, как Золоотвал ВТЭЦ-2 и трубопроводов гидрозолоудаления.
Фактическое расположение указанных объектов в непосредственной близости от спорного земельного участка имело место как на момент заключения спорного договора, так и задолго до его заключения, что при должном осмотре принимаемого в аренду земельного участка арендатором не могло остаться незамеченным.
Следовательно, общество, принимая в аренду спорный земельный участок, не могло не знать о нахождении в его непосредственной близости вышеуказанных объектов и, как следствие, о его нахождении в санитарно-защитной зоне предприятий и зоне с особыми условиями, несмотря на отсутствие таких данных в кадастровой выписке на дату заключения договора.
Относительно расположения земельного участка в границах запретной зоны военного объекта - Владивостокское лесничество Министерства обороны Российской Федерации, в рамках дела N А51-8479/2018 по иску ООО "ДВ ТрансСинтез" к Администрации г. Владивостока и УМС г.Владивостока о снижении размера арендной платы, взыскании суммы арендных платежей, процентов за пользование чужими денежными средствами, было установлено следующее.
Согласно сведениям ФГБУ "Федеральная кадастровая палата по Приморскому краю" (письмо от 04.12.2017 N 02-4-10/12613) соответствующие ограничения прав на спорный земельный участок внесены в государственный кадастр 17.02.2016, то есть до заключения сторонами договора аренды от 20.05.2016.
Соответственно в данной связи на момент проведения аукциона и заключения спорного договора арендатор при должной степени заботливости и осмотрительности мог и должен был достоверно знать о нахождении земельного участка в границах запретной зоны военного объекта и всех соответствующих ограничениях, связанных с его использованием.
При этом, как было установлено и в рамках арбитражных дел N NА51-20592/2017, А51-8479/2018, а также в рамках настоящего дела, общество не обосновало какими-либо уважительными причинами невозможность получения достоверной и актуальной информации о вхождении спорного земельного участка в границы запретной зоны военного объекта до даты заключения договора аренды. В орган кадастрового учета с целью выявления ограничений, установленных в отношении арендуемого участка, не отображенных в кадастровом паспорте, но препятствующих строительству запланированного объекта, общество в период до заключения договора аренды не обращалось.
Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что до момента передачи спорного земельного участка в аренду ООО "ДВ ТрансСинтез", будучи профессиональным субъектом предпринимательской деятельности, должно было быть заранее осведомлено обо всех ограничениях (обременениях) такого участка, препятствующих его использованию по целевому назначению (строительству мини-завода по производству сжиженного природного газа), либо такие ограничения должны были быть им обнаружены во время осмотра имущества при заключении договора и передаче участка по акту приема-передачи.
Следовательно, по смыслу пункта 2 статьи 612 ГК РФ арендодатель в данном случае не отвечает за такие недостатки сданного в аренду имущества, при этом необходимо учитывать, что он не способен был каким-либо образом повлиять на определение границ запретной зоны и внесение соответствующих ограничений в публичный реестр (государственный кадастр).
К указанным выводам пришел суд кассационной инстанции при рассмотрении дела N А51-20592/2017 по иску ООО "ДВ ТрансСинтез" к УМС г.Владивостока о внесении изменений в заключенный между сторонами договор аренды земельного участка от 20.05.2016 N 01-010044-Ю-Д-АУ-00273, изложив пункт 2.1 договора в следующей редакции: "Срок действия договора установить: 4 года 6 месяцев. В срок действия договора не включать период нахождения земельного участка в запретной зоне военного объекта" и дополнив пункт 4.2 договора абзацем следующего содержания: "Арендная плата не начисляется в период нахождения земельного участка в запретной зоне военного объекта", в удовлетворении которого было отказано.
Более того, обществом, вопреки доводу своей апелляционной жалобы, не было доказано, что выявленные им при получении градостроительного плана ограничения переданного в аренду земельного участка препятствовали его использованию по целевому назначению, предусмотренному договором, а именно: объекты инженерной инфраструктуры для функционирования зоны, для создания которых необходим отдельный земельный участок; для строительства объектов инженерной инфраструктуры.
