Дата принятия: 11 февраля 2021г.
Номер документа: 01АП-3971/2020, А39-14413/2019
ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 11 февраля 2021 года Дело N А39-14413/2019
Резолютивная часть постановления объявлена 04 февраля 2021 года.
Полный текст постановления изготовлен 11 февраля 2021 года.
Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Устиновой Н.В., судей Долговой Ж.А., Мальковой Д.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Горбатовой М.Ф., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Трест ресторанов" на решение Арбитражного суда Республики Мордовия от 15.05.2020 по делу N А39-14413/2019, принятое по иску общероссийской общественной организации "Российское Авторское Общество" (ОГРН 1027739102654, ИНН 7703030403) к обществу с ограниченной ответственностью "Трест ресторанов" (ОГРН 1181326005376, ИНН 1326252252) о взыскании компенсации в сумме 120 000 руб., при участии в судебном заседании: от ответчика (заявителя) - общества с ограниченной ответственностью "Трест ресторанов" - Портнова А.С. (по доверенности от 01.12.2020 сроком 1 год и диплому); от истца - общероссийской общественной организации "Российское Авторское Общество" - Помошниковой Т.В. (по доверенности от 31.12.2020 N 0452/2009/19 (С) сроком действия до 31.12.2021 и диплому).
Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил.
Общероссийская общественная организация "Российское Авторское Общество" (далее - РАО, Организация) обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Трест ресторанов" (далее - Общество) о взыскании компенсации в размере 120 000 руб.
Решением от 15.05.2020 Арбитражный суд Республики Мордовия иск удовлетворил в полном объеме.
Не согласившись с принятым судебным актом, Общество обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.
Обжалуя судебный акт, заявитель ссылается на то, что видеозапись произведена представителем истца в помещении кафе "Розмарин" в одностороннем порядке, в скрытой форме, исключительно в интересах истца, при этом достоверных сведений о том, что техническое средство, а также видеоноситель были надлежащим образом опечатаны после проведения видеозаписи и до момента передачи их для расшифровки записи не подвергались каким-либо воздействиям, не имеется. По мнению заявителя, имеющаяся в материалах дела видеозапись не позволяет однозначно установить и идентифицировать источник звука (конкретное техническое средство), на котором осуществлялось неправомерное воспроизведение музыкальных произведений, а также установить, кто именно использовал данное техническое средство (работники ответчика, потребители, или представитель истца, осуществляющий съемку и выдававший себя за потребителя). Кроме того, считает, что качество фиксации событий на представленной видеозаписи не позволяет сделать однозначный вывод о том, что звук транслируется именно техническим средством, находящимся в помещении кафе. Полагает, что наличие в помещении кафе звуковой аппаратуры, акустических колонок и иных устройств само по себе не является бесспорным доказательством трансляции фонограмм с их помощью; сам факт использования помещения для организации услуг общественного питания не свидетельствует о вине ответчика в публичном воспроизведении результатов интеллектуальной деятельности. Отметил также, что договор от 01.07.2018 N 1/18 и заключение специалиста от 29.08.2019 являются недопустимыми доказательствами по делу. Кроме того, указал на необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайства о назначении судебной экспертизы.
РАО в отзыве на апелляционную жалобу возразило по доводам заявителя, считая их несостоятельными, и просило решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы откладывалось в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Определением от 06.08.2020 судом по ходатайству Общества назначена комплексная криминалистическая экспертиза, проведение которой поручено федеральному бюджетному учреждению "Мордовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации" (далее - Учреждение); производство по рассмотрению апелляционной жалобы приостановлено до получения результатов экспертизы.
Определением от 12.11.2020 по ходатайствам Учреждения направлены дополнительные документы для производства экспертизы, срок производства экспертизы продлен по 10.12.2020.
В материалы дела поступило экспертное заключение от 10.12.2020 N 1584/3-3, N 1585/3-3, N 1586/3-3, в котором содержатся следующие выводы: 1. На видеофонограмме, содержащейся в файле с именем "VID_20190528_14342632l.mp4" на представленном оптическом диске, признаков монтажа и/или иных изменений, привнесенных в процессе записи или после ее окончания, не имеется; 2. Установить конкретный источник звука, воспроизводящий зафиксированные на видеофонограмме, содержащейся в файле с именем "VID_20190528_143426321.mp4" на представленном оптическом диске, музыкальные произведения, не представляется возможным.