Так, в рамках дела N А51-8479/2018 было установлено, что ООО "ДВ ТрансСинтез" в период действия спорного договора аренды были заключены и исполнялись: договор на оказание консалтинговых услуг от 12.04.2016 N 118/16-БП по разработке "Бизнес-плана по строительству мини-завода по производству сжиженного природного газа во Владивостоке", договор подряда от 31.05.2016 N 016/2016 на проведение топографо-геодезических работ, договор от 26.09.2016 N П-2016-015 на выполнение предпроектных работ, договор подряда от 02.10.2016 N 16/2016 на выполнение горизонтальной съемки и оценки качественного и количественного состава зеленых насаждений на земельном участке с кадастровым номером 25:28:010044:762, договор подряда от 02.10.2016 N 21/2016 на выполнение координирования зеленых насаждений на спорном земельном участке, договор подряда от 03.11.2016 N 03/11 на выполнение схемы подеревной съемки данного участка и перечетной ведомости зеленых насаждений.
При этом даже при отсутствии выявленных ограничений в указанный период общество осуществляло бы вышеуказанные работы, поскольку данный этап работ является необходимым для начала проведения строительных работ, что не опровергалось обществом в рамках вышеуказанного дела.
Таким образом, наличие вышеуказанных ограничений земельного участка не явились для общества препятствием для осуществления подготовительных работ, сбора необходимых документов для создания проектной документации, необходимой для получения разрешения на строительство в порядке, предусмотренном частью 7 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, получения порубочного билета.
Постановление N 405, на положения которого ссылается общество в качестве обоснования невозможности использовать спорный земельный участок по своему целевому назначению, действительно предусматривает, что запретные зоны являются территориями с особыми условиями использования находящихся в их границах земельных участков. Для каждой из таких зон ЗК РФ, Постановлением N 405 предусмотрены определенные ограничения, в том числе, в отношении возведения различных капитальных объектов.
Так, согласно пункту 12 Постановления N 405 на территории запретной зоны запрещается строительство объектов капитального строительства производственного, социально-бытового и иного назначения, а также проведение ландшафтно-реабилитационных, рекреационных и иных работ, создающих угрозу безопасности военного объекта и сохранности находящегося на нем имущества.
Вместе с тем, согласно пункту 11 Постановления N 405 на территории зоны охраняемого военного объекта строительство объектов капитального строительства осуществляются исключительно по согласованию с федеральным органом исполнительной власти (федеральным государственным органом), в ведении которого находится военный объект.
Пунктом 25 Постановления N 405 предусмотрено, что при наличии оснований, предусмотренных пунктом 24 настоящего Положения, федеральный орган исполнительной власти, в ведении которого находится военный объект, для обеспечения функционирования которого были установлены запретная зона, зона охраняемого военного объекта и охранная зона военного объекта, в месячный срок со дня завершения передислокации или ликвидации военного объекта принимает решение об упразднении запретной зоны, зоны охраняемого военного объекта и охранной зоны военного объекта.
Из смысла вышеизложенных норм следует, что само по себе наличие в отношении спорного земельного участка ограничения в виде запретной зоны военного объекта не свидетельствует о безусловной невозможности использования такого земельного участка по его целевому назначению.
Как следует из материалов дела и не опровергается обществом, оно не обращалось ни в федеральный орган исполнительной власти, в ведении которого находится военный объект, с заявлением о согласовании строительства объекта - мини-завод по производству сжиженного природного газа, ни в соответствующий федеральный орган исполнительной власти с заявлением о выдаче разрешения на строительство вышеуказанного объекта. При этом истец по встречному иску и не заявлял намерений прекратить арендные отношения, продолжая удерживать земельный участок, тем самым давая Управлению основания полагаться на продолжение арендных отношений в соответствии с условиями заключенного договора.
Более того, как видно из материалов дела и поддерживается самим апеллянтом, 06.04.2018 земельный участок с кадастровым номером 25:28:010044:762 исключен из границ запретной зоны Владивостокского лесничества Минобороны России на основании приказа Минобороны России N 228 "Об изменении запретной зоны военного объекта Владивостокского лесничества Минобороны России".
Относительно довода ответчика, что спорный земельный участок находится в границах запретного района военного объекта - "21" в/ч 13079, являющейся территорией с особыми условиями использования, апелляционный суд становил следующее.
В настоящее время порядок установления запретных и иных зон с особыми условиями использования земель для обеспечения функционирования военных объектов Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, выполняющих задачи в области обороны страны регулируется вышеуказанным Постановлением N 405.
Из содержания пункта 15 Постановления N 405 следует, что нормы, предусмотренные п.п.10 - 14 этого Положения, применяются со дня внесения сведений о границах запретной зоны в государственный кадастр недвижимости.
В данном случае границы запретных зон и запретных районов для войсковых частей, расположенных в Приморском крае, установлены в соответствии с ранее действовавшим порядком постановлением Губернатора Приморского края от 07.12.2005 N 217-пг "Об установлении границ запретных зон и запретных районов для войсковых частей Министерства обороны Российской Федерации и Пограничного управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Приморскому краю" (далее - Постановление N 217-пг), в частности, для объектов войсковой части 13079 (МТУ) установлены запретная зона (200 м) и запретный район (3 км), при этом в границы запретного района согласно письму Министерства строительства Приморского края от 03.02.2020 N 17/854 и фрагмента карты зон с особыми условиями использования территорий входит земельный участок с кадастровым номером 25:28:010044:762.
Согласно пункту 3 Постановления N 405 на Министерство обороны РФ, Министерство внутренних дел РФ, Министерство РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, Службу внешней разведки РФ, Федеральную службу безопасности РФ и Федеральную службу охраны Российской Федерации возложена обязанность до 31 декабря 2015 года осуществить мероприятия по установлению запретных и иных зон с особыми условиями использования земель для обеспечения функционирования военных объектов Вооруженных Сил РФ, других войск, воинских формирований и органов, выполняющих задачи в области обороны страны, в соответствии с Положением, утвержденным настоящим постановлением.
Доказательства установления для объектов войсковой части 13079 зон с особыми условиями использования земель в порядке, установленном Постановлением N 405, в материалах дела отсутствуют.
Соответственно, до осуществления мероприятий по установлению границ запретных зон и иных зон военных объектов в порядке, предусмотренном названным постановлением, сохраняются ранее установленные ограничения, в том числе по использованию земельных участков, занятых военными объектами.
На момент установления запретного района в пределах спорного земельного участка действовало Положение об установлении запретных зон и запретных районов при арсеналах, базах и складах Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, утвержденное постановлением Правительства РФ от 17.02.2000 N 135 (далее - Положение N 135),
Таким образом, несмотря на отмену Положения N 135 ограничения по использованию территории в границах запретной зоны и запретного района военного объекта, установленные ранее действовавшим законодательством, не утратили свою силу.
Пунктом 8 Положения N 135 предусматривалось, что на территории запретного района запрещается строительство объектов производственного, социально-бытового и иного назначения, проведение ландшафтно-реабилитационных, рекреационных и иных работ, создающих угрозу безопасности военному складу и сохранности находящегося там имущества.
Однако указный пункт предусматривал, что в случае особой необходимости строительство объектов производственного, социально-бытового и иного назначения на территории запретного района может разрешаться в каждом конкретном случае органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, на территории которых находятся военные склады, по согласованию с органами военного управления, в ведении которых они находятся.
Таким образом, в границах территории запретного района законодательство предусматривало возможность возведения объектов капитального строительства, в том числе производственного назначения, в случаях особой необходимости и по согласованию с уполномоченными лицами.
Однако как было установлено выше, общество не обращалось в уполномоченные органы власти с заявлением о согласовании строительства спорного объекта. Более того, вышеуказанное ограничение земельного участка не явилось для общества препятствием для его использования, в том числе для осуществления подготовительных работ, сбора необходимых документов для создания проектной документации.
На основании изложенного, довод истца по встречному иску о невозможности строительства запланированного объекта на спорном земельном участке в силу законодательного запрета документально им не обоснован.
Ссылка апеллянта на наличие на земельном участке сетей инженерно-технического обеспечения согласно новому градостроительному плану N RU25304000-0811201600000618, утвержденному распоряжением УГА администрации г. Владивостока от 16.08.2018 N 1333, также не может быть принята апелляционным судом в качестве доказательства невозможности использования земельного участка по своему целевому назначению, так как какого-либо документального обоснования в подтверждение данного обстоятельства обществом в нарушение статьи 65 АПК РФ представлено не было.
Довод общества о том, что Управлением была предоставлена ложная информация об отсутствии у спорного земельного участка ограничений (обременений), что в силу частей 3, 4 статьи 37 ЗК РФ является основанием для удовлетворения встречного иска, подлежит отклонению в силу следующего.
Частью 3 статьи 37 ЗК РФ предусмотрено, что покупатель в случае предоставления ему продавцом заведомо ложной информации об обременениях земельного участка и ограничениях его использования в соответствии с разрешенным использованием; о разрешении на застройку данного земельного участка; об использовании соседних земельных участков, оказывающем существенное воздействие на использование и стоимость продаваемого земельного участка; о качественных свойствах земли, которые могут повлиять на планируемое покупателем использование и стоимость продаваемого земельного участка; иной информации, которая может оказать влияние на решение покупателя о покупке данного земельного участка и требования о предоставлении которой установлены федеральными законами, вправе требовать уменьшения покупной цены или расторжения договора купли-продажи земельного участка и возмещения причиненных ему убытков.