Определением от 11.01.2021 в соответствии со статьей 146 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по апелляционной жалобе возобновлено.
В судебном заседании от 04.02.2021 представитель заявителя (ответчика) поддержал доводы апелляционной жалобы, считая решение суда первой инстанции подлежащим отмене; представитель истца возразил по доводам заявителя жалобы и просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и возражения на них, заслушав пояснения представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены (изменения) судебного акта.
Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, РАО на основании приказа министерства культуры Российской Федерации от 15.08.2013 N 1164 является организацией, аккредитованной на осуществление деятельности в сфере управления исключительными правами на обнародованные музыкальные произведения (с текстом или без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений в отношении их публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю, в том числе путем ретрансляции (свидетельство от 23.08.2013 N МК-01/13).
28.05.2019 представителем РАО произведена видеофиксация факта публичного исполнения музыкальных произведений ("For the price of a cup of tea", "Silence", "Runaways", "Gronlandic edit", "Two receivers", "Do you want a man") в помещении кафе "Розмарин", расположенного по адресу: Республика Мордовия, г. Саранск, переулок Кириллова, 2б.
Согласно заключению специалиста в области фонографического и музыковедческого исследования Кованова С.К. от 29.08.2019 в ходе просмотра и прослушивания исследуемых видео- и аудиоматериалов установлено, что качество записи хорошее, запись единообразна. При аудировании установлено, что источник музыкальных фонограмм, зафиксированных на записи, находится в стационарном положении на значительном удалении от записывающего устройства. Видеозапись файла VID 20190330 115738460 содержит записи исполнения музыкальных произведений. В результате онлайн-распознавания установлено воспроизведение песен "For the price of a cup of tea", "Silence", "Runaways", "Gronlandic edit", "Two receivers", "Do you want a man".
Истец, считая, что Обществом допущено нарушение исключительных прав на музыкальные произведения "For the price of a cup of tea", "Silence", "Runaways", "Gronlandic edit", "Two receivers", "Do you want a man", направил в адрес ответчика претензию с предложением выплатить компенсацию за нарушение исключительных авторских прав. Претензия оставлена без удовлетворения.
Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в арбитражный суд с иском о взыскании компенсации в сумме 120 000 руб.
Суд первой инстанции, оценив собранные по делу доказательства, признал исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, с чем суд апелляционной инстанции соглашается, исходя из следующего.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.
Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное.
Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим кодексом.
Пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 той же статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.
С 27.05.1973 СССР (и Российская Федерация как правопреемник) является участником Всемирной (Женевской) конвенции об авторском праве 1952 года, а с 13.03.1995 - Бернской конвенции 1886 года по охране литературных и художественных произведений.
Указанные Международные договоры являются составной частью правовой системы Российской Федерации и подлежат применению в рассматриваемом деле.
В соответствии с пунктом 1 статьи 5 Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений 1886 года в отношении произведений авторы (правообладатели) пользуются в странах Союза, кроме страны происхождения произведения, правами, которые предоставляются в настоящее время или могут быть предоставлены в дальнейшем соответствующими законами этих стран своим гражданам, а также правами, особо предоставляемыми данной Конвенцией.
Из пункта 2 статьи 5 Бернской конвенции следует, что объем охраны, равно как и средства защиты, представляемые автору для охраны его прав, регулируются исключительно законодательством страны, в которой испрашивается охрана.
В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 того же Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель (статья 1301 ГК РФ).
Пунктом 1 статьи 1243 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что организация по управлению правами на коллективной основе заключает с пользователями лицензионные договоры о предоставлении им прав, переданных ей в управление правообладателями, на соответствующие способы использования объектов авторских и смежных прав на условиях простой (неисключительной) лицензии и собирает с пользователей вознаграждение за использование этих объектов. В случаях, если объекты авторских и смежных прав в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации могут быть использованы без согласия правообладателя, но с выплатой ему вознаграждения, организация по управлению правами на коллективной основе заключает с пользователями договоры о выплате вознаграждения и собирает средства на эти цели.
В силу пункта 3 статьи 1244 Гражданского кодекса Российской Федерации организация по управлению правами на коллективной основе, получившая государственную аккредитацию (аккредитованная организация), вправе наряду с управлением правами тех правообладателей, с которыми она заключила договоры в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 1242 Гражданского кодекса Российской Федерации, осуществлять управление правами и сбор вознаграждения для тех правообладателей, с которыми у нее такие договоры не заключены.
В соответствии с пунктом 5 статьи 1242 Гражданского кодекса Российской Федерации организации по управлению правами на коллективной основе вправе от имени правообладателей или от своего имени предъявлять требования в суде, а также совершать иные юридические действия, необходимые для защиты прав, переданных им в управление на коллективной основе.
Приказом Министерства культуры Российской Федерации от 15.08.2013 N 1164 и свидетельством о государственной аккредитации организации по управлению правами на коллективной основе от 23.08.2013 N МК-01/13 подтверждается, что РАО является аккредитованной организацией в сфере коллективного управления исключительными правами на обнародованные музыкальные произведения (с текстом и без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений в отношении их публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю, в том числе путем ретрансляции.
Таким образом, РАО осуществляет свою деятельность в интересах неограниченного круга лиц, включающего всех правообладателей соответствующей сферы деятельности. При этом в репертуар РАО входят все обнародованные музыкальные произведения (с текстом и без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений (за исключением произведений тех правообладателей, которые в установленном пунктом 4 статьи 1244 Гражданского кодекса Российской Федерации порядке направили в адрес РАО уведомление об отказе от управления этой организацией их правами) и для их правомерного публичного исполнения на территории Российской Федерации пользователю необходимо заключить с РАО лицензионный договор о предоставлении права на публичное исполнение произведений.
Действие государственной аккредитации РАО распространяется как на произведения российских авторов, так и на произведения иностранных авторов.
Кроме того, РАО относится к числу организаций, управляющих имущественными правами на коллективной основе, являющихся членами Международной конфедерации обществ авторов и композиторов - CISAC, созданной с целью обеспечения охраны и защиты прав авторов и композиторов, и координации технической деятельности между входящими в нее авторско-правовыми организациями, в том числе BMI (США), PRS (Великобритания), РАО (Россия).
Факт принадлежности интеллектуальных прав иностранных авторов на защищаемые истцом произведения подтвержден выпиской из реестра произведений зарубежных правообладателей РАО, основанной на Всемирном списке композиторов, авторов и издателей (IPI); договором о взаимном представительстве интересов, заключенным между РАО и обществом по охране авторских прав при публичном исполнении (PRS); соглашением о предоставлении прав на музыкальные произведения, заключенным между РАО и корпорацией "Би-Эм-Ай".
Согласно подпункту 6 пункту 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации к способам использования произведения относятся, в том числе: публичное исполнение произведения, то есть представление произведения в живом исполнении или с помощью технических средств (радио, телевидения и иных технических средств), а также показ аудиовизуального произведения (с сопровождением или без сопровождения звуком) в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, независимо от того, воспринимается произведение в месте его представления или показа либо в другом месте одновременно с представлением или показом произведения.
Факт оказания услуг по организации общественного питания в помещении кафе "Розмарин" по адресу: г. Саранск, пер. Кириллова, 2б, ответчик не оспаривает.
В подтверждение публичного воспроизведения музыкальных произведений РАО представлены кассовый чек и видеозапись, которая отображает внутренний вид кафе ответчика, процесс воспроизведения музыкальных произведений.
На видеозаписи зафиксировано, что при входе представителя истца в помещении кафе "Розмарин" начинает звучать музыка, на протяжении всего пребывания в помещении кафе громкость звука не изменяется, одна композиция сменяет другую. На 09 мин. 56 сек. видеозаписи представитель РАО, производящий видеофиксацию, поясняет, что музыка воспроизводится через колонки, расположенные на потолке, при этом производится видеосъемка, на которой видны колонки, закрепленные на потолке. После выхода представителя истца из помещения кафе музыка прекращает звучание.
Факт наличия в кафе "Розмарин" звуковоспроизводящей аппаратуры ответчиком не оспаривается.
Музыкальные произведения, зафиксированные видеозаписью, идентифицированы в результате расшифровки записи контрольного прослушивания, результаты расшифровки отражены в заключении специалиста в области музыковедческого исследования от 29.08.2019.
Видеозаписью публичного исполнения музыкальных произведений подтверждается, что 28.05.2019 в кафе "Розмарин", в котором Обществом осуществлялась предпринимательская деятельность, при оказании услуг допущено публичное исполнение музыкальных произведений "For the price of a cup of tea", "Silence", "Runaways", "Gronlandic edit", "Two receivers", "Do you want a man".
В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчиком заявлялось ходатайство об исключении из числа доказательств акта копирования оригинальных видеофайлов от 29.08.2019, договора N 1/18 от 01.07.2018, носителя DVD-R, заключения специалиста от 29.08.2019.
Данное ходатайство судом первой инстанции рассмотрено и отклонено в связи с отсутствием процессуальных оснований для исключения соответствующих материалов из числа доказательств по делу.
О фальсификации доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации Обществом не заявлено.
Доводы ответчика относительно несогласия с заключением специалиста по причине заключения договора на исследование не истцом, а Общероссийской общественной организацией "Общество по коллективному управлению смежными правами "Всероссийская Организация Интеллектуальной собственности", сомнениям в квалификации специалиста, а также производству видеосъемки представителем истца без уведомления ответчика, скрыто.
Отклоняя данные доводы, суд первой инстанции верно указал следующее.
Сбор и оформление истцом доказательств по делу в одностороннем порядке не противоречит нормам действующего законодательства.
Заключение специалиста является письменным доказательством, которое подлежит оценке в совокупности и взаимосвязи с иными доказательствами по делу в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Специалист Кованов С.К., учитывая наличие у него высшего музыкального образования, осуществление деятельности в области художественного, литературного и исполнительского творчества, имеющий общий стаж по специальности 15 лет, обладает соответствующей профессиональной квалификацией.
Выводы специалиста ответчиком не опровергнуты, в связи с чем оснований их не учитывать не имеется.
Суды могут устанавливать название использованной фонограммы и имя исполнителя на основании результатов идентификации фонограммы с помощью программы Shazam, если они не опровергнуты ответчиком (пункт 3 Информационной справки, подготовленной по результатам обобщения судебной практики Суда по интеллектуальным правам в качестве суда кассационной инстанции с учетом практики Верховного Суда Российской Федерации, по вопросам, возникающим при оценке доказательств в делах о защите исключительных прав исполнителей и изготовителей фонограмм, утвержденной постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 07.12.2017 N СП-23/36 по результатам обсуждения с участием членов Научно-консультативного совета при Суде по интеллектуальным правам).
Истцом представлено заключение о результатах идентификации, полученных музыковедом с помощью программы "Shazam Encore", которая использует алгоритм сравнения оригинала записи исполняемого музыкального произведения с образцами музыкальных произведений, хранящихся в базе данных Shazam Entertainment Limited. Правильность этих результатов подтверждалась контрольным прослушиванием (повторной идентификацией) приложением "SoundHound", которое использует алгоритм сравнения оригинала записи исполняемого музыкального произведения с образцами музыкальных произведений, хранящихся в базе приложения. Контрольное тестирование результатов идентификации производилось с помощью музыкальных интернет-сервисов allmusic, music.yandex.ru, iTunes. При этом ответчик не представил доказательств того, что на видеозаписи, на которой зафиксировано использование ответчиком произведений, содержались иные музыкальные произведения.
Относительно источника звука в заключении специалиста от 29.08.2019 указано, что при аудировании установлено, что источник музыкальных фонограмм, зафиксированных на записи, находится в стационарном положении на значительном удалении от записывающего устройства.
На представленной видеозаписи истцом зафиксировано помещение ответчика, воспроизводство звука и конкретные звуковоспроизводящие устройства (колонки).
В силу части 2 статьи 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.
Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не содержит требований о том, что на проведение видеосъемки необходимо согласие лица, в отношении которого видеосъемка производится.
Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.
Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется (пункт 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Следовательно, представленные истцом доказательства являются относимыми и допустимыми доказательствами с точки зрения вышеуказанных положений.
Довод Общества о том, что невозможно установить, кто осуществлял воспроизведение музыкальных композиций (посетители кафе, работники ответчика, представитель истца), несостоятелен.
Факт воспроизведения музыкальных произведений в помещении кафе "Розмарин" подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.
Довод ответчика об отсутствии вины отклонен судом первой инстанции как опровергающийся заключением специалиста от 29.08.2019, в котором указано, что источник музыкальных фонограмм, зафиксированных на записи, находится в стационарном положении на значительном удалении от записывающего устройства.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 93 Постановления Пленума N 10, лицом, осуществляющим публичное исполнение произведения, является юридическое или физическое лицо, организующее публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, то есть лицо, которое берет на себя инициативу и ответственность за проведение соответствующего мероприятия.
Лицо, организующее публичное исполнение, должно заключить договор о предоставлении ему права на публичное исполнение произведения с правообладателем или организацией по управлению правами на коллективной основе и выплачивать полагающееся вознаграждение.
При публичном исполнении аудиовизуального произведения это же лицо уплачивает вознаграждение, полагающееся автору музыкального произведения (с текстом или без текста), использованного в аудиовизуальном произведении (пункт 3 статьи 1263 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В материалах дела отсутствуют бесспорные доказательства того, что музыкальные произведения исполнялись непосредственно техническими средствами посетителей кафе или иных посторонних лиц.
Таким образом, ответчик, в помещении которого осуществлялось публичное исполнение музыкальных произведений и предпринимательская деятельность, является лицом, которое несет ответственность за осуществление публичного исполнения музыкальных произведений.
Сведения о произведениях, правами на которые управляет РАО, размещены в общедоступной информационной системе на интернет-сайте РАО www.rao.ru.
На указанном интернет-сайте также размещена информация об исключенных из управления РАО правах и/или произведениях.
Доказательств наличия у Общества лицензионного договора о предоставлении права на публичное исполнение произведений, заключенного с РАО, либо иных надлежащих доказательств, подтверждающих выполнение требований законодательства об авторском праве при использовании вышеназванных музыкальных произведений, ответчиком в материалы дела не представлено.
При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о нарушении ответчиком прав истца на спорные музыкальные произведения.
В силу статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253 Гражданского кодекса Российской Федерации), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.
Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.
Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Истцом заявлено требование о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на использование шести произведений в сумме 120 000 руб., из расчета 20 000 руб. за одно музыкальное произведение.
Принимая во внимание вышеизложенное и учитывая отсутствие доказательств правомерности публичного исполнения спорных музыкальных произведений и характер нарушения, суд апелляционной инстанции считает правомерным удовлетворение судом первой инстанции требования РАО о взыскании с Общества компенсации в заявленной сумме (120 000 руб.).
Разрешая спор, суд полно, всесторонне и объективно исследовал представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований истца, а также не допустил при этом неправильного применения норм материального и процессуального права.
Правовых оснований для иных выводов судом апелляционной инстанции, по результатам повторного рассмотрения материалов дела и проверки доводов заявителя жалобы, которые фактически повторяют приведенную в суде первой инстанции позицию ответчика, не установлено.
Довод заявителя жалобы относительно несогласия с отклонением судом первой инстанции ходатайства о назначении экспертизы отклоняется.
В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.
Как следует из материалов дела, в суде первой инстанции Обществом было заявлено ходатайство о назначении экспертизы, которое судом первой инстанции рассмотрено и правомерно отклонено ввиду непредставления заявителем необходимых документов, в том числе доказательств внесения денежных средств на депозитный счет суда, сведений от экспертного учреждения о возможности проведения соответствующей экспертизы, сроках ее проведения и экспертах, которым она может быть поручена.
Несогласие заявителя жалобы с тем, что судом не удовлетворено ходатайство о назначении судебной экспертизы, не является безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта.
Вместе с тем, судом апелляционной инстанции в ходе рассмотрения апелляционной жалобы было удовлетворено заявленное Обществом ходатайство о назначении комплексной криминалистической экспертизы видео- и звукозаписей и по результатам проведения экспертизы в материалы дела поступило экспертное заключение, исследованное в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи с иными доказательствами по делу. Судом установлено, что результаты экспертизы не подтверждают позицию ответчика по делу и не опровергают правильность выводов суда первой инстанции по существу спора.
С учетом изложенного довод заявителя жалобы относительно несогласия с отклонением судом первой инстанции ходатайства о назначении экспертизы несостоятелен.
Иные аргументы заявителя жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены судом первой инстанции и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу. Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и существенно влияющих на результат разрешения исковых требований, апелляционная жалоба не содержит. Каких-либо обстоятельств, которые могли бы повлиять на правовую оценку спорных правоотношений и законность судебного акта, в апелляционной инстанции не установлено.
Таким образом, суд апелляционной инстанции находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным, поскольку оно принято с учетом фактических обстоятельств, материалов дела и действующего законодательства, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены (изменения) судебного акта по доводам заявителя не имеется.
Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.
В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.
Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение Арбитражного суда Республики Мордовия от 15.05.2020 по делу N А39-14413/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Трест ресторанов" - без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.
Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок со дня его принятия.
Председательствующий судья
Н.В. Устинова
Судьи
Ж.А. Долгова
Д.Г. Малькова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