Согласно части 4 данной статьи требования, установленные пунктом 3 настоящей статьи, применяются также в случаях обмена земельного участка, передачи его в аренду.
Из имеющихся в материалах дела доказательств апелляционным судом не усматривается факта предоставления обществу (арендатору) от Управления (арендодателя) заведомо ложной информации об обременениях земельного участка и ограничениях его использования в соответствии с разрешенным использованием, что в настоящем случае исключает применение вышеуказанных положений статьи 37 ЗК РФ.
Письмо УГА г.Владивостока от 04.12.2018 N 14835СП, в котором содержатся сведения о дате постановки спорной запретной зоны на кадастровый учет (17.02.2016), с учетом даты составления указанного письма, его содержания не свидетельствует об осведомленности арендодателя о данном обстоятельстве до заключения договора аренды от 20.05.2016.
Ответ УМС г. Владивостока от 11.02.2020 N 218/20у об отказе в предоставлении в аренду земельного участка с кадастровым номером 25:28:010044:762 также с учетом даты составления указанного письма не является подтверждением того, что на дату заключения спорного договора аренды УМС г. Владивостока знало или должно было знать о наличии на земельном участке ограничения в виде нахождения земельного участка в запретном районе войсковой части.
Так, изложенные в решении УМС г. Владивостока от 11.02.2020 N 218/20у обстоятельства не могут быть рассмотрены судом апелляционной инстанции в рамках настоящего дела как доказательство доводов общества относительно того, что УМС г. Владивостока, заключая в 2016 году договор аренды, знало об изложенных в вышеуказанном письме обстоятельствах.
Ссылка общества на решение Фрунзенского районного суда г.Владивостока от 22.04.2015 N 2-2711/15, определение Приморского краевого суда от 09.07.2015 N 33-5729, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2015 N А51-26769/2014 не может быть признана обоснованной, поскольку из указанных судебных актов не следует, что в них устанавливались обстоятельства вхождения в границы запретной зоны или запретного района военного объекта земельного участка с кадастровым номером 25:28:010044:762.
Из ответа Администрации г.Владивостока от 31.07.2020, представленного самим обществом, напротив, следует, что и Администрация г.Владивостока, и УМС г.Владивостока узнали о нахождении спорного земельного участка с кадастровым номером 25:28:010044:762 в границах запретных районов военных объектов лишь из письма Министерства строительства Приморского края от 03.02.2020 N 17/854.
Относительно встречных исковых требований в части взыскания 3 628 775 рублей 87 копеек убытков в виде арендных платежей, внесенных обществом по договору, апелляционная коллегия установила следующее.
В соответствии со статьей 12 ГК РФ одним из способов защиты нарушенного права является возмещение убытков.
В соответствии со ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1). Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 данного кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2).
В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Из правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 05.04.2016 N 701-О, следует, что общими условиями наступления деликтной ответственности являются: наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинно-следственной связи между возникновением вреда и противоправными действиями, вины причинителя вреда.
При этом для взыскания убытков лицо, требующее возмещения причиненных ему убытков, должно доказать весь указанный фактический состав. Отсутствие хотя бы одного из условий ответственности влечет отказ в удовлетворении исковых требований.
Как следует из разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу ст. 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.
Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником. Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например обстоятельств непреодолимой силы (пункты 2 и 3 статьи 401 ГК РФ).
Как было установлено выше, в действиях УМС г. Владивостока отсутствуют какие-либо признаки противоправности, поскольку обществом не было доказан ни тот факт, что спорный земельный участок был передан ему в состоянии, не позволяющем его использовать по целевому назначении, ни факт представления ему заведомо ложной информации об обременениях земельного участка и ограничениях его использования в соответствии с разрешенным использованием.
Таким образом, в настоящем споре такие условия наступления деликтной ответственности как противоправность действий ответчика, а также наличие причинной связи между противоправным поведением ответчика и понесенными истцом убытками, последним доказаны не были, что является основанием для отказа в удовлетворении встречных исковых требований о взыскании убытков.
Таким образом, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции в обжалуемой части сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права.
Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.
Следовательно, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется.
В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя апелляционной жалобы.
Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
Решение Арбитражного суда Приморского края от 11.12.2019 по делу N А51-6001/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.
Председательствующий
С.М. Синицына
Судьи
С.Б. Култышев
Е.Н. Шалаганова


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка